"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 1120

Фарсиму бесконечно странно было видеть нежность к ящеру. Но еще больше его поразило, что и это опасное чужеродное существо отвечало лаской на слова и прикосновения.

Эльф, будто завороженный, наблюдал за тем, как лорд Старенс в своем ужасном обличьи ложится на кучу переплетенных чешуйчатых тел. Его лапы и хвост сонно обхватили другие ящеры, сложенные кожистые крылья матово поблескивали в солнечном свете. Веки устроившегося удобно лорда дрогнули, но не закрылись — глаза подернулись пеленой. Словно это был не сон, а дремота, пробудиться из которой было делом мгновения.

— Пойдем, горе, — раздался над головой Фарсима мелодичный голос леди Диалы. — Побеседуем о том, что мой муж не может обсуждать с тобой без пламени.

— Муж? — осторожно уточнил Фарсим, чтобы только заполнить тишину, чтобы отвлечь женщину от себя. Он стыдился своей слабости, дрожащих рук и негнущихся ног.

— Я говорю о лорде Старенсе, разумеется, — спокойно пояснила леди Диала. — В драконьем облике ты узнал его по голосу и по глазам.

— В каком облике? — переспросил эльф.

— У вас в мире сейчас нет драконов. Неужели и не было? — удивленно уточнила женщина, жестом приглашая Фарсима следовать за ней.

— Нет, — он покачал головой.

В этом он был совершенно уверен. Эльф много читал о верованиях на разных континентах, о мифах и легендах. Существа, напоминавшие лорда Старенса или сам-андрун, в сказаниях народов мира отсутствовали.

— О, понятно, — ответила леди Диала и взяла с походного столика стакан с водой. — Что ж, теперь есть. Ты голоден?

Она указала на расставленную на столе еду.

— Угощайся, если хочешь, — с этими словами она положила на тарелку крупную ягоду медовой колючки и, прихватив нож, устроилась на скамейке.

Расслабленная поза, грациозность движений и красота женщины покоряли. Не носи она чешуйчатый доспех с венком барвинка на груди, эльф, возможно, даже забыл бы о том, что за стенами замка идут бои.

Фарсим ничего есть не стал. Его сильно мутило от пережитого страха и головной боли, но эльф покорно сел напротив волшебницы, устроившись в тени раскидистого дерева.

— Если лорд Старенс ваш муж, то вы… — Фарсим замялся, не зная, как лучше оформить мысль.

Леди Диала ему не помогала, только вопросительно посматривала исподлобья, разрезая кожистый плод. Фарсим совсем смутился, потупился:

— Вы тоже…

— Дракон? — подсказала женщина правильное слово.

Десятка два оранжевых ягодок высыпались из кожицы плода в глубокую тарелку. Эльф робко кивнул, предпочитая смотреть на яркие ягоды, а не на собеседницу. Он не знал, позволено ли ему спрашивать, и боялся гнева женщины.

— Да, я тоже дракон. Чистокровный, как и лорд Старенс, — судя по голосу, леди Диала находила любопытство эльфа понятным, но забавным.

— А другие аристократы? — робко уточнил Фарсим.

— Тоже чистокровные драконы, — с улыбкой ответила женщина. — Но вернемся к нашим делам. Прежде всего я объясню тебе то, до чего ты сам не додумался. Откровенно говоря, не предполагала, что такие простые вещи нуждаются в пояснениях.

— Я незнаком с вашей магией, — буркнул задетый эльф.

Тон женщины казался ему незаслуженно уничижительным. Это злило, как и уверенность чужачки в успехе вторжения в империю.

— К сожалению, из-за слабости дара ты не знаком даже с магическими законами собственного мира, — пренебрежительно повела плечами леди Диала. — Иначе тебе не пришла бы в голову идея украсть артефакт.

— Я не хотел, чтобы вы могли призвать еще воинов! — Фарсима обидели слова драконицы, и он ответил с неожиданным даже для себя вызовом.

Она вопросительно подняла красивые брови, посмотрела на собеседника с легким недоумением.

— У вас слова о реальной силе дара считаются оскорбительными? Чувства слабых магов принято как-то особенно щадить? — поинтересовалась леди Диала.

— Нет, — опешил Фарсим.

— Тогда не бесись и постарайся рассуждать здраво. Поверь, при некоторой тренировке это не только легко, но и доставляет удовольствие, — холодно ответила она.

Эльф ошеломленно смотрел на драконицу и не находил слов в свою защиту.

— Твой порыв спасти империю был в значительно большей степени безумным, чем благородным, — жестко продолжила леди Диала.

Фарсим, которому драконица очень нравилась спокойной и уравновешенной, сожалел о своей внезапной ершистости. Дразнить и раздражать леди Диалу, единственную, вполне искренне интересующуюся эльфом, его переживаниями и судьбой, явно не следовало.

— Леди Диала, — растратив все запасы храбрости на обращение, Фарсим нехотя признался: — Я хотел помочь своей стране, но, судя по вашим словам, сделал что-то ей во вред.

— «Во вред»… Какое очаровательное определение, — как-то горько хмыкнула женщина. — Поясняю суть, чтобы у тебя не было глупых мыслей. Если артефакт не вернуть на место самое позднее через восемь часов, часть империи Терон превратится в выжженную пустыню.

— Пустые угрозы, — хмуро бросил Фарсим.

Драконица окинула его пораженным взглядом, словно имела дело с сумасшедшим. Идеальные дуги бровей, искренне удивление во взгляде и слегка приоткрытые губы убедили эльфа в том, что он заблуждался, быстрей резковатой отповеди.

— Никто никому не угрожает! Я просто сказала тебе, какой станет действительность к закату солнца! Это факты! Простой математический расчет!

Она замолчала, посмотрела в глаза эльфу, ее брови недоверчиво и скептически сошлись на переносице.

— Кто же мог знать, что сильная часть плана станет его слабостью… — едва слышно выдохнула она и продолжила громче, уверенней. — Ты ведь и в самом деле не понимаешь, что наделал!.. Поразительно!

Фарсим счел за благо промолчать. Просто прикусить язык, вцепиться руками в скамью и молчать, ждать разъяснений. Леди Диала пронизывала его взглядом, будто искала подвох. Эльфу казалось, синие глаза драконицы проникают ему в самое сердце, считывают сведения, просматривают воспоминания. В мыслях звучал мелодичный голос женщины, которому хотелось ответить на все вопросы. Заданные и незаданные.

— Я постараюсь говорить так, чтобы даже ты меня понял, — вздохнула леди Диала. — Лорд Старенс нащупал брешь в защите связанных миров. Через нее он руководил тобой, подсказывал, как должен выглядеть артефакт, какие там должны быть письмена. Когда ты создал диск и нанес древние руны, связь между мирами усилилась многократно. Это позволило лорду Старенсу, мне, Госпожам и некоторым лордам влиять на всех тех, кто помогал тебе. Чтобы камни, делающие артефакт таким бесценным, были найдены.

— О судьбе игрушки вы ни разу не думали? — не сдержался Фарсим, хоть и давал себе зарок молчать.

— Ты говоришь о своей судьбе? О судьбе проводника? — мягкость ее ответа сбивала с толку.

Император на месте леди Диалы злился бы безмерно, не обошлось бы без молний. Лорд Старенс, насколько эльф мог судить, в лучшем случае прикрикнул бы или применил бы болезненное волшебство в наказание. А драконица сохраняла хладнокровие, чем невольно напомнила Фарсиму императрицу Мадаис. Из-за этого воспоминания ему стало стыдно, ужасно совестно, что не мог просто выслушать пояснения единственной, кто хотел бы попытаться решить дело мирно. По крайней мере Фарсим надеялся, что эта удивительно красивая женщина не жаждет смертей.

Он осторожно кивнул и принес извинения за то, что перебил. Шепотом, на большее не хватило смелости. Леди Диала снисходительно улыбнулась:

— Если бы все пошло так, как мы задумывали, твоя жизнь была бы долгой и безбедной. А твои соотечественники не вспомнили бы даже, что мы пришли из другого мира. Госпожи своей магией смогли бы изменить воспоминания людей и эльфов, внушить им, что драконы всегда были важной и ценной частью общества.

Фарсим отвернулся, чтобы скепсис не стал очевиден леди Диале.

— Зря сомневаешься, — без тени раздражения добавила она. — Никогда не стоит недооценивать противника. Не повторяй наших ошибок. Мы ведь недооценили степень твоей неосведомленности.