Осколки на снегу. Игра на выживание (СИ) - Птицына Элина - Страница 132

В искренность простой замарашки Малаши Лиза поверила с первого взгляда и не искала подвоха, а вот Флора виделась ей совсем в другом свете и не получалось ей поверить.

Никак.

В это время на другом конце мира высокий полуседой человек мерял шагами кабинет. Вечер прошел и ночь наступила, а девочка, отправленная лиром Карлом Огастом в Империю по совету его хитроумной Анны, так и не вышла на связь.

Анна скользнула в кабинет не слышно, через потайной ход, который связывал их покои и был не доступен для слуг. Вечером Карл сам отправил ее спать пораньше, уверив, что, если в ответе девчонки будет что-то срочное, жену он обязательно разбудит.

Не пришлось.

И сейчас, подняв глаза на любимую женщину, он отрицательно покачал головой.

— Не стоит огорчаться, — ласково молвила она, обнимая его, и он прижался лицом к ее волосам.

— Ты привык к дисциплине своих людей, — зашептала жена тут же. — Вспомни, Нокса на полной автономии. И среди прочего может переносить связь. Мы сами говорили ей об этом.

— Но это означает форс-мажор, — заметил Карл. — И полный провал наших планов.

— Мы и так поняли, что с нашим любимым лиром не все ладно, — безмятежно ответила Анна. Кого угодно ее расслабленность могла бы обмануть, но только не его. Спокойной она то же не была. Морщинка на чистом лбу подсказала ему это. Он разгладил ее поцелуем и не увидел, а почувствовал, как по губам жены скользнула улыбка.

— Девочка моя, не обманываем ли мы сами себя? — спросил, прижимая к себе любимую, и невидяще глядя перед собой поверх Анниной головы.

— Давай, ты пойдешь и поспишь, — ласково предложила она. — Тебе нужен отдых, родной.

Лир Огаст поцеловал жену в макушку:

— Нам надо задействовать наш личный план, и уже сегодня, — заговорил он помолчав, и в ответ она обняла его еще крепче. — У меня нехорошие предчувствия, Эн.

— Я тебя не оставлю, — моментально ответила она.

Карл усмехнулся и шепнул ей на ушко:

— Милая, нам надо вывести малышку из-под возможного удара в случае провала и Ее гнева.

Анна вздрогнула в его объятиях.

Дочь, которая уже скоро должна была родить им внука, всегда была слабым местом Огастов.

— Мы можем подождать еще немного, — расстроенно ответила Анна.

Карл не ответил бы ей утвердительно, знай он о том, какая нешуточная баталия развернулась в Темпе несколько часов назад.

Удобно быть черной кошкой, особенно ночью, когда от тусклых фонарей ложатся особенно густые тени. Эти тени настоящее спасение для таких, как она. Впрочем, таких как она больше нет. Они с матерью были последними. Увы, мать рано покинула ее.

Черная кошка привычно скользила в тенях, подбираясь к нужному ей дому.

Предстоящее не казалось ей сложным. Она тысячу раз проделывала такие штуки. И сейчас она легко попадет сначала в ограду, потом в дом, затем в нужную ей комнату. О, она узнает всё и даже больше!

Кошка остановилась перед большим перекрестком, прислушиваясь и принюхиваясь. Путь чист.

Всегда бы так.

А если бы ей еще город другой выдали, было бы совсем идеально. Правда, по началу ей здесь очень понравилось. Да, летом хорошо, но оно в этих широтах быстро заканчивается.

И теперь ее раздражала и отвлекала, а сейчас особенно бесила холодная — нет, ледяная — мостовая. Кошка не любила зиму и стылые камни, от которых мерзли подушечки на ее лапках. Слишком неприятные воспоминания были связаны с этими ощущениями.

Зима — тяжкое время. А в этом городе она обещала задержаться на долго.

И кошку, не шутя, волновала мысль о предстоящих морозах. Как она выдержит полгода? Ей и два месяца непогоды давались тяжело.

Она снова остановилась, притаившись в особо густой тени. Вот она — цель ее визита, осталось только перебежать улицу и скользнуть в неприметный человеческому глазу лаз.

Кошка принюхалась. Ее глупые товарки явно были на этой улице днем. Запахи уже повыветрились, и потому кошка не могла понять, что именно ей в них не нравится. Она потрясла головой, запрядав ушами не хуже коня. Ей всегда это помогало сосредоточиться не только на звуках, но и на запахах.

Везде было по-прежнему тихо. И запахи не стали резче. Нет, никакой опасности нет. Быстро-быстро, на полусогнутых лапках, черная кошка перебежала дорогу и скользнула под ограду посольского сада.

Рыжая, притаившаяся на карнизе особняка, открыла глаза. Она дождалась свою жертву.

Глава 52

Если человек бросил на другого обвинение в ведьмовстве или в оборотничестве, то тот, на которого брошено обвинение, должен доказать, что это не так. Святые отцы, Рыцари и Псы Престола, а так же уважаемые люди города собираются на Святой временный Синдикат и ведут обвиняемого к реке, где помолясь, бросают оного в воду.

Если река схватит его и не отпустит, то обвинитель получает награду от Святого временного Синдиката и может забрать дом обвиненного со всем содержимым, а семью нечестивца, буде она у обвиненного есть, рыцари препроводят в Святое следствие, ибо известно, что зараза не живет одна, и подобное тянется к подобному. Если там обретутся дети до двух лет, то младенцев таких следует передать монахам для тщательного наблюдения и воспитания, дабы не пострадала невинная кровь.

Если же река очистит человека обвиненного, и он останется невредим, и выйдет на берег цел, то тогда тот, кто бросил на него обвинение, должен быть убит через утопление. Тот, кто погружался в реку, может забрать дом обвинителя со всем содержимым, а семью лжеца с детьми любого возраста обратить в рабство. Как их господин он волен поступать с ними, как ему заблагорассудится: продать, обменять, сдать в аренду землевладельцам или монашествующим или оставить в числе слуг своих.

Первый кодекс законов рыцарей Лортни, ранняя редакция, Королевский архив Имберии

Через край нальешь, через край и пойдет.

Народная мудрость

В саду заорала кошка.

Если бы лир Посланник не лежал беспомощной куклой, он немедленно бы вызвал слуг и устроил выволочку. И не поленился бы высказать все, что он думает о работе охраны офицеру Глену Крнели, который уже несколько лет занимал эту должность и, надо признать, утратил чувство реальности. Правда, при этом он не забывал каждый год писать ходатайства и не стеснялся просить об увеличения содержания. Ему не часто отказывали. И вот каков результат его работы! Вопреки утверждениям Крнели об опасностях Темпа, жизнь здесь явно была привольной и… И он преступно расслабился!

Иначе как можно объяснить то, что произошло с самим лиром Артуром Лортни!? Святое Небо, такое даже невозможно представить! Какой позор!

Однако, ныне достойный лир не смог бы даже муху согнать сам, залети она с какой-нибудь оказией в открытое окно, не то, что вызвать слуг или наорать на охрану. Да и слуг у него, кажется, не осталось. Шинайцы окружили лира столь плотной заботой, что доктор, присланный Императором, пришел в восторг и счел эту заботу настолько полной и исчерпывающей, что никто больше за лиром не ухаживал. Даже уборку в покоях делали сами шинайцы. Почему посольских не удивляет эта ситуация?!

И куда девался посольский доктор? Что вообще происходит? Нет, с одной стороны, все понятно — это заговор, который имеет своей целью устранение лира Лортни. С другой, совершенно не ясно — кто именно за этим стоит? Он сам потратил массу времени и сил, убирая всех тех, кто мог бы возглавить сопротивление в этой стране. Они хорошо поработали, даже медведю Стойгневу выдрали зубы.

Но — кого они не учли?

До поры до времени лир Посланник ломал голову над этим вопросом, а потом его навестил император Михаил со своей девкой. Вот кого лир Артур невзлюбил с первого взгляда! Чувство было инстинктивным, необъяснимым, однако, он привык своей интуиции доверять. И до королевских ушей сомнения донес незамедлительно. Королева согласилась с «милым другом Артуром», но сам принц не захотел слушать царственную Мать, и Мей отправилась в Империю в качестве секретаря Императора.