"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Прохоров Иван - Страница 769

– Пошли. – Лик мягко ухватил Козлову под локоть и повел к выходу в коридор. – Не дергайся, – еще раз повторил он перед тем, как открыть дверь допросной.

Руся с трудом успела приобрести облик «роковой женщины», столь успешно эксплуатируемый ею на прошлых местах работы и столь неожиданно упущенный с начала этой недели. Ведь при первом знакомстве с Эйдолоном и частью его группы под проницательным взглядом Ярослава она вела себя уверенно, по-женски нагло, однако стоило выйти в понедельник на работу, как вся выдержка начала съезжать к Змию в пасть. Ведьма впервые осознала весь масштаб полученного стресса, неудивительно, что проявилась новая фобия, и дозировку зелья по остальным пришлось увеличить.

Лик молча прошел в комнату, опустился на стул напротив задержанного, и все так же молча начал выкладывать вещдоки из стандартного молочно-белого непрозрачного ящика – такими пользуются медицинские работники, обслуживающие особые отделения сетей земельных моргов, в быту за специфику работы именуемых «неопознанными». Не идентифицированные на месте обнаружения тела или останки прямиком направлялись туда, рабочий материал пронумеровывался и получал полное исследование. Если в процессе исследования устанавливалась личность или личностная принадлежность фрагментированных частей, то рабочий материал в точно таких же белых контейнерах различных размеров направлялся либо в отдел «судебников», либо к «патологам». В противном же случае после детального изучения и составления каталога останки консервировались и хранились на выносных объектах. Подобные хранилища по своим объемам могли вполне сравниться с неприкосновенными запасами одной отдельно взятой земли.

Для большинства мирных созданий, особенно с ослабленной психикой, нет зрелища более пугающего, чем вот эти мутно-белые ящики. Никто не хотел бы оказаться пронумерованным и навеки уложенным в огромный холодильник. Йорк не оказался исключением, он затравленно уставился на Лика и принялся едва заметно равномерно раскачиваться взад-вперед.

Руся меж тем не стала располагаться рядом с шефом. Вместо этого, как водится в кинематографе, она зашла сбоку и присела на край стола. Теперь она мало того что сидела наискосок от альва и не видела достаточно хорошо его лица, так еще и тело откровенно на обозрение выставила. Ведьма про себя послала проклятия всем культовым сценаристам. Она допрос вести собралась или к сексу офисному склонять?

Йорк не изменил поведения, но мимолетный взгляд, брошенный на яркую особу, что в первую встречу выглядела не столь эффектно, заставил его напрячься. Одеревеневшая спина и стеклянный взгляд не ускользнули ни от Маруси, ни от Лика. Альв заметил незамысловатый серебряный браслет на руке женщины и мгновенно понял его предназначение.

– Мадам? – обратился Лик к Козловой, хорошо копируя характерный акцент жандармерии этой земли. Точно такой был у Лои.

Руся не обернулась. Вообще, роль была не такой уж и плохой, тут богу требовалось изобразить из себя ее подчиненного. Всем известно, к кому может матерый предводитель команды убойного отдела Интерпола обратиться: «Мадам», – это будет руководящая персона «безопасников». Называется, почувствуй себя богиней на полчасика.

– Итак, господин Йорк. – Она сделала недолгую паузу и легким взмахом кисти перенесла часть пыли с руки на стол, поскольку система была наготове, голосовой команды не потребовалось.

Внешняя камера сработала сразу же, как глаза покрылись серебряной пленкой. Изначально связь с пылью предполагалось установить через височные доли, но по настоянию медицинской группы решение изменили. Козлова услышала сдавленный вздох альва, амплитуда его раскачиваний усилилась. Ведьма прекрасно знала, что в такие моменты со стороны выглядит жутковато.

Параллельно стене между Йорком и шефом из пыли сформировался экран. Руся запустила результат их с Ликом недавней скрытой слежки.

– Насколько мне объяснили, господин Йорк отказался от диалога и попросил пригласить к нему защитника. – Ведьма нарочно заговорила об альве в третьем лице так, словно его тут и нет. По крайней мере именно так велел себя вести Эйдолон. – В свою очередь руководство «4А» в свете имеющихся событий посчитало необходимым незамедлительно пригласить второй отдел ССБ. Поскольку это займет некоторое время, а к сожалению, не у всех оно есть.

Руся медленно повернулась лицом к экрану, предугадывая, какой это эффект окажет на и без того затравленного Йорка. Со стороны видеть, как кто-то смотрит, не моргая, сплошь металлическими блестящими глазами – страшно.

– Поспешу ввести присутствующего задержанного в курс дела, – закончила женщина свою мысль обыденным спокойным тоном. Говорят, что таким тоном руководитель читает недельный отчет. – Имеются документальные свидетельства причастности задержанного Трюггви Йорка к несанкционированной слежке в Иномирье, сами физические средства слежки, проводится идентификация изъятых предметов с места последнего пребывания объекта, проверяются связи с иными созданиями или людьми, включая различного типа организации. Защитник по закрытому каналу связи будет ознакомлен с имеющимися материалами и допущен до участия в судопроизводственном процессе.

Маруся на мгновение замолчала, честно надеясь, что не ляпнула где-то глупость. Полного юридического образования она не имела, а наушник брать Лик запретил.

– Будь внимателен. Любой вопрос с нашей стороны на данном этапе ты можешь запомнить и затем передать своему защитнику в качестве примера противоправных действий в твоем отношении, – разборчиво и равнодушно уточнил Эйдолон.

Йорк кивнул и в очередной раз безуспешно попытался не коситься на женщину рядом. Теперь он не просто раскачивался, но и зажал ладони между колен.

– Твоей матери пока не звонили. Все детали, касающиеся оповещения семьи, ты обговоришь с защитником.

И вот эти два предложения, сказанные обыденным тоном, заставили альва наконец по-настоящему осознать масштаб происходящего.

– Я хочу сделку, и вы убираете мага, – хриплым срывающимся голосом пробормотал Йорк.

– Мадам? – обратился Лик к Марусе.

Козлова сморщила нос и недовольно постучала ноготками по безопасной столешнице.

– Я забираю Зайцева.

Эйдолон нехотя кивнул.

Ведьма вновь сделала легкое изящное движение кистью, недавний экран мгновенно обратился в знакомый браслет. Она соскочила со стола и нарочито сексуально выплыла из комнаты. Стоило двери допросной захлопнуться за ее спиной, как Руся высунула язык, сгорбила спину и откровенно облегченно выдохнула.

Проходящий мимо сотрудник «4А3» беззвучно рассмеялся и покачал головой. Местные были хорошо осведомлены о странноватом пополнении в «4А5», так что уже ко вторнику половина служащих Интерпола знала Козлову в лицо.

Руся мысленно себя поругала и поспешила обратно в техническую, где полным ходом транслировался откровенный диалог между Йорком и Ликом.

– Это все требования? – Голос шефа звучал из динамиков слегка искаженно.

– Все.

Козлова тихо прикрыла за собой дверь и встала позади спинки кресла Мос.

– Тогда приступаем к основной части.

– Без официальной бумаги? – Йорк по-прежнему зажимал ладони между колен.

– Ведется запись. Сфальсифицировать твои или мои слова, боюсь, никак не получится. Да, я думаю, ты и сам это прекрасно понимаешь. Так что наша договоренность уже задокументирована.

– Слушайте, – прошептала Маруся, – а нам точно не попадет за этот маскарад?

– Нет, – не отрываясь от просмотра, отрицательно покачал головой Зверобой. – Йорк ожидал защитника, ты не задала ни одного вопроса. Если бы это не сработало, тогда да, – Лику влепили бы выговор за психологическое давление, но поскольку наш малыш-альв официально произнес речь о заключении сделки, то и проблем не будет.

– Лик всегда так играет? На грани?

– Всегда, – расплылся в довольной улыбке Зверобой. – Иначе какого змия, ты думаешь, я тут торчу.

– Сноб, – беззлобно прошептала Мос.

На экране меж тем Трюггви рассказывал историю, достойную войти в список величайших преступлений эпохи. Рассказывал он поразительно детально, его память хранила вещи, которые большинство с течением времени просто забывали за ненадобностью. Русю посетила догадка, что знаменитый академик потому и взял в команду этого немного потерянного, странного мальчика.