"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1352

— Вот видите, — произнес Ллойд, повернувшись к камере, — вы смотрели отрывок из фильма, где Сэм играет «Когда проходит время» для Рика, но конец фильма уже существует, он фиксирован. Когда вы смотрите «Касабланку» в первый раз, то, сидя на краешке стула, гадаете, уедет Ильза с Виктором Ласло или останется с Риком Блейном. Но ответ всегда был и останется одним и тем же: проблемы двух маленьких людей — песчинки в море человеческих страданий.

— Вы хотите сказать, что будущее так же неизменно, как прошлое? — спросил Шоу, явно утративший свойственную ему самоуверенность.

— Именно так.

— Но, доктор Симкоу, со всем уважением, это как-то… бессмысленно. А как же свобода воли?

— Нет никакой свободы воли, — ответил Ллойд, сложив руки на груди.

— Нет, есть, — не сдавался Шоу.

— Я так и знал, — улыбнулся Ллойд, — что вы это скажете. Вернее, любой, кто смотрит на наши кубы Минковского со стороны, знал, что вы так скажете, поскольку эти ваши слова уже высечены на камне.

— Но как такое возможно? За день мы принимаем миллионы решений, и каждое из них определяет наше будущее.

— Вы приняли миллионы решений вчера, но они неизменны — их невозможно изменить, как бы сильно вы ни сожалели о некоторых из них. И завтра вы тоже примете миллионы решений. Разницы нет. Вы думаете, что наделены свободой воли, но в действительности это вовсе не так.

— Итак, позвольте уточнить, правильно ли я вас понял, доктор Симкоу. Вы утверждаете, что видения отражают не какое-то одно возможное будущее. Скорее они отражают определенное будущее — единственно существующее.

— Вы абсолютно правы. Мы действительно живем во Вселенной, представляющей собой куб Минковского, и понятие «сейчас» — на самом деле иллюзия. Будущее, настоящее и прошлое одинаково реальны и одинаково неизменны.

13

— Доктор Симкоу?

Дело было к вечеру. Ллойд наконец завершил последнее интервью и, хотя ему еще нужно было к завтрашнему дню прочесть толстую стопку отчетов, сейчас шел по одной из узких улочек Сен-Жени, направляясь к булочной, а оттуда собирался зайти в магазин сыров, чтобы купить к завтраку немного аппензеллера.

Ему навстречу шел коренастый мужчина лет тридцати пяти. Коротко, стильно подстриженный, в темно-синей футболке и очках, что было довольно необычно, если учесть высокий уровень развития коррекции зрения.

Ллойду стало слегка не по себе. Наверное, с его стороны было опрометчивым ходить в одиночку по улицам, когда полмира видело его лицо на экранах телевизоров. Он огляделся по сторонам в поисках путей к отступлению… и понял, что бежать некуда.

— Да? — осторожно произнес он.

— Доктор Ллойд Симкоу? — уточнил мужчина.

Он говорил по-английски, но с французским акцентом.

— Да, это я, — с трудом выдавил Ллойд.

Незнакомец вдруг схватил его за руку и принялся ее энергично трясти.

— Доктор Симкоу, хочу вас поблагодарить! Да, да, знаю, вы не хотели, чтобы такое произошло, и понимаю, многим случившееся принесло горе. Но должен вам сказать, что лучше этого видения у меня ничего в жизни не было. Оно перевернуло всю мою жизнь.

— Вот как, — произнес Ллойд, высвободив руку. — Приятно слышать.

— Да, сэр! До этого видения я был другим человеком. Никогда не верил в Бога — никогда, даже в детстве. Но мое видение… Я увидел себя в церкви, где молился вместе со всей общиной.

— Вы молились в церкви в среду вечером?

— А я что говорю, доктор Симкоу? То есть тогда, когда у меня было видение, я этого не понимал, а уже потом понял, когда в новостях сказали, к какому времени относятся эти видения. Молился в среду вечером! Я! Не кто-нибудь, а я! Ну куда тут было деваться?! Я понял, что рано или поздно встану на истинный путь. И пошел в книжный магазин и купил Библию. А я и не знал, что так много разных Библий! Так много разных переводов! Словом, купил ту, в которой истинные слова Иисуса напечатаны красными буквами, и стал читать. Я так решил: рано или поздно я к этому приду, так лучше сразу понять, что тут к чему. Я читал и читал. Знаете, даже все эти длиннющие родословные прочел. А какие замечательные имена — ну просто как музыка: Обадия, Джебедия — что за имена! И ведь ясное дело, доктор Симкоу, не будь у меня видения, когда-нибудь, за двадцать один год, это все равно ко мне пришло бы, но вы меня к этому уже сейчас подтолкнули, в две тысячи девятом. Никогда в жизни у меня не было так спокойно на душе. Бог любит меня. Вы мне так помогли!

— Спасибо, — смущенно выдавил Ллойд, не зная, что еще тут можно сказать.

— Нет, сэр, это вам спасибо!

Незнакомец еще раз пожал руку Ллойда и поспешил своей дорогой.

Ллойд вернулся домой около девяти вечера. Он очень скучал по Митико, и у него даже промелькнула мысль позвонить ей, но в Токио сейчас было только пять часов утра. Он отнес хлеб и сыр на кухню, сел на диван и включил телевизор. Решил немного отвлечься, прежде чем взяться за просмотр последних отчетов.

Он машинально переключал каналы, пока его внимание не привлекла программа швейцарских новостей, в которой шла дискуссия по поводу Флэшфорварда. Женщина-тележурналист через спутниковую систему связи разговаривала с каким-то человеком из США. Ллойд узнал его по косматой гриве рыжевато-каштановых волос. Это был Удивительный Александр, известный иллюзионист и экстрасенс. В последние годы он часто мелькал на телеэкране. Его полное имя было Реймонд Александр, и к тому же он преподавал в Университете Дьюка.[1730]

Над интервью явно успели поработать: журналистка говорила по-французски, Александр отвечал ей по-английски, а на его голос был наложен голос переводчика.

— Вы наверняка слышали, — говорила журналистка, — утверждения сотрудника ЦЕРНа о том, что видения продемонстрировали единственно реальное будущее.

Ллойд насторожился.

— Oui, — прозвучал голос переводчика. — Но это полный абсурд. Не составит большого труда продемонстрировать, что будущее можно изменить. — Александр поерзал на стуле. — В моем видении я находился у себя дома. И у меня на столе, как и сейчас, стояло вот это. — Он взял со стоявшего перед ним в телестудии столика пресс-папье. Камера показала пресс-папье крупным планом. Оно было сделано из цельного куска малахита, а сверху красовалась маленькая золотая фигурка трицератопса. — Знаете, это может показаться смешным, — сказал Александр, — но я действительно очень люблю эту безделушку. Я приобрел ее во время поездки к Национальному памятнику «Динозавры». Но гораздо больше я люблю рациональное мышление.

Александр наклонился и достал из-под стола кусок мешковины. Он расстелил мешковину на столике и поставил на нее пресс-папье. Затем взял из-под столика молоток и начал разбивать сувенирное пресс-папье на куски. Малахит дал трещины, начал крошиться, а маленький динозавр (вряд ли отлитый из цельного металла) сплющился, превратившись в бесформенный комочек.

Александр победно улыбнулся, глядя в камеру:

— Это пресс-папье я видел в своем видении. Этого пресс-папье больше не существует. Следовательно, то будущее, которое показали видения, никак нельзя считать неизменным.

— Ну конечно, — отозвалась журналистка. — Насчет пресс-папье в вашем видении мы вам верим на слово.

Александра ее слова явно задели. Ему не понравилось, что кто-то усомнился в его честности. Он все же кивнул:

— Вы правы, проявляя скептицизм. Наш мир стал бы намного лучше, если бы все мы были не так доверчивы. Но дело в том, что каждый может сам провести такой эксперимент. Если в своем видении вы видели какой-нибудь стол, стул или диван, которые у вас есть сейчас, сломайте или продайте их. Если в вашем видении вам на глаза попалась собственная рука, сделайте на ней татуировку. Если в своих видениях вас видели другие люди и у вас, как они говорят, выросла борода, сделайте себе электроэпиляцию кожи лица, чтобы борода у вас не выросла никогда.