"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1466

Конечно, она была страшно рада, что ответ, наконец, пришёл, однако, переключая каналы на гигантском мониторе над каминной полкой, она понимала, что в то же время разочарована тем, что за годы, прошедшие с момента получения первого сообщения, не было обнаружено никаких других инопланетных сигналов. Как Сара как-то сама сказала в одном интервью, очень похожем на те, что она видела сегодня, «это, безусловно, правда, что мы не одни — и всё же нам по-прежнему довольно одиноко».

Её беготня по каналам прерывалась каждый раз, как кто-то подходил к двери и звонил в звонок; изображение визитёра автоматически появлялось на мониторе. Бо́льшая их часть была, по всей видимости, репортёрами; до сих пор существуовали журналисты, которые не только рассылают е-мейлы, звонят по телефону и рыщут по интернету.

Те из соседей, что жили здесь, на Бетти-Энн-драйв, четыре десятилетия назад, знали о Сарином звёздном часе, но большинство окрестных домов с тех пор успели не по одному разу сменить владельцев. Интересно, что подумают те, что поселился здесь недавно, о фургонах новостных каналов, один за другим сворачивающих к её дому? Ну да ладно; по крайней мере, в этом нет ничего постыдного, как в полицейских машинах, постоянно приезжающих к живущему напротив семейству Кучма; к тому же до сих пор Сара попросту игнорировала людей, звонящих в дверь, хотя…

Господи, прости!

Она не могла проигнорировать это.

Лицо, внезапно появившееся на мониторе, не было человеческим.

— Дон! — позвала она, почувствовав, как пересохло в горле. — Дон, иди сюда!

Он ушёл на кухню готовить кофе — без кофеина, разумеется; это было всё, что доктор Бонхофф им теперь позволяла. Дон шаркающими шагами вернулся в гостиную; он был одет в сине-зелёный кардиган поверх незаправленной в штаны красной рубашки.

— Что такое?

Она указала на монитор.

— Батюшки… — тихо произнёс он. — Как это сюда попало?

Она снова указала на экран. Позади странной головы виднелся подъезд к их дому, с которого Карл только сегодня утром откидывал снег. На нём стояла дорогая на вид зелёная машина.

— На этом, надо полагать.

Дверной звонок прозвонил ещё раз. Она сомневалась, что существо, нажавшее кнопку звонка, испытывало какое-то нетерпение. Скорее, некий бесстрастный таймер побудил его позвонить ещё раз.

— Хочешь, чтоб я его впустил? — спросил Дон, всё ещё глядя на круглое синее лицо с немигающими глазами.

— Э-э… да, — сказала Сара. — Думаю, да.

Она смотрела, как он подходит к ведущим к входной двери ступенькам и начинает медленно спускаться по ним, на одну ступеньку за раз. Она последовала за ним и остановилась наверху — и заметила, что кто-то из внуков забыл свой цветастый шарф. К тому времени, как Дон достиг двери, звонок прозвучал в третий раз — максимальное количество, которое позволяла его программа. Дон отпер замок, убрал цепочку и потянул тяжёлую дубовую дверь на себя, открывая взгляду…

Сара уже давно не видела никого их них во плоти — хотя выражение «во плоти» здесь не очень подходило.

Перед ними стоял, поблёскивая на солнце, робот — на её взгляд, одна из последних моделей; он выглядел более изысканно и молодцевато, чем все, что она видела раньше.

— Здравствуйте, — сказал робот Дону совершенно обычным мужским голосом. Он был примерно пяти футов шести дюймов ростом: достаточно, чтобы нормально функционировать в мире людей, но не настолько высокий, чтобы люди его пугались. — Могу я видеть доктора Сару Галифакс?

— Я Сара Галифакс, — ответила она. Голова робота повернулась и поднялась, уставившись на неё. Сара подозревала, что он анализировал её лицо и голос, чтобы убедиться, что она — это и правда она.

— Здравствуйте, доктор Галифакс, — сказал робот. — Вы не отвечали на звонки на ваш квартирный телефон, поэтому я принёс вам исправный аппарат. Кое-кто хотел бы с вами поговорить. — Робот поднял правую руку, в которой Сара едва смогла разглядеть датакомм-раковину.

— И кто же этот «кое-кто»? — спросила она.

Робот чуть-чуть наклонил голову, давая понять, что он прислушивается к словам кого-то ещё.

— Коди Мак-Гэвин, — сказал он. Сара почувствовала, как её сердце пропустило удар; ей захотелось, чтобы она сейчас стояла на самой лестнице, а не на площадке наверху — тогда она могла бы схватиться за перила. — Вы ответите на звонок?

Дон обернулся к Саре с круглыми глазами и раскрытым от удивления ртом.

— Да, — сказала она.

Слово было произнесено очень тихо, но роботу, по-видимому, не составила труда его расслышать.

— Вы позволите? — спросил он.

Дон кивнул и отступил в сторону. Робот вошёл в коридор, и Сара с изумлением заметила, что он обут в простые галоши, которые он, одним текучим движением согнувшись в пояснице, снял, обнажив синеватые металлические ступни. Машина прошагала через вестибюль, стуча пятками по старому, истёртому дереву пола, и легко взошла на первые две ступеньки — достаточно для того, чтобы протянуть датакомм Саре. Она взяла его.

— Его надо раскрыть, — услужливо подсказал робот.

Сара сделала это и тут же услышала сигнал вызова из крошечного динамика. Она поспешно поднесла датакомм к уху.

— Здравствуйте, доктор Галифакс, — произнёс чёткий женский голос. Саре было не очень хорошо слышно, но она не знала, где здесь регулируется громкость. — Подождите секунду; мистер Мак-Гэвин сейчас ответит.

Сара взглянула на мужа. Она множество раз говорила ему, как терпеть не может людей, которые вот так вот заставляют вас ждать. Практически всегда это какой-нибудь надутый болван, считающий, что его время дороже, чем время любого другого. Но в данном случае, полагала Сара, это истинная правда. О, на Земле, возможно, и есть несколько человек, зарабатывающих в час больше, чем Коди Мак-Гэвин, но она не смогла бы вот так сразу припомнить имя хотя бы одного из них.

Как Сара часто говорила, SETI — это Бланш Дюбуа[1776] научных изысканий: она всегда зависит от милости незнакомцев. Будь то сооснователь «Майкрософт» Пол Аллен, пожертвовавший в 2004 году 13,5 млн. долларов на массив радиотелескопов, или сотни тысяч частных пользователей компьютеров, жертвующих проекту «SETI@home» лишние такты своих процессоров, программа «Поиска Внеземного Разума»[1777] десятилетие за десятилетием оставалась на плаву благодаря щедрости тех, кто верил, во-первых, что мы можем быть не одиноки, и, во-вторых, что это имеет какое-то значение.

Коди Мак-Гэвин к сорока годам сколотил миллиарды на разработке и производстве роботов. Его проприоцептивная сенсорная сеть являлась основой конструкции любого современного робота на планете. Он родился в 1985 и всю свою жизнь увлекался астрономией, научной фантастикой и космонавтикой. Его коллекция предметов, связанных с программой «Аполлон», предприятием, начавшимся и завершившимся задолго до его рождения, была крупнейшей в мире. А после кончины Пола Аллена он стал крупнейшим спонсором программы «SETI».

Сразу после слов секретарши в датакомме заиграла музыка. Сара узнала Баха — и поняла шутку: она, вероятно, была из числа очень немногих ещё живущих, кому она была понятна. Много лет назад, задолго до первого сигнала из созвездия Дракона, в одной из дискуссий о том, какого рода послание люди могли бы отправить к другим звёздам, Карл Саган забраковал Баха, потому что, по его словам, «это бы выглядело, будто мы хвастаемся».

Посреди кончерто музыка оборвалась, и послышался хорошо знакомый голос: Мак-Гэвин разговаривал с тем бостонским акцентом, в котором «р» в слове «Гарвард» практически не произносится.

— Здравствуйте, доктор Галифакс. Простите, что заставил вас ждать.

Она почувствовала, как её голос дрогнул в манере, никак не связанной с возрастом.

— Это пустяки.

— Значит, они всё-таки это сделали, не так ли? — с явным удовольствием сказал он. — Они ответили.