Скрытая наследница (ЛП) - Фернандес С. Т. - Страница 23

Ренеа сжала мою руку, вытаскивая меня из раздумий.

— Пойдем. Нам нужно торопиться.

Я едва заметно улыбнулась Майане, когда мы пошли по коридору — её шаги, почти не слышные, звучали за нами. Мы спустились по лестнице в конце коридора, наши быстрые шаги привели нас на этаж, который был точно таким же, как мой. Войдя в роскошную комнату, Ренеа пояснила:

— Это покои твоих родителей. Ну, технически, это твои покои, или будут, как только тебя коронуют. Твой отец пока не пришел, но должен быть в любую минуту. Я постараюсь найти что-то подходящее.

Она исчезла за двойными дверями в темной спальне, где я едва различала большую кровать с балдахином.

Оставшись наедине с собой, я перешла в гостиную, в три раза больше своей. Каменный камин, тянущийся до потолка, нависал над маленьким столом, который стоял между двумя креслами.

На длинном столе из морского стекла у окна лежали несколько металлических фоторамок. Я остановилась перед ними, всматриваясь в фотографии. Улыбка растянулась на моем лице, когда я увидела свою собственную фотографию. Я помнила тот день, как если бы он был вчера. Мы впервые посетили Йосемити, и на снимке мои щеки пылали ярко-красными от усталости, когда мы шли к водопаду Брайдл.

Одна рамка, стоявшая немного позади остальных, привлекла мое внимание. Я поставила снимок с Йосемити на стол, и холодный металл другой рамки болезненно врезался в мою кожу, когда я её взяла. На фотографии мои родители сидят на огромном песчаном пляже в Верхнем Мире, их заостренные уши ясно видны, указывая на уединенность этого места. Их смех можно было слышать даже через потертую черно-белую фотографию. Моё сердце сжалось, увидев их такими счастливыми.

Я прищурилась, когда нечто привлекло моё внимание на груди отца. Это были те самые символы, похожие на татуировки Элементальных, которые я видела на запястьях многих фейри, и они с мамой имели одинаковый стиль на левой стороне груди. Я провела пальцем по стеклу рамки, нахмурив брови, пытаясь вспомнить, где я видела эти знаки раньше. Но я была уверена, что это первый раз, когда я их замечала.

Кто-то прошел через открытую дверь за моей спиной, прервав мои мысли. Я оглянулась и увидела, как отец растерянно осматривает комнату, пока его взгляд не упал на меня.

— Ах, вот и наши покои, — сказал он, замечая меня.

Я улыбнулась.

— Ренеа решила заглянуть в мамин шкаф с платьями. Я пригласила её на бал как свою гостью. Подумала, что она может найти что-то подходящее. Я думаю, мама не возражала бы, но если ты считаешь, что это плохая идея…

Он взмахнул рукой.

— Конечно, нет. Уверен, твоя мама была бы счастлива, что Ренеа наденет одно из её платьев на бал. И я уверен, что это многое значит для Ренеа. Она скучает по Нелеа так же, как и мы, — успокоил меня отец. Его взгляд переместился на рамку в моей руке, и он указал на неё. — Что это у тебя?

Я подняла рамку, слегка потрясся её.

— Это фотография тебя и мамы на пляже, — сказала я, снова взглянув на снимок. — Когда это было?

Отец подошел ко мне, его губы слегка улыбались, когда он встал рядом.

— Это было в 1953 году. Мы с несколькими друзьями поехали на уединенный пляж в Верхнем Мире, отсюда и наши признаки фейри, — он хмыкнул, покачав головой. — Не спрашивай, чего мы смеялись. Наверное, это было неважно, но я рад, что Майлс успел сделать этот снимок. Хороший снимок. — Его кадык дрогнул. — Хороший снимок… её.

— А эти знаки на ваших грудях? Я не помню, чтобы когда-либо их видела. Что это?

Отец замолчал.

— Это наши знаки связи, и ты бы не увидела их, так как мы всегда носили маскировку, когда ты была рядом.

Я повернулась к нему.

— Знаки связи?

Он кивнул, его взгляд снова устремился к фотографии.

— Это символ мира, что мы связаны как партнёры.

Я вернула рамку на стол, металл стукнул остекло.

— О, я не знала, что вы увлекаетесь татуировками.

Он рассмеялся.

— Это не татуировки, Шер. Это знаки, как и Элементальный знак, который ты получишь сегодня. Они благословлены богиней, символизируют твою судьбу, твоего партнёра.

Мои брови сдвинулись, а руки сложились на груди.

— Майлс и Аурелио говорили, что они связаны, и что это навечно.

— Так и есть. Это не то же самое, что в Верхнем Мире с бумажными браками, зарегистрированными в суде. Он — твой партнёр на всю жизнь, а для фейри это довольно долго.

Мои глаза снова обратились к изображению мамы, как она смеялась, её рот распахнулся в беззаботном смехе.

— А что будет, если твой партнёр умрёт? — спросила я. Когда он не ответил, я снова посмотрела на него. Не смогла не заметить лёгкое сияние слез в его глазах.

— Ну, помимо того, что это ощущается, как будто отрывают что-то, связанное с твоей душой? Твой знак меняется, как я узнал, — он снял с груди чешую, открывая другой знак, который теперь был сильно отличен от того, что был на фотографии. Он выглядел так же, но с одним важным отличием — изгибы, которые раньше соединялись, теперь были просто контуром, а внутренняя часть стала цветом его кожи. Он провел по нему пальцем.

— Видишь ли, богиня верит в любовь, да? Поэтому этот знак должен быть вновь заполнен, если человек найдет любовь после смерти своего партнёра, — он тяжело вздохнул. — Хотя я и представить себе не могу, чтобы кто-то мог заменить твою маму. От этой мысли меня тошнит.

Я не знала, как на это реагировать, но я сжала его руку в утешение.

— Если это поможет, я не могу представить тебя с кем-то, кроме мамы. Но, похоже, эта богиня действительно умная женщина.

Он засмеялся, провёл тыльной стороной руки по глазу, вытирая слезу.

— Да, она такая. Та самая богиня. Вечно что-то замышляет.

— Кажется, я готова! — воскликнула Ренеа из-за двери шкафа. Через несколько секунд она влетела в комнату в рубиново-красном платье, которое облегало ее фигуру, её руки бегло погладили ткань, чтобы разгладить складки. Когда она подняла взгляд, то замерла, увидев отца.

— О, моя богиня! — сказала она и изогнулась в низком реверансе. — Простите, Ваше Высочество!

— Не стоит, — успокоил её отец, его голос стал мягким. — Ты выглядишь прекрасно, Ренеа. Нелеа была бы счастлива увидеть тебя в её платье. И на Элементальном балу. Это бы её порадовало. Спасибо, что составила компанию моей дочери. Ты можешь уберечь её от всех любопытных и всех неприятных людей.

Ренеа энергично кивнула.

— Конечно, Ваше Высочество. Я позабочусь о ней.

Я тяжело вздохнула.

— Ух, теперь я ещё больше нервничаю. Может, просто провести Элементальную церемонию?

— И пропустить все шоу? — воскликнула Ренеа, положив ладонь на горло. — Богохульство!

Через несколько минут Ренеа вернулась в свою одежду, прихватив мамино рубиново-красное платье, оставив отца готовиться к балу, а меня — продолжать размышления о связях, вопросы которых продолжали звучать в моей голове даже после того, как я покинула его покои.

***

Чувство дежавю пробежало по моему позвоночнику, когда я шла по каменной дорожке к Храму Атабей — сцена, поразительно напоминающая мать на её Вайлеми. Вспышки воспоминаний об атлантах, чьи слёзы струились по щекам, когда тело матери проносили мимо них — одни люди, другие фейри — бурей пронеслись в моей голове. И всё же, часть её присутствия шла рядом со мной, её сущность была так ощутима, что казалось, что тёплое одеяло накинули мне на плечи. Это было как успокаивающая вибрация нервов, переходящая в ровное гудение. Почтительное напряжение, исходящее от толпы, накатывали как волны, и все склонялись, когда я проходила мимо них.

Я молча повторяла указания Майлса — где встать и кто будет рядом со мной — когда мои шаги привели меня к подножию ступеней храма. Так что не было удивлением найти там отца, стоящего с рядом Даксом, в своих чешуйках. Ренеа сообщила мне, что все остальные надевают наряды для бала после церемоний. Но я не позволила бы, чтобы мою церемонию омрачил выбор платья. Я ещё не могу вызывать свои чешуйки, достаточно хорошо, поэтому хотябы платье должно было быть изумительным.