Скрытая наследница (ЛП) - Фернандес С. Т. - Страница 76

Я достала том и вернулась на его сторону, села по-турецки и открыла карту со схемой последних изменений.

— Готово.

Дрейвин приподнялся на локте, призвал тусклый свет фэйри и направил его на карту, к странному изогнутому созвездию:

— Это называется Кобо.

Я прищурилась:

— Это же ракушка.

— Именно. Кобо — священный артефакт, который Атлантида так и не сумела отыскать. В наших самых древних текстах упоминается лишь его создание, но ни в одном нет подтверждений его существования. — Его палец скользнул к следующему скоплению звёзд рядом с Кобо. — А вот это — Джуджо. Ещё один артефакт, о котором говорят древние источники, но его тоже никто никогда не находил. Говорят, это змея, сделанная из железа.

Я нахмурилась и перевела взгляд на купол, всматриваясь в созвездие Джуджо.

— Но мы же не можем прикасаться к железу. Как фэйрийский священный артефакт может быть сделан из того, чего мы даже коснуться не можем?

— Именно этот вопрос чаще всего задают исторические элементали. Есть теория, что Джуджо был создан самой богиней, — произнёс он, указывая на следующее скопление — на этот раз в форме птицы. — А вот это — моё самое любимое. Гуарагуао. Краснохвостый ястреб. Это созвездие историки расшифровывали дольше всего. Ответ был найден в манускрипте, которому более трёх тысяч лет. Те, кто его изучал, работали в защитных костюмах с головы до ног, чтобы не повредить страницы. Они ненавидят, когда древние тексты портятся. Когда же смысл открылся… богиня, празднования не прекращались целую неделю.

— В общем, говорится, что перо первого краснохвостого ястреба обладало огромной силой и покоится в одном из царств, пока не придёт тот, кто был призван его найти.

Я нахмурилась, вглядываясь в звёздное скопление на куполе:

— А кто будет призван его найти?

— Терпение. Сейчас дойдём и до этого. — Его палец скользнул к последнему созвездию. — А это Анакаона. Или иначе — золотой цветок. По теории, артефакт находится в Эртоcе. Для Земных фэйри Анакаона — священный символ. Кроме того, что они признали эту теорию, никто не осмеливается задавать вопросов.

— Но самое удивительное, что связывает все эти символы? Наши пророчества гласят, что каждый из этих священных предметов может быть найден только Гекити — избранной богиней.

Я села немного выше:

— Люкс говорил, что его мать считает себя Гекити.

Дрейвин фыркнул:

— Она бы очень хотела. Но Гекити — это святое. Пророчество говорит, что она принесёт мир в царства. А королева Сесси — последнее, что можно назвать «миром». Она сама хаос, воплощённый в женском обличье.

Когда мы закончили разбирать звёздные скопления, я отложила книгу в сторону, откинулась на плед и уставилась в ночное небо.

— Расскажи мне больше о Гекити.

— Гекити означает «Единственная». Это титул, который принадлежит только избранной богиней. Есть теория, что Гекити — это перерождённая дочь богини. По другой версии, в ней будет часть души самой богини. Всё это лишь догадки. Но пророчество даёт самые важные подсказки о том, как её распознать. Говорят, она будет обладать всеми четырьмя стихиями.

Я повернула голову к нему:

— Всеми четырьмя?

— Да. Вода, огонь, воздух и земля. Ни один фэйри за всю историю не обладал даже двумя стихиями — не говоря уже обо всех четырёх. Такого никогда не было.

— Точно. Помню, Майлс упоминал это, — пробормотала я, уставившись в звёзды и обдумывая услышанное. — Такая сила в неправильных руках может привести к катастрофе.

— Именно. Вот почему Гекити не может быть Сесси. Как кто-то настолько жестокий может хотеть спасти фэйри и людей?

Я придвинулась к нему ближе, прижавшись боком. Мы лежали в молчаливой тишине, нарушаемой только мягким шумом реки Шингу, струящейся где-то поблизости. Но даже её мелодичный голос не мог успокоить моих мыслей. Что-то в этих созвездиях тревожило меня, но я никак не могла понять, что именно. Это чувство не отпускало меня ещё долго — даже когда я заснула в объятиях Дрейвина под звёздным небом.

Глава 33

— Ещё раз.

Дакс гонял меня по кругу так долго, что казалось — прошла вечность.

На самом деле прошло всего несколько часов.

Пот скапливался на лице и стекал по чешуе, тянувшейся от ключиц до запястий. Я сжимала трезубец так крепко, что от ладони исходило мягкое свечение. Одним ловким движением я перехватила его, приведя в боевую позицию, и кивнула Даксу, давая понять, что готова.

Он не стал медлить. Массивные, мускулистые руки легко взметнули его трезубец над головой, и в следующее мгновение он обрушил его на меня.

И — к собственному удивлению — я парировала удар, развернулась и, завершая приём, полоснула своим трезубцем по его боку. Когда оружие достигло цели, мы остановились.

На лице Дакса засияло искреннее восхищение.

— Ты стала намного быстрее.

— Спасибо, — выдохнула я, силой вгоняя воздух в лёгкие.

— Сфокусируйся на развороте, — указал он, потирая рёбра. — Держи трезубец повыше — так удар получится мощнее. Хотя… последний и так был впечатляющим.

Я поморщилась.

— Прости.

Дакс отмахнулся широкой ладонью.

— Не за что. Именно этого я и добиваюсь. Со мной всё в порядке. — Он подмигнул. — Ты молодец, Ашера. Хоть бы половина моих Стражей была такой же сосредоточенной и упорной. Им бы это не повредило.

Его слова наполнили меня гордостью, расправившей плечи.

— Спасибо.

В этот момент в тренировочный зал вбежал молодой фэйлинг, держа в руке конверт.

— Для вас, генерал Лумейя.

Дакс взял письмо, пробежался глазами по пергаменту. Его кобальтово-синие глаза сузились, он провёл пальцами по длинным светлым волосам и тяжело вздохнул.

— Мне нужно идти. Эта маленькая тирания из совета требует моей явки.

Я нахмурилась.

— Зачем ей встречаться с тобой?

Он пожал плечами.

— Кто знает? Ведёт себя стервознее обычного. Даже Рорвину, который обычно пропускает всё мимо ушей, начинает надоедать. Видимо, у неё кто-то под хвостом застрял.

Я догадывалась, кто именно мог быть тем «кто», но не стала делиться. Не имело смысла. Дакс и так прекрасно знал об играх Мелисы.

— Я останусь, ещё немного попрактикуюсь.

— Звучит разумно. — Он взвалил трезубец на плечо и направился к выходу. — До завтра.

Зал был приятно пуст. Я призвала струю воды, чтобы утолить жажду, и с наслаждением выпила — прохлада разлилась по горлу. Затем плеснула ещё немного на лицо — облегчение пришло мгновенно. Не теряя времени, я снова взялась за трезубец и начала повторять движения — разум отключился от всего лишнего.

Левый, вниз, разворот, взмах, закрут вверх —

ХРЯСЬ!

Я согнулась вперёд, не в силах дышать, глаза расширились, колени врезались в пол. Острая боль прострелила спину, парализуя.

ХРЯСЬ!

Второй удар сбил меня с ног. Сознание затопили звёзды. Мысли исчезли.

Нужно двигаться.

Срочно.

Собрав последние силы, я перекатилась на спину — ровно в тот момент, когда светящийся трезубец врезался в пол рядом с моей головой. Надо мной склонилось лицо Мелисы, искривлённое злобной усмешкой.

— Тебе бы следить за спиной, принцесса, — процедила она, взмахнув оружием и направляя остриё к моему животу.

Я успела вскочить в полуприсед, и с мрачным удовлетворением увидела, как её удар, прошедший мимо, отдался по всему телу.

— А тебе бы научиться драться честно, — огрызнулась я.

Мелиса заняла боевую стойку.

О да. Похоже, мы начинаем.

Я не стала медлить. Вонзила трезубец в корпус Мелисы, заставив её отразить удар. Тут же развернулась и нанесла мощный боковой удар в её сторону.

Но Мелиса, с её десятилетиями опыта, мгновенно приняла боевую стойку — взгляд стал хищным, выверяющим каждый мой шаг. И она пошла в наступление. Грациозно закручивая трезубец, она наносила удары, звоном встречаясь с древком моего оружия — вибрация проходила сквозь всё тело. Движения её ног были почти танцем — будто она вспоминала боевую хореографию, которую отрабатывала в тишине своей комнаты. Я парировала каждый выпад, шаг за шагом отступая по залу. Её лицо было маской чистой ярости.