"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 2038

– Вот почему я служу им, Сиро. Если я откажусь, они перестанут давать мне капсулы. И вот почему ты теперь будешь служить мне.

Опустив руку в карман костюма, она вытащила шприц. Несмотря на испуг, мальчишка оказался очень шустрым. Его лицо исказилось от ужаса. Он отступил на шаг, но это движение было отвлекающим маневром. Подпрыгнув вверх, Сиро попытался нанести удар ногой по шприцу. К счастью, Сорас была готова к этому. Шагнув в сторону, она блокировала удар правым локтем, и мальчишка по инерции врезался в Майлса. Тот без труда поймал его, развернул в воздухе и, обхватив обеими руками сзади, прижал к себе.

Сиро яростно отбивался. Впрочем, с таким же успехом он мог бы вырываться из наручников. Амнион обладал достаточной силой, чтобы удерживать его. Сорас не колебалась. Если бы сна дала волю своим сомнениям, то низость этого поступка утопила бы ее в своей трясине. Быстрая и безжалостная, как ядовитая змея, она вцепилась в запястье Сиро, оголила руку мальчика до локтя и вонзила иглу в бархатистую кожу. Еще одно мгновение, и шприц был пуст. Ровно через десять минут юнга «Трубы» мог потерять человеческий облик.

Сорас быстро отступила на тот случай, если Сиро еще раз взбрыкнет ногой. Но мальчишка был повержен. Он грузно обвис в руках Тэвернера. Его взгляд был прикован к красному пятнышку, оставшемуся на коже после укола. Затем он откинул голову назад и открыл рот, набирая воздух для отчаянного крика. Сорас наотмашь дала ему пощечину. Удар усилил ее отвращение к себе, но оборвал едва начавшийся вопль Сиро.

– Я велела тебе быть внимательным! – рявкнула она. – Смотри мне в глаза!

Встряхнув головой, он уставился на руку. След от иглы притягивал его взгляд. Тем не менее, когда Сорас замахнулась для нового удара, он медленно повернулся к ней. Гримаса ужаса на детском лице заставила ее содрогнуться. Ей даже захотелось застрелить его, избавив от мучений. Она спрятала пустой шприц и дрожащей рукой вытащила из кармана небольшой пузырек.

– Подумай минуту, Сиро. Если бы я превратила тебя в амниона, ты был бы плохим помощником. Саккорсо не пустил бы тебя на борт своего корабля. Ты прав. Я ввела тебе мутаген Но он замедлен. Ты слышишь меня? Он замедлен! Он не будет действовать десять минут!

Она поднесла пузырек к его лицу.

– Это противоядие. Лекарство, которое поддерживает мутаген в пассивном состоянии.

Сиро перевел взгляд на капсулы. Казалось, он хотел проглотить их вместе с пластиковой упаковкой.

– Здесь шесть капсул, – объяснила Сорас– Каждая рассчитана на час. Видишь? Прямо в эту минуту я возвращаю тебе шесть часов твоей жизни. Но ты можешь увеличить этот срок. Растянуть его на годы! Я знаю место, где таких капсул столько, что мы можем оставаться людьми всю жизнь. Подумай, Сиро! Подумай!

Внезапно мальчишка лягнул амниона и снова начал вырываться. Но его усилия были бесполезными. Майлс без особого труда справлялся с ним. Через двадцать секунд Сиро вновь обвис в руках Тэвернера.

– Ты хочешь, чтобы я о чем-то рассказал? – спросил он хриплым шепотом.

Мальчишка больше не смотрел на пузырек в руке Сорас. Его голова повисла, словно он сломал себе шею.

– Ты хочешь узнать, зачем мы прилетели на станцию?

Сдавленный голос Сиро походил на стон.

– Нет, – ответила Сорас– Я уже знаю, почему вы оказались здесь.

Страх подростка пробудил в ней ярость.

– Мне уже известно, что Шейхид анализирует иммунное лекарство. Попробуй догадаться еще раз.

Он испуганно съежился.

– Значит, я должен что-то сделать? Причинить вред Нику или кораблю?

– Думай! – закричала Сорас.

– Только не проси меня убивать кого-то из них, – прошептал Салага.

Она не видела его лицо и едва слышала голос.

– Я еще ребенок. Мне их не одолеть. А если ты планируешь диверсию на корабле…

– Продолжай!

– Я не знаю, как работают пульты. Мне неизвестны командные коды. И я никогда не бываю на мостике один.

Она медленно кивнула головой.

– Возможно, это правда. Тогда придумай что-нибудь еще.

Он на пару секунд задержал дыхание, а затем приглушенно захныкал.

– Я могу испортить двигатели…

– Оба! – рявкнула она, чтобы обрубить его сомнения. – Тебя учили на бортинженера, и ты знаешь, как это сделать. Останови «Трубу». Отдай ее мне. Если она не сможет лететь, с ней будет покончено. Я задавлю ее огнем и возьму на абордаж. Мои люди проникнут на борт и заберут то, что нужно. И тогда ты полетишь со мной. Я дам тебе столько капсул, что их хватит на всю твою жизнь.

– Дай их мне сейчас, – попросил ее Сиро.

– Нет, – ответила она, сжимая пузырек в ладони. – Ты должен понять еще одну истину. Когда я отпущу тебя, в твоей дурной голове может появиться желание рассказать Саккорсо о моем поступке. Ты действительно еще ребенок. В таком возрасте хочется быть героем – хочется мстить за свои обиды. Но тебе не удастся причинить мне вред. Пойми это, Сиро. Как только ты вернешься на станцию, мое судно отправится в полет. Мы покинем лабораторию, и без капсул ты вскоре превратишься в амниона. Твои друзья убьют тебя. А я все равно добьюсь своего. Мы перехватим «Трубу» в астероидном рое и вскроем ее как консервную банку. Тебе это ясно, мой друг?

Сорас думала, что он кивнет ей в ответ. Парень выглядел настолько подавленным, что должен был соглашаться с каждым ее словом. Но она ошиблась. Приподняв голову, он тихо возразил:

– Что, если это дело потребует больше шести часов? Я никогда не обслуживал такие двигатели. Я даже не знаю, как к ним подобраться. Что, если мне понадобится больше времени?

Голос Сиро дрожал от испуга. Она встретила его умоляющий взгляд и едва не отвела глаза в сторону. Несмотря на службу амнионам и частые визиты на Малый Танатос, она впервые обрекала человека на такую участь. Но Сорас привыкла к жестокости. Она достаточно поднаторела в ней, чтобы предвидеть аргументы жертвы.

– Все верно, – вздохнула она, словно немного смягчилась.

Чатлейн вытащила из кармана второй пузырек.

– Вот еще шесть часов.

Она хотела напугать мальчишку, довести его до ужаса – но не до полного аутизма.

– Это все, что я могу тебе дать. Если в течение двенадцати часов ты не выполнишь моего указания, то вини самого себя.

Он был ребенком. Двенадцать часов могли показаться ему долгим сроком. Парнишка морщился, сдерживая слезы. Однако Сорас ожидала ответ до тех пор, пока он не прошептал:

– Хорошо. Я сделаю это.

Чатлейн кивнула амниону головой, и тот отпустил Салагу. Мальчишка схватил пузырьки, открыл один из них и торопливо сунул в рот спасительную капсулу. Ему казалось, что отведенные десять минут уже подходили к концу. Сорас знала, что он сейчас чувствовал.

Через несколько минут ее второй помощник повел Сиро обратно на станцию. Он должен был передать мальчишку охране и пояснить шефу Ретледжу, что маленький бездельник слонялся рядом с доком «Планера». После этого Сорас планировала выразить Бекману свою обеспокоенность подозрительными действиями одного из подчиненных Саккорсо. Ссылаясь на вероятность диверсии, она собиралась известить директора лаборатории о своем незамедлительном отлете.

Когда люк шлюза закрылся за ее помощником и Сиро, Чатлейн повернулась к Майлсу.

– Ну и как? – спросила она.

Накладные ресницы придавали амниону почти человеческий вид, но нисколько не смягчали его жуткого взгляда. Вместо того чтобы ответить на ее вопрос, он задал свой собственный:

– Вы верите, что этот план удастся?

Он никак не акцентировал слово «верите». Однако их прежняя беседа придала его фразе особое значение. Сорас сердито фыркнула.

– Возможно, вы забыли, на что похож человеческий страх. Сиро Васак боится. Он сделает все, что я ему велела.

Чатлейн действительно верила в это. Такие люди, как Саккорсо, не вдохновляли подчиненных на преданность и самопожертвование.

– Тем не менее план может и сорваться, – продолжила она. – Я оцениваю вероятность успеха пятьдесят на пятьдесят. Если мальчишка испугается сверх меры, он просто откажется от борьбы за собственную жизнь. В любом случае, я верю, что его психологическая обработка заслуживала наших усилий.