"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1984

Уорден попытался унять дрожь в руках, подавить страх, забыть о времени, сосредоточиться на тексте.

«Исаак – Уордену Диосу. Лично. Срочно.

Задание по уничтожению Малого Танатоса успешно выполнено.

Задействован код Габриэль. Майлс Тэвернер перешел на сторону Амниона.

Личный состав на борту включает в себя следующих оставшихся в живых членов экипажа «Мечты капитана».

Морн Хайленд, Дэйвиса Хайленда, Ника Саккорсо, Мику Васак, Сиро Васака, Вектора Шейхида.

Нас преследуют амнионские корабли.

Срочно. Амниону известно о наличии у Ника Саккорсо противомутагенной вакцины. Существует вероятность того, что амнионцы смогли выделить ее из крови Морн Хайленд.

Срочно. Дэйвис Хайленд – сын Морн Хайленд. Он подвергся принудительному развитию на Станции Всех Свобод. Амнионцы считают его носителем знаний, необходимых им для достижения полного внешнего сходства с людьми.

Срочно. Амнион проводит испытания усовершенствованного тахионного двигателя с целью достижения их военными кораблями околосветовых скоростей. Ник Саккорсо и его люди являются непосредственными свидетелями этих испытаний. Жду ввода новой программы. Конец сообщения. Исаак».

Пока хватит. Надо во всем разобраться, выстроить факты в логическую цепочку и соединить с тем, что известно от Хэши… Морн жива! Молодец Энгус!.. Но нет, надо дочитать до конца.

То, что следовало за сообщением с борта «Трубы», являлось буквальной выпиской из бортового журнала «Карателя», описывающего события с момента появления крейсера в непосредственной близости от запретного пространства на противоположной стороне Астероидного пояса. Типично для Мин: данные не были отредактированы, их не сопровождал ни комментарий, ни элементарные объяснения. Она либо просто отказывалась делать за Уордена его работу, либо не хотела влиять на его восприятие информации. Значит, чтобы отделить зерна от плевел, Уордену необходимо обдумать каждую деталь. А зерна есть. Их можно заметить невооруженным глазом.

Программа Энгуса все еще работала: «Труба» достигла ближнего космоса, отправила донесение и послала приводной сигнал согласно введенным ранее инструкциям. Словно преследуя «Трубу», границу между запретным пространством и ближним космосом стремительно пересекал неизвестный корабль – предположительно амнионское судно или судно, союзное Амниону. Но и «Каратель» принял решение направиться в погоню за кораблем-разведчиком.

Кроме того, остается еще «Пикник», владельцем и капитаном которого является Дарин Скройл, по-видимому, законопослушный торговец. Судно дрейфует в непосредственной близости от поста наблюдения, для приближения к которому Энгус предпринял столь рискованную попытку. Дарин Скройл говорит о заключении некоего контракта с Клитусом Фейном, – читай с Холтом Фэснером, – согласно которому «Пикник» должен наблюдать за разворачивающимися событиями в запретном пространстве. Уорден не стал отвергать это объяснение, хотя больше склонялся к собственной версии. «Пикник» и является тем таинственным источником, из которого Хэши Лебуол черпает информацию о Малом Танатосе. К такому выводу Уорден пришел, исходя из странного факта: Дарин Скройл – или Клитус Фейн – считал удобным посылать сообщение через Бюро по сбору информации.

На первый взгляд, поступившая информация, казалось, не имела внутренней логической связи. Но Уорден не мог позволить себе так думать или дать захлестнуть себя эмоциям. Он сам стал причиной большей части, если не всей этой неразберихи. Если он потеряет самообладание, если не сможет обрести контроль над ситуацией, тогда наступит полный хаос, жестокая анархия, сметающая все на своем пути.

Морн жива. Энгус сохранит ей жизнь до тех пор, пока сам будет жив. Сознание этого факта воодушевило Уордена.

Предательство Майлса не пугало шефа Департамента полиции. Он с самого начала планировал избавиться от бывшего заместителя начальника службы безопасности Рудной станции. Организация внедрения Майлса в Амнион стала самой коварной атакой на амнионцев, какую Уорден мог только придумать; хорошо спланированным ходом в предпринимаемых им усилиях, направленных на спасение человечества.

В общем смысле, операция Уордена с участием Майлса была направлена на то, чтобы спровоцировать Амнион на военные действия, которые Уорден сможет подавить и, таким образом, нанести Амниону психологический урон как раз в тот момент, когда человечество больше всего нуждается в защите. Именно поэтому Уорден не боялся погони амнионского корабля за «Трубой». Его труды начали приносить свои плоды.

В то же самое время, однако, Уорден испытывал тревогу по поводу того, что у Морн Хайленд есть сын. Чтобы заполучить его, Амнион пожертвует многим. То, что Дэйвис подвергся принудительному развитию на Станции Всех Свобод, в какой-то степени объясняет несанкционированную вылазку Ника Саккорсо в запретное пространство. Эта вылазка дает Амниону еще больше оснований на рискованное вторжение в ближний космос. Но откуда у парня появилось развитое сознание, не говоря уже о знаниях, необходимых амнионцам для достижения полного внешнего сходства с людьми?

От одной мысли о возможности достижения амнионцами полного внешнего сходства с людьми по телу Уордена побежали мурашки. До сих пор генетические диверсии в той или иной форме могли присниться только в ночных кошмарах. И все же эта мысль страшила меньше, чем мысль о том, что Амнион мог получить средства достижения околосветовых скоростей. Если такое возможно, то попытки Уордена спасти людей как биологический вид уже потерпели крах. Теперь ни один сектор ближнего космоса не будет защищен.

Что же касается связи Хэши с «Пикником»… На секунду Уордена охватил приступ слепой ярости. Чем занимается Хэши? Работает на Дракона за спиной Уордена? Неужели Уорден так в нем ошибся?

«Ах ты сукин сын! А я тебе доверял! Полагался на тебя!»

Но Уорден не мог поддаться ярости. Только не теперь. Слишком многое поставлено на карту: его надежды, даже жизнь, которая непосредственно зависит от его здравого смысла, от понимания ситуации, от способности принимать правильные решения. Если он проиграет, то окажет Амниону неоценимую услугу. Зло будет непоправимо.

Уорден взял себя в руки как раз в тот момент, когда на его пульте замигала сигнальная лампочка. Всегда, когда Уорден находился в одном из своих секретных кабинетов, он официально ни для кого не существовал. Теоретически найти его никто не мог, хотя на практике получалось наоборот. Инструкции предписывали ему в случае крайней необходимости вступать в контакт со своими подчиненными. Для этого и служили сигнальные лампочки, расположенные во всех кабинетах начальника Департамента полиции.

Слишком быстро. Впрочем, теперь, когда столь многое висит на волоске, все происходит слишком быстро. По крайней мере, дали время прочесть донесение. Его можно обдумать по пути. Кроме того, уже есть кое-какие соображения…

В критической ситуации Уорден умел мобилизоваться. Когда он подключился к каналу внутренней связи, его руки были тверды, как камень.

– Диос, – ледяным тоном назвался он. – Что случилось?

– Директор, – быстро ответили из Центра. – Извините за беспокойство, сэр. – Я просто не знала, как поступить. – Голос дежурного офицера был молод, даже юн. – Холт Фэснер вне себя. Он сказал… – Офицер на мгновение запнулась. – Извините, сэр. Он сказал, что если не будет лицезреть вашу задницу у себя в кабинете через пять минут, то скормит ее своей матери. – Офицер явно была сконфужена. – Извините, сэр.

Пять минут. Слишком мало. Вне зависимости от того, что хочет Дракон, ему следовало дать Уордену больше времени.

– Не волнуйтесь так, – ответил Уорден. – Если бы вы были матерью Дракона, я бы приказал вам заткнуть ему рот… Приготовьте мой челнок. Экипажу быть наготове. Сообщите Фэснеру расчетное время моего прибытия.

С этими словами Уорден отключился от канала связи и поднялся с кресла. Теперь, как никогда, ему необходимо продемонстрировать служебное рвение.