"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1665

– Даже не твой, – повторил Леланд. – Чей же он тогда?

– Вам известен тот рассказ, который я сочинил, будто я заключенный по имени Франклин Киттридж? – Кушетка была холодной, и Фрэнка охватила дрожь. – Не знаю, как донести это до вас, но суть примерно такая.

– Значит, это вещи Франклина.

– Нет, это вещи Брэка. А я Франклин. Фрэнк. – Он посмотрел на реакцию. – Леланд, не надо удивленно поднимать брови.

Полностью раздевшись, Фрэнк увидел, как Фэн нахмурился.

– Это что такое у тебя на груди?

– Отсюда я вырезал датчик. Он измерял пульс, частоту дыхания. Так же, как выяснилось, действовал как маячок и микрофон, поэтому Брэк слушал все наши разговоры, даже когда мы думали, что остались наедине.

– Мы? – Леланд склонился над Фрэнком рядом с Фэном.

– Я был одним из команды. Семеро заключенных. Один охранник, Брэк.

– Вас было восемь человек, – сказал Леланд. – Семеро… заключенных?

– Давай сейчас займемся осмотром. – Фэн натянул латексные перчатки, оставив висящую в воздухе белую пыль. – Ты сам вырезал этот датчик?

Стерильный пластырь давно оторвался, но на груди у Фрэнка оставался свежий шрам. Включив для дополнительного освещения фонарик на голове, Фэн раздвинул волоски у Фрэнка на груди, чтобы исследовать рану.

– Шрамов два.

– Один – когда датчик вживляли, второй – когда я вытаскивал. Когда я его выреза́л, я торопился, поэтому просто сделал надрез.

– Вообще-то, на рану нужно было наложить швы.

– Мне бы пришлось зашивать себя самого. Знаю, людям приходилось проделывать кое-что и похуже, но меня на такое не хватило. Никакой подготовки у меня нет, помимо основ оказания первой помощи.

Фэн нахмурился. Он подвинулся, освобождая место Леланду.

– Первый шрам бледный. Ему пара лет.

– Я хотел убедить Брэка в том, будто погиб в поножовщине с Зеро. Поэтому вырезал датчик. И пулю. – Но для его слушателей это были лишь пустые имена. Приукрашивающие бредовые фантазии.

Фэн перешел к руке Фрэнка. Ну а этот шрам? Вид у него был отвратительный. Края сморщенные, посреди вмятина, все еще рубиново-красный, страшный.

– Это тебя зацепило соединительным кольцом, правильно?

– Нет, но мне пришлось так вам сказать. На самом деле в меня выстрелил Брэк.

– В тебя выстрелил Брэк. Из…

– Из пистолета. Переделанного.

Проклятие! Пистолет. Он по-прежнему лежит под камнями неподалеку от базы. Единственный невыполненный пункт третьего этапа. Вещественное доказательство того, что Фрэнк, возможно, все-таки не сумасшедший.

Фэн долго изучал шрам, нажимал на кожу, глядя, как она проминается и меняет цвет.

– Что ты сделал с пулей?

– Вытащил медицинскими щипцами.

– А потом?

– Положил в спускаемый аппарат вместе с прочим хламом. Брэк должен был навести порядок после того, как избавится от всех нас.

– Если я не прошу Леланда сейчас лезть тебе в мозги, мне также не нужно, чтобы и ты этим занимался. Это наружный осмотр, понятно? Я занимаюсь телами. – Крякнув, Фэн поднял руку Фрэнка, опустил, отвел назад и вперед. – Ну, это определенно похоже на пулевое ранение, – наконец сказал он.

– Много довелось повидать?

– Пять лет проработал в «Скорой помощи» в Майами. Пока я здесь, можно осмотреть тебя всего?

– Врачи «Ксеносистем» никогда не просили так вежливо.

Достав инструменты своей профессии, Фэн не торопясь послушал Фрэнку сердце и легкие, осуществил пальпацию внутренних органов. Посветил в глаза, заглянул в уши, в горло. Закончив, он стащил перчатки и бросил их в мусорную корзину. Все это время Леланд стоял в углу, скрестив руки на груди, и молча наблюдал.

– Сколько тебе лет? – спросил Фэн.

Фрэнк уставился в потолок.

– Пятьдесят три года.

– Дата рождения?

– Двадцатого января. Девяносто шестого года.

– Почти ровесник тысячелетия.

– Пожалуй.

– Рискну предположить, что для тебя это первый полет в космос, правильно?

– Ну да, – нахмурился Фрэнк.

– Нам всем по тридцать с небольшим. А тебе, когда ты начал подготовку, было уже далеко за сорок?

– Меня готовили всего шесть месяцев. Когда в Сан-Квентин заявился тот холеный тип в костюме, мне только-только исполнился пятьдесят один год. Фэн, ты должен уяснить следующее: этих людей интересовало только то, что, во-первых, перенесу ли я анабиоз в холодильнике и, во-вторых, проживу ли достаточно долго, чтобы выполнить свою работу. Я и остальные члены экипажа были расходным материалом. Знаешь, как нас называли?

– И как же вас называли? – спросил Леланд.

– Макаками. Вот как нас называли. Не в глаза, ибо это могло бы навести нас на мысль о том, какая судьба нам уготовлена. Но за спиной. Макаки.

– И это вызывает в тебе злость, так?

– Послушай, я знаю, что в своей жизни принимал кое-какие весьма дерьмовые решения. Худшим из которых было то, что я застрелил одного наркоторговца. Возможно, это в своем роде возмездие за ту жизнь, которую я отнял. Но остальные? Особенно Ди. Да он сам был еще ребенок! Они этого не заслужили.

И опять пустое имя. Ему не верят. Зачем тогда вообще тратить силы?

– Возможно, вы слышали об Алисе, – сказал Фрэнк. – О докторе Алисе Шепард.

Фэн поджал губы.

– Это имя кажется мне смутно знакомым. Леланд?

– Принудительная эвтаназия. В свое время это наделало много шума.

– Она самая, – сказал Фрэнк. – Она была здесь, на Марсе, вместе с нами. Она была нашим врачом.

– Алиса Шепард сидит в тюрьме.

– Если вы проверите по документам, как и я. Впрочем, возможно, я недавно скончался.

Фэн отступил назад.

– Ты совершенно здоров. Учитывая твой возраст, ты в хорошей физической форме. С разрезом на груди сейчас уже поздно что-либо делать. Вот мазь для него и для… дыры в руке. А вот что у тебя в голове, это уже совершенно другое дело. – Замявшись, он оглянулся на Леланда, затем снова повернулся к Фрэнку. – Ланс, в чем дело? Тут что-то не стыкуется.

– Можно, теперь я займусь им? – вмешался Леланд.

Но Фэн остановил его.

– Знаю, знаю. Я не лезу не в свою епархию. Просто… у меня есть одно предчувствие. Это ведь пустяки, правильно?

Дверь открылась, на пороге стояла Айла.

Она увидела Фрэнка, голого, сидящего на кушетке. Фрэнк даже не шелохнулся, не попытался скрыть свою наготу. В тюрьме он не мог и мечтать ни о какой неприкосновенности частной жизни; к тому же Айла все это уже видела. Заморгав, она уставилась на пол.

– Фэн, Люси хочет поговорить с тобой.

С этими словами она ушла, оставив дверь открытой.

– Леланд, – сказал Фэн, – твоя очередь. Я сейчас вернусь.

Уходя, он бросил взгляд на Фрэнка, и тот понял. В его глазах были сомнения. Серьезные сомнения. Нужно будет поработать над этим.

– Ланс, предлагаю тебе одеться, – сказал Леланд, – после чего мы сможем начать.

Натянув на себя комбинезон, Фрэнк снова улегся на кушетке.

И рассказал Леланду. Он рассказал ему всё.

Глава 26

В какой-то момент Фэн вернулся. Когда Фрэнк закончил свою исповедь, врач попросил Леланда отойти в сторону и подошел к изголовью кушетки.

– Ланс, мы изучили твой планшет. В нем ничего нет.

Фрэнк перевел взгляд с потолка на Фэна.

– Этого следовало ожидать. «Ксеносистемы» позаботились обо всем.

– Были удалены не только все файлы данных. Юнь говорит, что не составило бы никакого труда – по крайней мере ей, – восстановить их в том или ином виде. Но стерто все. Даже операционная система. Полностью вычищена. Остались одни нули. Все, что было на планшете, безвозвратно уничтожено. Это твоих рук дело?