"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Прохоров Иван - Страница 779

Если бы не это отдаленное родство, Лик бы не почувствовал ни капли беспокойства. Но поскольку связь была, вся его магия ожила небольшой рябью, а по родственной нити, протянувшейся от спящих монстров к нему, прошли отголоски всепоглощающего голода. Ведьма с сильным маниту – есть ли на свете лакомство вкуснее? Понятно, отчего Козлова едва ли не за каждой колонной интуитивно ожидала врага. Быть в непосредственной близости от создания, у которого ты составляешь основу рациона, – не самое приятное в обоих мирах ощущение. Если бы плоть гаргуйлий не научились обездвиживать, кто знает, сколь долго еще продлился бы век второй империи. Эти искусственные хищники по праву считались лучшими сторожами жизни и покоя своих хозяев.

– Отпустило?

Теперь они поднимались по внутренней лестнице, созданной все из того же запрещенного к добыче атласного камня.

Гаргуйльи – не единственные подвергнутые консервирующему усыплению здесь. Само здание представляло собой венец оборотной магической мысли. Не мертвое, не живое изначально, частично выстроенное, частично выращенное, оно точно так же было погружено в летаргию. Примеров подобной исключительной архитектуры на материке осталось мало. Каждая постройка имела свой идентификационный номер, полную опись материалов не только самого здания, но и его отделки. Причем хранилось все это в спецотделе ССБ. Там же хранились и результаты ежегодных исследований на предмет спектральных изменений в излучении объектов.

– Немного. Как тут работают вообще? – Маруся вновь огляделась по сторонам, только в этот раз движимая любопытством, а не слепым страхом.

– Дело привычки, – пожал плечами Лик. – Можно подумать, ты бы отказалась.

Козлова сначала открыла рот для возражений, но быстро закрыла его. Прямо перед проходящим мимо пожилым профессором ступени принялись меняться: укорачиваться и удлиняться, предвосхищая неуверенные движения старого, витающего в облаках медика.

Со сторожевыми монстрами на крыше ведьма совсем позабыла о безусловных рефлексах этих исключительных домов. Если верить летописям современников Союза Освободителей, «поганые гнезда дышали в продолжение своих хозяев». Проще говоря, не спящий и не имеющий хозяина дом сейчас бы вполне мог строить планы по захвату континента или, к примеру, создать переход и уйти в Иномирье. И такое случалось в далеком прошлом.

– Все равно страшно, – подытожила Маруся. – Даже несмотря на коматозное состояние. Все равно он живой.

– Он не живой. Он существующий. Это разные вещи.

– Он круглосуточно пялится на постояльцев, – продолжила гнуть свою линию Руся, проходя в любезно открывшуюся перед ней дверь. – Больных прямо сюда на обследование возят?

– Нет. Что вы! – вмешался в разговор новый собеседник. Это был невысокий миловидный мужчина, чью родовую принадлежность уловить с ходу ведьме не удалось. – Мы всегда выездные. Куда определят пациента, туда и отправляемся. Преступивших закон чаще всего помещают в медицинский частный центр «Благо». Это на окраине. Доброго времени. Вы, должно быть, Ликург.

– Он самый, – кивком поприветствовал учтиво привставшего из-за стола работника шеф. – Моя коллега, Маруся.

– Здравствуйте, – поздоровалась Козлова.

– Верцингеториг. Присаживайтесь.

Руся от неожиданности едва не села мимо. Имя древнее и славное, конечно, но поди выговори.

– Можно просто Верц. Я не против.

– Благодарю. – Лик в отличие от своей подчиненной остался невозмутим. – Мы по поводу Гуниду Дингира. Я знаю, что официальное заключение вы еще не составляли, поэтому хотел бы попросить дать общее устное заключение.

– Общее – без труда, – пожал плечами Верц. – Ваш клиент идеально здоров и вменяем, тем более для бога. Есть черты диссоциального расстройства. Явно прослеживается будущий нарциссизм. Ну и я бы еще, пожалуй, спрогнозировал эксцентричное расстройство личности, но вот тут пока не утверждаю. Если наберется достаточно доводов, тогда включу в отчет, а пока последнее только между нами.

– Дальше подпороговых не пойдешь? – уточнил Ликург.

– Абсолютно.

– Благодарю за уделенное время.

Мужчина улыбнулся и пожал плечами.

– Всегда рад помочь.

Выбегая вслед за Ликом из страшного здания, Маруся старалась не оглядываться.

– И что нам это дало?

– Многое. Он умен, хитер, настойчив и затеял игру, в которой у всех вокруг своя четко спланированная роль.

Из ответа Козлова мало что поняла, но уточнять не стала. Слишком уж сердитым выглядел ее начальник, чтоб вот так, не задумываясь, лезть со своим непониманием.

За прошедшие дни на острове Туранга мало что изменилось. Все те же насыщенные краски зелени, небес и океана. Уходящее на покой тропическое солнце окрашивало облака во все оттенки рыжего. На горизонте дымился вечно неугомонный Папату, дважды в сутки выкидывающий в воздух облака пепла. Говорят, однажды он добьется своего и сотворит из шести островов один, но, к счастью, случится это не скоро. Впрочем, кто знает, что природе лучше. Быть может, будущий результат станет эталоном гармонии. Лик планеты переменчив.

Марусю легко толкнули в плечо, заставляя оторваться от созерцания местных красот. Имб, одна из фомор группы захвата, кивком указала нерадивой ведьме на завершающую деталь гидрокостюма – маску. Козлова оглянулась на остальных членов группы. Спецснаряжение требовалось немногим.

Горица, окружив себя коконом пресной воды, участвовала в поисках скрытого убежища Зайцева наравне с обеими фоморами. Ирине, возглавляющей группу, требовалась лишь маска. Лик задерживал дыхание невероятно долго, а при необходимости собирал тот минимум кислорода, что содержался в воде. Зверобой, переливаясь многочисленными оттенками фиолетового, подключал к работе свои рыбьи потроха. В огне не горят, в воде не тонут – сказано про них, про рогатых. Короче говоря, почти каждый сотрудник Интерпола имел свои способы адаптации к внешним условиям. Исключение составляли двое.

Универсальный спасательный плот с развернутой системой поиска подводных объектов слегка качнуло, когда волна, преодолев воздушный барьер, коснулась гребнем его дна. Такое происходило примерно раз в сорок минут с момента начала поисков и чем-то неожиданным не являлось. Тем не менее у Маруси сердце удар пропустило, а от осознания, что сейчас придется отправиться под воду с головой, и вовсе в пятки ушло. Сил Козловой придавала одна-единственная мысль – Иму было гораздо хуже. Леопард стоял ровно по центру плота и недовольно шипел, когда брызги воды попадали на его шкуру. Видимо, переплыть реку – одно, а оказаться посреди соленого океана – совсем другое.

Аниото, словно почуяв насмешку со стороны Руси, обернулся и оскалился.

– Прям как будто я в своей стихии! – шепотом возмутилась ведьма.

– Я все слышу, – прорычал Иму.

– Вот и стой тут. – С этими словами она поправила маску, зажмурилась и с разбегу сиганула с плота в воду.

– Аккуратнее! – раздался ей в спину недовольный голос Имб.

Наверное, фомора еще что-то сказала, только Руся ее уже не слышала. Костюм промок и ощущался на теле крайне неприятной пленкой. Вдохнув и выдохнув несколько раз, Козлова убедилась в исправном функционировании маски, а заодно и в исправном функционировании своей нервной системы. Страх не перерос в панику, он просто осел в сознании легким, едва заметным жужжанием. Теперь предстояло спуститься на глубину.

Лик ввел в курс дела лишь по прибытии на остров. Чего он опасался, было понятно. Раз кто-то сумел запрограммировать албасту на нападение, раздобыв информацию о рабочей группе, значит, мог бы раздобыть и подробности поисковых действий. Зато как именно шеф узнал, в какой точке планеты стоит искать Зайцева, вот это большой вопрос. Впрочем, Зверобой уверил, что позже Лик все разъяснит не только в личном отчете.

Маруся со вздохом подумала о том, что раньше в океан ей спускаться не приходилось. Чем глубже она погружалась, тем ярче сиял ее костюм. Умная ткань самостоятельно определяла показатели окружающей среды. (Усовершенствованные версии подобных гидрокостюмов состояли на вооружении армейцев.)