"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 995

Продлевать тяготящий нас обоих ужин лорд Адсид не стал. Дождавшись, когда я доем десерт, предположил, что магия Видящей меня утомила, ведь леди Арабел брала силу невест и других участников ритуала. Я согласилась, даже призналась, что чувствую себя разбитой. Он скупо улыбнулся, посоветовал лечь пораньше.

— Последние дни были трудными, но самое сложное уже позади. Скоро все наладится, — добавил он напоследок.

Общие фразы и не отражающий эмоций красивый баритон будто выстраивали между нами ледяную стену. Взгляда в глаза лорд Адсид тоже избегал. Создавалось впечатление, что мы с ним почти не знакомы, а все хорошее, раньше связывавшее нас, я сама придумала.

Чувствовала себя растерянной, брошенной и отчего-то обездоленной.

Изобразив улыбку, простилась с сиятельным опекуном, вернулась в комнату. Теперь, когда не было смысла скрывать слезы, позволила себе выплакаться. Заснула в надежде, что сегодняшний день, отбор, разговор с родителями и резко испортившиеся отношения с лордом Адсидом мне только приснились.

ΓЛАВА 4

Пламя горелки отблескивало в матовой столешнице, облизывало начищенные бока серебряного котла. Фиред с нарастающим отвращением вдыхал сладкий и тяжелый запах розового масла, покипывающего в котле, и раздраженно постукивал по столу сандаловым пестиком. Отсчитавший положенные минуты кристалл мелодично звякнул. Истинный дракон поморщился из-за кажущегося слишком громким звука и, откупорив стеклянный флакон, высыпал в котел зачарованный кардамон.

В приторном аромате появились свежие нотки, зелье поменяло цвет на пурпурный. Фиред вытянул над варевом руку, прочел нужную формулу — льдистое плетение упало с ладони в состав. Еще одна перемена цвета — дракон с облегчением накрыл котел тяжелой крышкой, погасил горелку и суетливо отворил заклинанием окна.

Весенний ветерок ворвался в лабораторию аролингского посольства, радостно перевернул пару листов стоящей на мраморной подставке книги. Дракон хмыкнул, увидев чертеж жука-оберега, и захлопнул дневник. Над этими украшениями в свое время пришлось порядком поломать голову, чтобы зачаровать камни, металл и колбочки правильно. Иначе и в самом деле пришлось бы пустить все на самотек и довериться Видящей, этому несовершенному и неразумному созданию, не осознающему ни природы, ни настоящих возможностей своего дара.

Воспоминания о прошедшем ритуале усилили и без того почти нестерпимую головную боль. Фиред глухо застонал, прижал к глазам ладони, наклонился вперед. Теперь, когда работа с составом подошла к концу, можно было опять помочь себе. Монотонный напев убирал тошноту, прояснял мысли, притуплял боль.

Чуть покачиваясь в такт лечебному заклинанию, дракон вспоминал прошедший ритуал, с пренебрежением думал о том, какую малость кедвосцы называют великим даром. Ментальная магия Видящей была грубой и неотесанной, Фиреду нравилось называть ее первобытной. Это слово в должной мере передавало и угловатость, и дикость чрезвычайно редкого для эльфов дара. Видящая даже не научилась толком управлять своими способностями! Двадцатилетние драконы-желторотики и те могли больше!

Боль сосредоточилась за глазами, постепенно стала терпимой, хоть и не ушла совсем. На большее рассчитывать и не приходилось — вмешательство в ход чужих ритуалов наказуемо, но результат того стоил. Фиред закончил заклинание, покрутил головой, размял пальцами шею и открыл глаза. Провонявший розой и кардамоном мир был противно ярким и красочным…

Недовольно хмурясь, белый дракон подошел к шкафу, где хранил алхимические принадлежности, достал металлическую коробочку с мелко наструганным имбирем, растер несколько кусочков пальцами. Пряный аромат перебил тяжелый запах розы, отогнал коварно возвращающуюся тошноту.

В дверь лаборатории постучали. Створки распахнулись прежде, чем лорд ответил. Порыв ветра подхватил обертки от ингредиентов, смахнул их со стола. Фиред щелкнул пальцами, закрывая окна и двери.

— Ты нетерпелив, — хмуро бросил он.

— Вряд ли это можно ставить мне в вину в сложившихся обстоятельствах, — хмыкнул Зуар и стремительно подошел к стоящим у стены креслам.

Садиться не стал. Сложил руки на груди, настороженно посмотрел на закрытый крышкой котел:

— Когда будет готово?

— Через сутки. Сам знаешь, что зелье должно настояться, иначе достаточного эффекта не будет, — Фиред пожал плечами, закрыл шкаф с ингредиентами. — До приема во дворце пополним запасы твоего кольца, не переживай.

Лорд поймал себя на том, что снова поднес к лицу сложенные щепотью пальцы. Все же имбирь помогал. Собственная слабость Φиреда раздражала, притупившаяся головная боль — тоже, а пропитавшая одежду смесь розы и кардамона бесила. Если бы мальчик был терпеливей, не пришлось бы второй раз варить «Кровные узы»!

— Будь добр, не изводи все за один вечер, — просьба прозвучала резковато, и Зуар тут же вскинулся.

— Оно не действовало! А мы не могли рисковать!

Жесткий и решительный тон, незамутненное возмущение во взгляде и напористость юноши доставили дракону мрачное удовольствие. Он считал, что Зуар способен стать хорошим правителем в свое время, а некоторая горячность — признак молодости — пока была лорду даже на руку.

— Не из-за того, что зелье ослабело, — возразил советник. — Льяна к нему менее чувствительна, чем должна быть.

— Значит, в зелье ошибка! — настаивал Зуар, вперившись взглядом в собеседника.

— Мы уже обсуждали, что это не так, — Фиред старался сохранять спокойствие и подавить желание осадить принца. Ни к чему хорошему ссора на данном этапе привести не могла.

— Значит, дары все же несовместимы! — раздраженно бросил Зуар и принялся расхаживать рядом с креслами. — Нужно было выбрать другую. Та же Сивина куда выгодней и явно более расположена ко мне! Красивая, богатая, когда это нам торговые договора мешали? А волосы… Какие у нее волосы…

Лорд с усмешкой отмечал, как меняется тон юноши. Недовольство постепенно превратилось в восхищение, даже послышались мечтательные нотки.

— Она значительно больше подходит мне. И дело не только в статусе. Рядом со мной она выглядит гармонично, не то что эта деревенская девочка! — Зуар презрительно фыркнул. — Вчера ещё корову доила и навоз разгребала, а сегодня уже рядом с наследником Аролинга! Бред! Даже не смешно!

Фиред подошел к столу, отпер верхний ящик, достал оттуда три пузырька и чашку.

— Можно, нет, нужно все отыграть назад! — запальчиво подытожил Зуар. — Время до помолвки ещё есть. Иокарий тоже не рад тому, что Видящая выбрала не Сивину. Насмешка какая-то! Чем руководствовалась эта сумасшедшая?

Дракон понимающе кивал, перемешивая в чашке зелья, пока жидкость не стала однородно розовой и, наконец, не утратила запахи. От этой смеси разных ярких ароматов опять усилилась головная боль, в носу противно свербело и саднило.

— Вот, выпей, — Фиред протянул принцу состав.

Тот недоуменно нахмурился, но чашку взял, принюхался и в два глотка осушил ее. Скривился, тряхнул головой, закашлялся.

— Присядь, — велел дракон, — и помолчи минут пять.

Его Высочество не спорил, сел в одно из кресел, поставил на невысокий круглый столик пустую чашку. Фиред занял второе кресло, бросил недовольный взгляд на насупившегося и смаргивающего выступившие слезы принца. Показывать слабость не хотелось, но терпеть разгуливающуюся головную боль Фиред считал глупым. Он снова прижал ладони к глазам и, наклонившись вперед, бормотал заклинание. Пару минут спустя лорд откинулся на высокую жесткую спинку и перевел дух.

Чувствуя на себе взгляд Зуара, подумал, что юноше полезно напоминать, какие усилия советнику приходится прикладывать для достижения нужного результата. Может, будет больше ценить. Даже если нет, изображать благополучие перед Зуаром бессмысленно. Он знает, уже давно знает, что его советнику осталось жить года два, не больше. Сам-андруны оказались непоколебимы. Их не смягчило ни старательно разыгранное «чистосердечное» раскаяние, ни золото, ни самоцветы. Даже крупный исключительно редкий черный авантюрин не приняла ни госпожа Среффа, ни госпожа Заритта. Упрямые драконицы!