Выбери любимый жанр
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии
Сергей2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге
Lynxlynx2018-11-27
Читать такие книги полезно для расширени
К книге
Leonika2016-11-07
Есть аналоги и покрасивее...
К книге
Важник2018-11-27
Какое-то смутное ощущение после прочтени
К книге
Aida2018-11-27
Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит
К книге

"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1600


1600
Изменить размер шрифта:

Фрэнк столкнул его с себя, и Зеро некрасиво сполз на бок, с торчащим между ребрами собственным ножом.

– Прости, прости! – Фрэнк положил руку парню на голову. – Прости, я старался. Видит бог, я старался, но ты просто не желал меня слышать. Прости!

И оставался еще Брэк. Отдыхать нельзя. Брэк узнает, что он еще жив. И придет, чтобы его прикончить. Он не остановится.

Смотровой кабинет напоминал бойню. Кровь была повсюду. На потолке, на стенах, на обстановке, на полу. Больше всего на полу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Фрэнк знал, что ему делать. Он ненавидел себя. Больше всего ему хотелось свернуться клубком и проспать сто лет, а проснувшись, узнать, что все снова замечательно. Но его приперли к стене, вынудили на крайние меры, и даже это, возможно, был еще не предел.

Откинув панель управления скафандра, Фрэнк открыл заднюю крышку. Напоследок еще раз вдохнув хороший воздух, он высунул голову в холодную, разреженную атмосферу базы. В воздухе чувствовался запах меди. Резкий сладковатый привкус был у него на языке.

Левая рука вылезла из скафандра без проблем. Правая застряла, и Фрэнку пришлось вытягивать ее медленно, упорно.

Фрэнк словно что-то отрывал от себя: это чувство страха и волнения при мысли о том, сколько боли причинит удаление разрушившегося зуба, отрыв полоски лейкопластыря от раны, предшествующие тому славному моменту, когда дело уже сделано и все осталось позади.

К концу Фрэнк был обессилен и тяжело дышал. Рукав комбинезона был в крови, продырявленный, но все оказалось лучше, чем он опасался. Возможно, помогла ткань скафандра, прижатая к ране, удержавшая все внутри.

Фрэнк потрогал желеобразный комок крови и нащупал пулю, твердый предмет, застрявший где-то в мышце. Он попытался выдавить ее, нажимая вокруг раны, однако плоть была слишком нежной и пуля не желала выходить наружу.

Высвободив ноги, Фрэнк встал в луже липкой крови.

Он подошел к коробке, в которой, как ему было известно, лежали стерильные упаковки медицинских инструментов. Вскрыв один пакет, он задумался, в каком порядке действовать. Он понимал, что времени у него мало, но ему хотелось избавиться от застрявшей в теле пули.

Сначала Фрэнк ножницами обрезал ткань вокруг раны, облегчая доступ. Входное отверстие было углубленным, словно кратер. Кожа вокруг опухла и была горячая на ощупь. Внутри блестел черный сгусток крови.

Фрэнк взял в неумелую левую руку медицинские щипцы. Положив правую руку на полку, он напряг плечо и засунул щипцы как можно глубже в рану. Он не мог смотреть на то, что делает, но все равно скорчил гримасу.

Фрэнк потянул, но пуля выскользнула из щипцов, словно какое-то морское существо. Ему стало холодно. Ни в коем случае нельзя сейчас потерять сознание! Отвернувшись, Фрэнк с трудом сглотнул подкативший к горлу клубок, тщетно попытался отдышаться и приступил ко второй попытке.

Он увидел на самом дне пулю, металл, омытый кровью. Его прошиб пот. Фрэнк снова засунул щипцы в рану так, чтобы кончики звякнули о пулю. Медленно раскрыв щипцы, он надвинул их на металлический цилиндр и снова сжал.

Фрэнк подергал пулю, убеждаясь в том, что ухватил ее крепко. До крови прикусив губу, он собрался с духом, стиснул зубы и дернул.

Дело было даже не в боли. Главным было то, что у него из тела что-то вышло. Уронив пулю на пол, Фрэнк положил щипцы на полку.

По какой-то необъяснимой причине ему стало хорошо. Его охватил восторг. Недостаток кислорода, боль – вопреки всему он почувствовал себя невероятно живым. Резко нахлынувшая тошнота так же быстро отступила. Ему нужно было сделать еще кое-что.

Покачнувшись, Фрэнк взял себя в руки.

Расстегнув комбинезон спереди, он обнажил блестящий шрам на груди, ярко-красный кружок размером с ноготь мизинца. Под кожей чувствовался твердый, длинный, гладкий датчик. Фрэнк сжал в руке скальпель, и у него мелькнула мысль, нужно ли протереть кожу спиртом.

Нет времени. Времени совсем нет. Сняв чехол, Фрэнк опустил лезвие на грудь. Он надавил на скальпель, затем провел им вниз. Датчик оказался в теле не так глубоко, как пуля. Он буквально выскочил сам собой. Фрэнк плоской стороной лезвия помог ему выйти до конца и взял в руку. Закрыв скальпель чехлом, он сунул его в карман, после чего убрал окровавленные щипцы и вскрытую упаковку с инструментом обратно в коробку.

Склонившись над трупом Зеро, он вставил датчик парню в раскрытый рот, зажав его между зубами и щекой.

– Прости, – еще раз сказал он.

Рана в руке и рана в груди кровоточили, но несильно. От этого не умирают. Скомкав скафандр, Фрэнк бросил его по трапу на нижний уровень. Затем лег рядом с Зеро и покрутился на полу, перепачкавшись кровью. Фрэнк улегся в дверях, лицом вниз, головой от коридора, отделенный от него телом Зеро. Он раскинул в стороны руки и ноги, надеясь принять естественное положение смерти.

Это было лучшее, что он придумал. Теперь оставалось только ждать.

Глава 29

[Личный дневник Бруно Тиллера, запись от 1.07.2048, переписано с бумажной копии]

Должно быть, вот каково оно – чувствовать себя господом богом. Полностью повелевать всем. Я говорю, что нужно сделать, и люди просто это делают. Это какое-то безумие. Теперь они уже больше не люди: они пешки на шахматной доске. И не имеет никакого значения, что они хотят, о чем думают. Я их передвигаю, и они передвигаются. У них нет никакого выбора. Они не могут передвинуться обратно. Не могут самостоятельно принимать решения: как я захочу с ними поступить, так они и сделают.

И особую изюминку добавляет то, что мой противник даже не догадывается о том, что с ним ведут игру. Он слеп. Он не видит свои фигуры, мои фигуры, не видит их расстановку. Он просто недоумевает, почему терпит поражение. И если я решу, что в моих стратегических интересах кем-либо пожертвовать, он не сможет ничего предпринять. Я сброшу ненужную фигуру с доски – и всё.

Вот это настоящая власть, и разве я ее не заслужил? После всего того, что сделал для «Ксеносистем»? Сожалею я об одном – и только об одном: о том, что не могу поделиться этим с Полом. Он был мне все равно что отцом. Нет, неправильно. Он был моим отцом, моим настоящим отцом, которому я стремился подражать, которого хотел защитить и порадовать. Я не хочу даже думать о том неудачнике, который был доволен тем, что дала ему жизнь. Если бы я следовал его советам, я бы до сих пор подстригал газоны. Работал на других людей. А так люди работают на меня – живут и умирают для меня.

Придет день, и эта компания станет моей. И он придет скоро. Отец, ты можешь себе это представить? Думаю, не можешь.

* * *

Ждать пришлось долго. Фрэнк проваливался в дрему и снова пробуждался, и каждый раз, проснувшись, он недоумевал, как мог заснуть. Он приклеился к полу. Кровь впиталась в ткань комбинезона и засохла. Он окоченел, замерз, ему было неудобно, а Брэк все не приходил.

Пару раз Фрэнку приходила в голову мысль пересмотреть свой план, встать и перейти к активным действиям. Однако в том, чтобы строить из себя мертвого, заключалось единственное его преимущество: и отбрасывать его из-за собственной нетерпеливости было глупо. Поэтому Фрэнк оставался там, где он был, полностью неподвижный, насколько это было возможно, прислушиваясь к характерному скрипу половых панелей.

Наконец он его услышал. И это были не робкие шаги перепуганного подростка. Эти шаги были уверенные, спокойные. Фрэнк сделал несколько глубоких вдохов и медленно выпустил воздух. Дальше только неглубокие, едва заметные вдохи и выдохи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Ну вы только взгляните на это!

Шаги остановились.

– Что, ребята, развлеклись от души?

Тишина.

– Вообще-то, вы могли бы умереть и почище, это точно. Нагрузили меня работой, мать вашу! Следовало бы вас оживить, чтобы вы сами прибрали за собой.

Тишина.

– Вот только этого ведь не случится, правда? Мертвее мертвых. Похоже, я единственный захватил пистолет в драку на ножах, так что, судя по всему, я победил. Правильно?