"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 2197

– Будьте честными, Максим, - неожиданно вмешался Лен.

Несмотря на явную усталость, он старался смягчить назревавший конфликт.

– Неужели вы думаете, что директор Хэнниш готова к такому внезапному вызову? Без предупреждения и подготовки?

– Мистер президент, - с усмешкой ответил особый советник, - она руководитель службы протокола и по должности обязана быть готовой к любым вопросам.

– Тогда не тяните время, - со старческим сарказмом произнес Вертигус. - Если вам не терпится обвинить главу полиции в предательстве, то огласите эту клевету! Расскажите нам о ваших «гипотезах»?

Особый советник вновь осмотрел аудиторию. Его переполняла страсть; он будто бы прибавил в росте. Казалось, что скрытые эмоции, бурлившие в нем, вот-вот достигнут точки взрыва.

– Уважаемые члены Совета! Версия событий, рассказанная нам директором Лебуолом, настолько неправдоподобна, что я считаю ее ложью. На мой взгляд, капитан Термопайл и помощник шефа Тэвернер не бежали со станции полиции. Я уверен, что они являлись агентами полиции и были направлены директором Диосом в запретное пространство для совершения какой-то диверсии, которую амнионы не могли оставить без ответа. После провокации «Труба» по приказу директора Диоса вернулась в человеческий космос. Поскольку ответ амнионов был заранее известен, скаут полетел к Массиву-5 - подальше от границы. Диос не хотел, чтобы его агенты понесли наказание за совершенную диверсию, но он и не желал подвергать прямой опасности околоземное пространство. Максим прочистил горло и продолжил:

– Примерно в то же время к Рудной станции был послан «Каратель». Ему полагалось обеспечить защиту скаута. Встретив «Трубу» у запретного пространства, крейсер последовал за ней в систему Мас-сива-5, где ожидалось вторжение «Затишья». Затем произошло сражение.

Он вернулся к трибуне и ударами ладони начал вколачивать фразы в ее деревянную поверхность.

– Я уверен, что все эти события были спланированы Уорденом Диосом. Более того, я убежден, что глава полиции намеренно спровоцировал акт амнионского вторжения.

Вероятно, истинные цели особого советника были понятны не только Койне, но и президенту Лену. Он сидел, прикрыв глаза рукой, словно стыдился того, что происходило в зале. Тем не менее Эбрим согласился на передачу полномочий Абдулла в пользу Игенсарда. Лен предоставил ему статус советника, который требовался Максиму для выдвижения публичных обвинений.

«Глава полиции намеренно спровоцировал акт амнионского вторжения».

В противоположной части зала несколько мужчин вскочили на ноги и обступили упавшую женщину. Койна догадалась, что кто-то упал в обморок. Люди бледнели на глазах, как будто Игенсард высасывал их кровь. Известный ученый Панджат Силат схватился за грудь и с открытым ртом повернулся к помощникам. Один из них торопливо протянул ему небольшой пузырек. Силат запрокинул голову назад, проглотил таблетку и болезненно сгорбился в кресле. Его лицо стало серым, как зола. Сигард Карсин и Вест Мартингейл, не отрываясь, смотрели на Максима. Вертигус морщился и время от времени хлопал себя ладонью по лбу, стараясь отогнать обиду и отчаяние. Клитус покачивал бородой и кривил губы, будто пробовал горькую пилюлю.

«Намеренно спровоцировал…»

Совет слишком долго и безоговорочно доверял Уордену. На него полагалось все человечество. Идея о том, что он мог совершить преступление, приписываемое ему Игенсардом, раскрывала бездонную бездну. А вдруг это правда? Койна почувствовала боль и тоску от такой возможности. О Господи! Уорден! Что же ты задумал?

Она огорченно повернулась и без слов посмотрела на связисток. Ее рот изобразил: «Ну что?» Обе покачали головами. Одна из них прошептала:

– Шеф Мэндиш выразил свои сожаления. Он просит у вас извинений. Директор Лебуол велел, чтобы мы ему не мешали.

Она прикусила губу и подавила стон. Ей требовались доказательства. Без них все усилия Диоса могли повернуться против него. В соседнем кресле Клитус шептал о чем-то в ларингофон. Звуки были слишком тихие, чтобы разобрать слова. Наверное, он докладывал Дракону. Койна вздрогнула, услышав голос Блейн Мэне.

– Ради Бога, Максим, зачем ему это нужно? - возмутилась советник от «Примы Бетельгейзе». -

Зачем такому человеку, как Уорден Диос, провоцировать вторжение? Я не думаю, что он сошел с ума и решил повоевать с амнионами.

– Вы правы, - ответил Игенсард. - Директор Диос не намерен начинать войну. Его реальной целью являются не амнионы, а члены Совета.

– Как это? - с ошеломлением спросил Блейн.

– Грубо говоря, он хочет напугать Руководящий Совет.

Чтобы сфокусировать внимание публики, Максим сделал небольшую паузу.

– Диос пытается отвлечь Совет от моего расследования.

С другого конца стола донесся колкий комментарий Тела Барниша:

– Мистер Игенсард, а вы не страдаете манией величия? Значит, ради вас директор Диос решил начать войну? Неужели вы считаете, что важность вашей персоны заставила главу полиции забыть о службе, которой он посвятил всю свою жизнь?

Максим бесстрашно повернулся к советнику от «Вэлдор Индастриал». В его глазах мерцал опасный отблеск. Он был на грани детонации. От нараставшего давления в груди его голос стал глухим, как стук молотка.

– Выполняя порученное мне задание, я собрал доказательства о самом злостном должностном преступлении нашего времени, - заявил Игенсард. - Уорден Диос оказался бесчестным негодяем. Его власть стала опасной для человечества. Вы присутствовали на видеоконференции и слышали его. Он был прижат к стене. Я загнал его в угол. Теперь он стремится сохранить свое положение и обезопасить себя от моего расследования. Диос хочет убедить Совет в том, что нам угрожает война и что в такое время опасно подвергать сомнению правомочность его поступков. Возможно, он добился бы успеха, если бы не одна фатальная ошибка. Диверсия капитана Термопайла и помощника шефа Тэвернера нанесла такой огромный ущерб, что «Затишье» помчалось за «Трубой» и вторглось в систему Массива-5. «Каратель» помешал погоне амнионов, но они не улетели, как на это надеялся директор Диос. Они пренебрегли возможным разрывом мирного договора и, рискую жизнями, направились к Земле.

В тоне особого советника появились пророческие тона.

– Вы считаете, что я ошибаюсь? Тогда как вы объясните тот факт, что «Каратель» вышел из боя? Мин Доннер - отважный офицер. Ее неукоснительное служение долгу вошло в поговорку. Почему же она нарушила клятву? Я не верю, что руководитель подразделения специального назначения оставила бы амнионский сторожевик в покое, если бы не получила категорический приказ. Уордену Диосу требовалась угроза полномасштабной войны, а не сама война. Амнионы не простили бы человечеству уничтожения их флагманского корабля.

– Ваши доводы нелепы, - возразил Вертигус. - «Каратель» получил серьезные повреждения. К тому же «Затишье» оснащено сверхсветовой протонной пушкой.

– Совершенно верно, - согласился Максим. - И это только подтверждает мои слова. Почему для данной миссии было выбрано поврежденное судно? Почем на встречу с «Затишьем» не полетел линкор «Кузнечный молот»? Или «Порыв», приписанный к Массиву-5? Я считаю, это было сделано для того, чтобы позже «Каратель» мог заявить о своей неспособности вести бой с амнионским кораблем. Почему, вы думаете, Диос отправился на борт «Затишья»? Он не ожидал, что события зайдут так далеко! Он полетел к амнионам один, чтобы предложить им возмещение за ущерб, нанесенный «Трубой». И он согласится на любые условия, потому что его ошибки и преступления довели полицию до беспомощного состояния! Потому что полиция Концерна уже не способна вести войну с амнионами!

Койна сжала кулаки в немом протесте. Ей хотелось закричать особому советнику: «Довольно клеветы! Ошибки Диоса здесь ни при чем! У нас не хватает кораблей. Не хватает людей. Мы не имеем финансов для ведения военных действий. Фэснер держит нас на голодном пайке».

Однако Уорден послал ее сюда не ради этого - не ради извинений и жалобных объяснений. Он поставил себе другую цель. Диос не собирался срываться с крючка. Он хотел послужить наживкой для Фэснера. Он хотел, чтобы Койна потянула леску и подсекла Дракона. Вместо него… Без доказательств…