"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1450

Пока внимание Джей-Ди было отвлечено, полицейские у дверей каким-то образом сумели открыть одну из них — крайнюю левую, если смотреть с их стороны, через которую в музей можно въехать на инвалидном кресле. Скорее всего, ключ дал им охранник музея. Двое полицейских, прикрывшись в полный рост щитами, оказались перед вторым рядом дверей. Внутренние двери не запирались: в этом не было нужды. Один из офицеров нажал на красную кнопку, открывающую дверь для посетителей-инвалидов. Дверь медленно распахнулась. В свете уличных фонарей и вращающихся красных огней на их машинах полицейские вырисовывались тёмными силуэтами.

— Стойте где стоите, — заорал Джей-Ди через Ротунду, чей огромный диаметр отделял нашу разношёрстную группу от полицейских. — У нас заложники!

Полицейский с мегафоном был одним из вошедших, и офицер не преминул им воспользоваться.

— Мы знаем, инопланетяне не настоящие, — крикнул он. Его слова эхом отдавались под огромным куполом Ротунды. — Поднимите руки и выходите.

Джей-Ди направил на меня большой пистолет-пулемёт:

— Скажи им, кто ты.

С моими лёгкими, мне было трудно кричать, но я сложил руки рупором и постарался изо всех сил.

— Я Томас Джерико, куратор музея, — крикнул я и указал на Кристину: — А это Кристина Дорати. Она директор и президент музея.

— Нам нужен безопасный отход, иначе эти двое умрут! — заорал Джей-Ди.

Двое полицейских присели на корточки за своими щитами. После непродолжительных консультаций из мегафона донеслось:

— Какие условия?

Даже я знал, что полиция лишь тянет время. Кутер посмотрел на южную лестницу, которая шла вверх, а затем на северную, которая вела как вниз, так и вверх. Должно быть, ему показалось, что он что-то увидел — может быть, мышь; в огромных, старых зданиях вроде нашего музея множество мышей. Кутер пустил пулю в основание северной лестницы. Она ударила о каменные ступени, от которой во все стороны разлетелись осколки, и…

И один осколок попал в Барбулкана, второго форхильнорца…

И из левой речевой щели Барбулкана донёсся звук вроде «Уф!», а из правой — «Хап!»

И из его ноги брызнула кровь, а пузырьковая кожа с хлопком лопнула в том месте, куда угодил каменный осколок…

И Кутер заорал: «Господи Боже!»

А Джей-Ди повернулся и крикнул: «Иисусе!»

И они оба, очевидно, осознали это одновременно: инопланетяне — не проекции; они не голограммы.

Они настоящие.

И в этот миг преступники поняли, что у них в руках самые ценные заложники в истории человечества.

Джей-Ди сделал шаг назад, оказавшись за группой; очевидно, он сообразил, что недостаточно плотно прикрывал четырёх пришельцев.

— Вы все настоящие? — спросил он.

Инопланетяне молчали. Моё сердце бешено билось. Джей-Ди направил дуло на левую ногу одного из вридов:

— Одной очереди хватит, чтобы оторвать твою ногу, — сказал он и помолчал, давая достаточно времени для того, чтобы все это уяснили. — Повторяю вопрос: вы настоящие?

— «Они» «насто» «ящие». «Мы» «все» «насто» «ящие», — сказала Холлус.

Лицо Джей-Ди осветила довольная улыбка.

— Пришельцы — не проекции! — крикнул он полицейским. — Они настоящие. У нас шесть заложников. Я хочу, чтобы полиция отступила, все вы! При первом намёке на какой-нибудь фортель я прикончу одного из заложников — и это будет не человек.

— Вы же не хотите быть убийцами, — крикнул полицейский в мегафон.

— Я и не буду убийцей, — крикнул Джей-Ди в ответ. — Убийство — это когда убивают человека. Вы даже не сможете меня в чём-либо обвинить. А теперь отходите, и подальше — иначе эти пришельцы сдохнут.

— Одного заложника будет вполне достаточно, — крикнул тот же полицейский. — Отпусти остальных пять, и мы поговорим.

Джей-Ди и Кутер переглянулись. Шесть заложников — и правда слишком большая группа; было бы куда проще контролировать ситуацию, будь их не так много. С другой стороны, шестерых хватит, чтобы сделать из них круг с Джей-Ди и Кутером в центре; это может защитить от снайперов почти со всех сторон.

— И не надейтесь, — прокричал Джей-Ди. — Вы, парни, вы же что-то вроде группы спецназа? Значит, вы должны были приехать сюда в микроавтобусе или грузовике. Мы хотим, чтобы вы отступили подальше от музея, оставили нам машину с работающим мотором и ключами в замке зажигания. Мы поедем в аэропорт, взяв с собой столько инопланетян, сколько поместится, и нам нужен будет самолёт, чтобы отвезти нас… — на этих словах он споткнулся, — …отвезти нас куда мы решим.

— Мы не можем на это пойти, — крикнул полицейский в мегафон.

Джей-Ди еле заметно пожал плечами:

— Через шестьдесят секунд я прикончу одного из заложников, если к тому времени вы ещё будете здесь, — крикнул он и повернулся к напарнику с «ёжиком». — Кутер?

Тот кивнул, посмотрел на часы и начал отсчёт:

— Шестьдесят. Пятьдесят девять. Пятьдесят восемь.

Офицер с мегафоном повернулся и заговорил с кем-то, кто стоял за ним. Я видел, что он указывает куда-то рукой, скорее всего, давая направление, в котором его группе надо отходить.

— Пятьдесят шесть. Пятьдесят пять. Пятьдесят четыре.

Стебельковые глаза Холлус прекратили сходиться-расходиться, застыв на максимальном удалении друг от друга. Мне уже доводилось такое видеть, когда она слышала что-то интересное. Чем бы это ни было, пока что я не слышал ничего.

— Пятьдесят два. Пятьдесят один. Пятьдесят.

Сейчас полицейские начали отступать через стеклянные двери, но делали это с явной неохотой. Тот, с микрофоном, заговорил снова:

— Ладно, хорошо, — сказал он. — Хорошо, мы отступаем.

Его усиленный голос эхом отдавался в Ротунде.

— Мы уже отходим.

Мне казалось, что он говорит слишком много, но…

Но тут я услышал тот звук, который поймала Холлус: слабое гудение. Лифт слева от нас спускался по шахте; кто-то вызвал его на уровень ниже. Полицейский с мегафоном намеренно пытался заглушить звук механизма.

— Сорок один. Сорок. Тридцать девять.

Кто бы ни собирался оказаться в кабине, это чистое самоубийство, подумал я; Джей-Ди расстреляет его, как только двери начнут расходиться.

— Тридцать один. Тридцать. Двадцать девять.

— Мы уходим, — крикнул коп, — отступаем!

Сейчас лифт ехал вверх. Над дверью находился ряд квадратных световых индикаторов — Ц, 1, 2, 3, — указывающих текущее положение кабины. Я набрался смелости бросить на них взгляд. Как раз погасла «1» и, мгновением позже, загорелась цифра «2». Отлично! Кто бы ни был в лифте, должно быть, он знал о балконах на втором этаже музея, с которых открывался вид на Ротунду. Или, быть может, об этом рассказал тот же охранник КМО, который впустил полицию.

— Восемнадцать. Семнадцать. Шестнадцать.

Когда загорелась «2», я оказал свою посильную помощь, чтобы заглушить открывающиеся двери лифта: громко закашлялся; если мне в эти дни что-то и давалось легко, так это кашель.

Цифра «2» продолжала гореть; должно быть, двери лифта сейчас уже были открыты, но ни Джей-Ди, ни Кутер об этом не подозревали. Один-два бойца, скорее всего, сейчас оказались на втором этаже — там, где располагались галерея Динозавров и галерея Открытий.

— Тринадцать. Двенадцать. Одиннадцать.

— Всё в порядке, — крикнул в мегафон офицер полиции. — Всё в порядке. Мы уходим.

На таком расстоянии я не мог сказать, есть ли у него визуальный контакт с полицейскими на неосвещённом балконе. Мы стояли у лифта; я не смел поднять глаза вверх, чтобы не выдать присутствие над нами людей.

— Девять. Восемь. Семь.

Полицейские покинули вестибюль, выйдя в ночь. Я смотрел, как они пропадают из вида, спускаются по каменным ступеням на тротуар.

— Шесть. Пять. Четыре.

Красные огни, вращающиеся на крыше полицейских автомобилей и дающие отсветы в Ротунде, начали расходиться; одна машина — скорее всего, микроавтобус — оставалась на месте: отсветы от её огней не меняли положения.

— Три. Два. Один.