"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 1234

— Неизвестно. Но, лучше всего считать, что бандформирование с неизвестной численностью.

— О, как! — оживился ДД. — Ну, давай, тогда по фактам. Общее количество группы?

— Двенадцать человек, — вспоминая список, ответил я.

— Все боеспособные? Оружие в руках держали?

— Нет, в группе есть и дети, и женщины, — после этой моей фразы Дамир Дамирыч нахмурился и больше не улыбался.

— Тогда делим на четыре категории. Первая — это владение навыком обращения с оружием, начиная с моего уровня и заканчивая твоим. Четвертая — это те, кто совсем в руки не брал или что-то около того. Вторая и третья группы, все что посередине.

— Ну-у… — мне пришлось задуматься. — Чтобы ни разу в руки не брал, таких вроде как нет. Но если все же разделять, то… — я снова задумался. — Если в черновом варианте, то первая группа два человека, вторая четыре, третья три и четвертая тоже три.

В этот момент в предбанник зашла жена ДД — Айгуль Рашитовна. Приветливо со мной поздоровалась, и как всегда стала пенять мужа, что держит гостя непонятно где. Тот только отмахнулся, хмуря брови и разглядывая свои каракули в блокноте, тогда она переключилась на меня, зазывая в дом пить чай. Я вежливо отказался, ссылаясь на то, что вот прямо как пять минут из-за стола, и еще что-то утрамбовать в желудок ну никак не получится.

— Ром, а до восемнадцати, сколько народу в группе? — задал очередной вопрос ДД.

— Двое, но можно считать, что один, — отозвался я, параллельно сообщая Айгуль Рашитовне, что все у нас в порядке и даже местами хорошо.

— Жаным! Туесок минэм, алып китер, — на своем родном языке обратился ДД к жене. (Родная! Туесок мой принеси).

Та, услышав, вздрогнула, взглянула на меня, потом на мужа и ушла в дом. Её понять можно было, не часто муж позволял себе покурить табак, только в самые трудные моменты. И, похоже, один такой сейчас и настал. ДД попросил её принести туесок с табаком и трубкой, и ничего хорошего эта просьба в себе не несла. Обернулась она быстро и снова с тревогой посмотрела на мужа. Айгуль Рашитовна хоть и славилась у себя на работе несгибаемым и твердым характером, но вот дома, в своих стенах, становилась верной и надежной опорой мужу, ни о чем с ним не споря.

— Мы тут пообщаемся, — глядя на нее тяжело сказал ДД, — а ты детям позвони и узнай как у них дела.

Когда она, кивнув, ушла, мой сосед развязал туесок, достал трубку, табак, набил трубку и прикурил. После чего, выпустив в воздух струю ароматного дыма, повернулся ко мне.

— А теперь, Роман Геннадьевич, давай чистую, сухую информацию. Без мнимых друзей и прочего.

— Ты не поверишь, — покачал я головой.

— А ты начни, а там поглядим.

И я рассказал. Абсолютно всё. Поэтапно и только факты.

— Анализы сдавал? — первое, что у меня спросил ДД, после моего рассказа. — Ты сам можешь не знать, что у тебя в крови болтается всякая дрянь. Это многое объяснило бы.

— Не сдавал, — покачал я головой.

— Сдай. Вот прямо сейчас иди и сдай.

— Результаты только завтра будут.

— Всё равно сдай, лишним точно не будет.

— Сдам, — пообещал я. — Но ты просто представь, что если все сказанное мной случится. И что если мы будем готовы, хоть частично, то это повысит наши шансы на выживание.

— Я это прекрасно осознаю. Только вот все это… — он пощёлкал пальцами, подбирая слова, — …из жанра фантастики. Нереально выглядит. Если это все правда, то кто тебе вложил в голову такую информацию? И главное зачем? Есть причина и следствие, всегда так было и всегда так будет.

— Не знаю я. Но осознаю его силу и власть. Технология запредельного для нас уровня. И что вообще по моему вопросу? Как людей готовить?

— Думаешь, бандиты будут? — ДД зло усмехнулся.

— Самая вероятная угроза, если вдруг всему шарику звезда настанет.

— Тут я с тобой согласен. Поэтому сделаем вот как: ты отправляйся по своему маршруту, а завтра поутру ко мне загляни. Посмотрим, что у тебя получилось, и может у меня какие новые мысли появятся.

— Добро, — я поднялся и пожал протянутую мне руку.

Пока шел до своего дома думал над будущим маршрутом поездки. С нашего города вели три основные дороги, вот по ним и хотелось успеть скататься до наступления ночи. Хотя бы километров сто в каждом направлении откатать. Но это вряд ли получится, шесть сотен километров за те же шесть часов по нашим дорогам, что просто нереально.

Возле моего дома уже стояла припаркованная Киа Данила. А он сам расположился в беседке и снова дымил сигаретой. Последние дни мая выдались довольно жаркими и дома просто так никто сидеть не хотел.

— Всё, я свободен на ближайшие три дня, — оповестил меня друг.

— Две минуты и едем, — на ходу бросил я, заскакивая в дом.

— Макс, мы отъедем, будем поздно. Еда сам знаешь где, закончится, приготовишь, — сын на мои слова только кивнул, что-то яростно рисуя на листке бумаги. — Если что, сразу звони!

Первое направление, которое я выбрал, была дорога на юг. Через двадцать пять километров начинался довольно большой поселок, а еще через восемьдесят крупный город. Рассчитывал доехать прямо до города и посмотреть, что и как будет твориться с цифрами у меня в голове. Пока ехали через одинаковые расстояния, отмечал проценты «вероятности необратимых изменений» на распечатанной карте и думал о всяком разном. Первой мимолетной мыслью было странное состояние, что пришло ко мне, когда я твердо осознал, что верю всему, что со мной произошло. Это произошло буднично, как по щелчку пальцев. Вот я сомневаюсь, а вот уже нет. И что самое интересное, не рефлексирую по этому поводу. Твердо понимаю, что «завтра война» и к ней, хочу я этого или нет, надо готовиться. Без уговоров, без упрашиваний и сюсюканий. Накрыло меня это состояние когда мы отъехали буквально на десять километров от города и проезжали одну не самую большую деревушку.

Счетчик до этого показывающий примерно одни и те же проценты, в районе десяти-пятнадцати, вдруг резко скакнул до сотни, а после выдал значение «не определен».

— Остановись! — резко бросил я Данилу. Команду он выполнил безоговорочно. Сразу и резко, так что тормоза завизжали.

А сам задумался: что еще за новая напасть? Чего-то подобного я ожидал. Не могло быть так, чтобы проценты везде были бы низкими. Где-то должно было встретиться высокое значение. Но чтобы сразу сотня? И что это может значить?

Я вышел из машины и пешком прошелся до аномальной зоны. Вот тут «не определен», прошел метров пятнадцать, и стало сто процентов. Еще двадцать метров и процентов стало всего шестнадцать. Шестнадцать, мать его процентов! То есть, стой я вот здесь, выживу? А всего один шаг назад и финита ля звиздец со стопроцентным результатом. Как так может быть?! Какой такой катаклизм способен убивать точечно? Ну, допустим такое возможно, всякое бывает. За уши притянуть можно все что угодно и сова на глобус тоже влегкую натягивается иногда. Но так ли это в моём случае?

— Чего случилось-то? — ко мне подошел Данил и закурил.

Подробно пояснил, после чего товарищ, подымив сигареткой, предложил проехаться по самой деревеньке, отмечая проценты. Что мы и сделали и по всей территории деревни было одно значение — «не определен». Не определен — это что вообще? Невозможно определить? Если так, то почему? Мощности прибора не хватает, или тут в чем-то другом дело? Может такое случится, что в этой зоне, вообще не применимо измерение? Если да, то почему? Так и не придя ни к какому выводу, мы поехали дальше по маршруту. И чем дальше ехали, тем чаще мне встречались такие вот аномальные зоны с не определяемым процентом. Всё это наводило на мрачные мысли и не способствовало хорошему настроению.

Поселок, в простонародье все его звали Межик, был полностью скрыт в аномальной зоне. Не поленились, проехали его вдоль и поперек и везде одна и та же картина. Выехали и направились дальше, уже нигде не останавливаясь. Добрались до города, перекусили, и направились обратно.

— Что думаешь? — обратился я к другу, когда надоело сидеть в молчании.