Скрытая наследница (ЛП) - Фернандес С. Т. - Страница 13

— Спасибо, Силас, — сказал мой отец с облегчением, но я едва разделяла его облегчение.

— Я предлагаю, чтобы регент правил ещё шесть месяцев, — заявил Силас. — Если её элементальный знак подтвердит то, что мы ожидаем, так как её родословная не дала нам других данных, то регент и секретарь обучат её нашим обычаям и традициям, а также обычаям других царств.

Я наклонилась вперёд и шепотом спросила отца: — Элементальный знак? Но он лишь чуть покачал головой. Поняла. Не сейчас.

— Я предлагаю помочь ей в обучении, — перебил Роарвин. — Ей нужно знать законы совета, которые регулируют эту палату; никто не знает их лучше меня. — Он подмигнул в мою сторону.

Силас кивнул.

— Хорошо. Роарвин добровольно согласился обучать принцессу Ашеру законам совета. Для её же безопасности я прошу, чтобы командующий обучил её техникам самозащиты, — я напряглась при этом предложении. Это означало проводить время с Дрейвином — один на один. Моё беспокойство росло в животе. — Ни одна минута не будет потрачена зря, за исключением еды и сна, пока она готовится к роли королевы. Через шесть месяцев мы снова соберёмся и проголосуем за статус её коронации или предложим альтернативные варианты. Все за?

Моё дыхание перехватило. Впервые с момента прибытия в ворота Атлантиды я почувствовала подавляющее желание. Я хотела стать королевой Атлантиды. Даже несмотря на то, что мамы больше не было с нами, я хотела, чтобы она гордилась мной. Я хотела доказать членам совета, которые подняли руки против моего правления, что они ошибаются. Маленькая искорка вспыхнула глубоко внутри. Это было крошечное пламя, но оно было. Желание доказать народу — её народу — горело, как огонь в камине. Когда все члены совета, кроме Мелисы, подняли руки, я с облегчением выдохнула. Роарвин подмигнул ей с улыбающимся лицом, словно Чеширский кот.

Мелиса покраснела как рак.

— Пусть будет так, — пробурчала она.

Двери зала совета распахнулись, и Майлс влетел в комнату с Майаной на хвосте — его лицо было мрачным, а её глаза распахнуты от ужаса. Он поставил руки на бёдра и кивнул к высокому куполу потолка.

— Страж оценщик найден мёртвым, — сообщил он.

Глава 8

Время текло, как лист, несомый по поверхности воды, а свет через плотные, глубокие синие бархатные шторы, плотно задернутые на каждом окне спальни, прерывался лишь изредка. Роскошное одеяло уютно обвивало меня, неизменный спутник, пока часы неспешно ускользали. Я лишь находила силы поесть или принять ванну. Груз этого нового мира давил на меня, и его тяжесть становилась невыносимой. Друг или враг. Противник или союзник. Я едва могла разобраться. Всё казалось таким… ошеломляющим. Я решила, что будет лучше закрыться в своей комнате, с её высокими каменными стенами и потолком, с древними гобеленами, которых я не осмеливалась коснуться, боясь повредить их. Однажды я просто пристально смотрела часами на изысканно вырезанную раму из махагони, сверкавшую, как новенькая медная монета. Она прекрасно гармонировала с ослепительно белым ковром, который занимал почти всю просторную, уютную комнату. Каждый вечер умирающие угли в двойном камине, общем с гостиной моей комнаты, тускло мерцали, как угасающая звезда. Иногда, случайно поймав своё отражение в зеркале в уголке комнаты, я видела женщину — как фейри её называли — которая смотрела на меня, но эта женщина была мне чужда. Поэтому я не стала долго изучать её отражение, а запомнила всё остальное, что окружало меня, каждую деталь, перед тем как сон окончательно забрал меня.

На третий день моего нового уединения я планировала провести ещё один день в одиночестве, несмотря на обязанности, чётко изложенные советом.

К сожалению, у Майлса были другие планы.

Слабые звуки мужских голосов донеслись из коридора перед моей дверью. Мой взгляд был устремлён на дверь, видневшуюся через проём, ожидая неожиданного вторжения.

— Дорогой, пожалуйста, не беспокой её, — услышала я просьбу Майлса.

— Она не может оставаться в этой комнате ещё хотя бы один день, — сказал мужской голос, одновременно лёгкий и мужественный.

— И я не намерен оставлять её здесь, — уверенно ответил Майлс. — Она потеряла всё. Мать. Жизнь в Верхнем Мире…

— А её всё ещё ожидает роль королевы. Она должна быть готова, любовь моя, иначе та чертова девица с неухоженными волосами и блеклым маникюром отнимет у неё то, что по праву принадлежит ей. А никто не должен править Атлантидой с таким маникюром.

Тут послышался стук в дверь, резкий и тревожный. Я медленно села, поправив подушку, чтобы опереться на неё.

— Входите, — прохрипела я, мой голос звучал хрипло от редкого использования.

Стальные петли двери скрипнули при её открытии. В комнату вошёл мужчина в длинном бархатном красном халате с золотыми филигранными отделками, на запястьях которого звякали золотые браслеты. Его идеально подстриженные чёрные волосы возвышались на дюйм выше головы и были короче по бокам. Он прикоснулся тонкой, но безупречно ухоженной рукой к горлу, а янтарные глаза оценивали меня с тревогой и изумлением.

— О, дорогая. Всё гораздо хуже, чем я предполагал, — сказал он, глядя на меня.

Майлс вошёл за ним, поморщившись. Его чешуйки покрывали широкие плечи, что до сих пор не переставало меня удивлять, но он по-прежнему выглядел безупречно.

— Не драматизируй, — заметил он с лёгким укором.

— Но… её волосы.

Я потрогала свои волосы, чувствуя, как горячий румянец поднимался на щеках от смущения. Возможно, я слишком переиграла с этим уединением.

— Всё можно исправить. Ты же один из лучших в этом деле, — сказал Майлс.

Мужчина в халате низко поклонился, звякнув браслетами, и, выпрямившись, протянул руку в элегантном жесте.

— Ваше Высочество, для меня большая честь служить вам, как бы сложно это ни было.

Майлс усмехнулся, покачав головой.

— Ашера, это мой партнёр и глава всех дел, связанных с модой и красотой для Королевской семьи, Аурелио Мартенос Антисий.

Я перевела взгляд от одного к другому.

— Приятно познакомиться, — попыталась я говорить, но мой голос по-прежнему был хриплым от долгого молчания. Я прочистила горло и добавила: — Ты никогда не говорил, что женат, Майлс.

На его лице расплылось чудесно гордое выражение.

— Мы не женаты, мы связаны. Это гораздо крепче, чем брак. И думаю, если бы я сказал тебе об этом, ты бы задала слишком много вопросов. Я посчитал, что будет лучше сохранить это на профессиональном уровне. Тем более Аурелио не часто бывает в Верхнем Мире.

— Только на праздники, — заметил Аурелио, опираясь внешней стороной запястья на бёдра. — Люди в Верхнем Мире в последнее время такие напряжённые. Кажется, они забыли, как наслаждаться жизнью, и придумали новые способы осуждать. Ужасно, — он фыркнул. — Им срочно нужно вытаскивать палку, которая так крепко застряла у них…

— Так вот! — перебил Майлс, хлопнув в ладоши. — Аурелио здесь, чтобы подготовить тебя к Элементальному Обряду и балу в честь твоего Элементального Знака.

Аурелио подмигнул мне, его брови совершили элегантный манёвр, и на его лице расплылся лучезарный взгляд.

Я принялась теребить нитку на сложном шве одеяла.

— Элементальный Знак. Это упоминали на совете, но я не поняла, что это значит. И что такое Элементальный Обряд?

Майлс взглянул на меня с мягким выражением.

— Это наш священный ритуал, когда раскрывается твой элемент, благословенный богиней.

— У каждого из нас есть Элементальный Знак, — сказал Аурелио, засучив рукав на левой руке и показав мне знак, напоминающий татуировку, на кремовой коже запястья. Чёрные чернила, как тёмная ночь, образуют незавершённый круг с острыми завитками на концах. — Это наш призыв, наша служба богине Атабей, богине фейри и людей. Мой — символ художника. Каждый Знак уникален. — Он дотронулся до элегантного горла, и мне показалось, что в его глазах появилось лёгкое мерцание. — Вся семья знала, что я буду благословлён им, потому что я рисую с тех пор, как был маленьким фейри.