"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 1106

Фрэнк поправил наушники.

— Да.

— Отлично, — сказал голос Дэйла. — Присяжные присутствуют, и мы хотели бы продолжить опрашивать вас в качестве свидетеля. Капитан Келкад, не могли бы вы проводить доктора Нобилио в медицинский отсек?

— Конечно, — ответил Келкад. Он ловко оттолкнулся от стены и полетел вдоль коридора. Снизу пришелец немного напоминал кальмара с недостатком щупалец: его четыре конечности равномерно распределялись вокруг тела. Фрэнк, изо всех сил стараясь держать камеру ровно, тоже оттолкнулся от стены в том же самом направлении. Келкаду удалось пролететь по оси коридора, не задевая его стен, Фрэнк же в конце концов начал стукаться о них и отскакивать. В один из таких моментов камера практически упёрлась в один из круглых жёлтых светильников на потолке. Фрэнк смущённо извинился перед зрительской аудиторией на Земле.

Наконец, они добрались до корабельного лазарета — помещения, которое ни один человек раньше не видел, но которое тосокский биохимик Стант описал Дэйлу под присягой. В центре него был большой операционный стол с глубокой узкой выемкой вдоль продольной оси, куда укладывалась одна из рук. На потолке находилось что-то вроде механического осьминога, держащего в каждой из своих суставчатых рук какой-то хирургический инструмент; должно быть, их можно было подтягивать к себе во время операции. Все стены были заняты шестиугольными ячейками, каждая примерно восьмидесяти сантиметров в поперечнике. В цветовой гамме преобладал голубой, с серебристыми или красными деталями. Вместо обычных на корабле дискообразных светильников помещение освещалось гигантской световой панелью, занимавшей весь потолок и светившейся голубовато-белым светом.

— Спасибо, — сказал голос Дэйла. — Келкад, как мне было сказано, это помещение, в котором Хаск выполнил изъятие органов погибшей Селтар, члена вашей команды, которая погибла в результате несчастного случая. Это так?

Келкад парил между полом и потолком, удерживая себя на месте передней рукой, которая легко касалась операционного стола. Пучок щупалец у него на голове качнулся вперёд.

— Да.

— Доктор Нобилио, — сказал Дэйл, — пожалуйста, обведите камерой помещение и, делая это, будьте добры описать его с точки зрения чистоты и порядка.

Фрэнк обвёл камерой стены и пол, после чего дал долгий крупный план операционного стола.

— На мой взгляд всё выглядит безупречно чистым, — прокомментировал он. — Никаких следов беспорядка.

— Никаких пятен крови? — спросил голос Дэйла. — Никаких следов вскрытия?

— Никаких.

— Теперь, доктор Нобилио, покажите нам, пожалуйста, вон те шкафчики на стенах.

Фрэнк выполнил его просьбу.

— Я хочу попросить вас показать крупно прикреплённые к ним таблички, а вас, Келкад — перевести нас, что на них написано.

Голос Зиглер из наушников:

— Возражение, ваша честь. Прошу разрешения на совещание без протокола.

— Можете подо… — Судья Прингл, должно быть, отключила микрофоны; её голос оборвался на полуслове.

Фрэнк, паря в воздухе, посмотрел на Келкада и попытался пожать плечами.

— Простите, — сказал он.

Пучок щупалец на голове Келкада сморщился.

— Ваши суды тратят неимоверно много времени на процедурные вопросы.

— Это вы ещё в правительстве не работали, — уныло ответил Фрэнк. — Такое ощущение, что мы только и делаем, что спорим.

— По-моему, мистер Райс говорил, что вы идеалист?

— По сравнению с Дэйлом — безусловно. Но я идеалист в том смысле, что верю в то, что идеал достижим, будь то эффективный суд или эффективное правительство. Кроме того…

— …вернуться на свои места, — снова раздался голос Прингл. Какое бы юридическое затруднение они ни обсуждали, оно, по-видимому, было преодолено. — Мистер Райс, продолжайте.

— Спасибо, ваша честь. Доктор Нобилио, вы показывали нам ячейки хранения.

— О, простите, — Фрэнк снова нацелил камеру куда надо. — Теперь хорошо?

— Спасибо, — сказал Дэйл. — Капитан Келкад, вы не могли бы перевести для нас?

Фрэнк вдруг сообразил, что Келкад смотрит на верхнюю правую ячейку, тогда как он нацелил камеру на верхнюю левую — ещё одно маленькое культурное различие.

— Здесь написано…

— Нет, Келкад, — сказал Фрэнк. — Начните с левой верхней.

— О, просите. — Тосок воспользовался передней рукой, чтобы продвинуть себя вдоль стены. — На этой написано «хирургические»… ну, вы назвали бы это «материалы», хотя наше слово имеет более общее значение. «Имеющее отношение к хирургии».

— «Хирургические принадлежности», — подсказал голос Дэйла.

— Да, это подойдёт.

— А на соседнем?

— По горизонтали или по вертикали? — спросил Келкад.

— По горизонтали, — ответил Дэйл. — На следующем справа.

— «Бинты и марля».

— На следующем?

— «Искусственные суставы».

— Имеются в виду механические локти, колени и прочее, верно? — уточнил Дэйл.

Щупальца на голове Келкада качнулись в утвердительной жесте.

— Да.

— На следующем?

— Эта зелёная пометка — не буква; это знак, обозначающий холодное хранилище.

— Иными словами, холодильник, правильно? — спросил Дэйл.

— Да.

— То есть содержимое этой ячейки хранится при низкой температуре?

— Именно так.

— Под зелёным символом что-то написано. Что именно?

— Первая колонка означает: «органы для трансплантации». Вторая — «сердца».

— Келкад, я вижу, что слова, которые вы только что прочитали, выглядят принципиально иначе, чем надписи, которые мы видели ранее. Вы можете это объяснить?

— Надписи на прочих ячейках промышленного производства. Эти же написаны рукой.

— Другими словами, так выглядит тосокское рукописное письмо, верно?

— Да.

— Вы узнаёте почерк? — спросил Дэйл.

— Возражение! — голос Зиглер. — Келкад не является признанным экспертом по тосокской графологии.

— Отклоняется, — голос Прингл. — Вы можете ответить на вопрос.

— Это почерк Хаска, — сказал Келкад. — Его легко узнать — очень неряшливый.

Фрэнк услышал в наушниках легкий смешок.

— Можно ли утверждать, что эта ячейка была подписана после вашего отлёта с Альфы Центавра? — спросил Дэйл.

— Несомненно. Когда мы отправлялись, то не имели органов для трансплантации.

— Откуда взялись эти органы?

— Из Селтар, погибшего члена моей команды.

— Я знаю, что тосоки довольно чувствительны к холоду, — сказал Дэйл. — Если вы откроете холодильную ячейку, это не будет представлять для вас опасности?

— Нет.

— От этого не сработает ваш гибернационный рефлекс?

— Нет.

— Вы не могли бы открыть ячейку?

— Я вынужден возражать, — сказал Келкад. — Внутренние органы не должны выставляться на обозрение с немедицинскими целями.

— Я понимаю, — сказал Дэйл. Судя по голосу, он отвернулся от микрофона. — Вероятно, другие тосоки захотят удалиться из зала суда?

В наушниках послышался приглушённый шум и шаги.

— Другие тосоки больше не просматривают эту трансляцию, — сказал Дэйл. — Продолжайте, пожалуйста.

— Если без этого никак, — сказал Келкад. Над самым краем нижней стороны шестиугольной крышки ячейки было четыре круглых углубления. Келкад вложил в них четыре пальца передней руки. Фрэнк сделал крупный план, чтобы показать процесс в подробностях. Пальцы Келкада согнулись в суставах, и раздался щелчок. Пришелец потянул руку на себя, и прозрачный шестиугольный модуль, словно гигантский кристалл кварца, выехал из стены. Келкад выдвинул его примерно на восемьдесят сантиметров; таким образом, видимая часть была одинакова в длину и в ширину. Волна холодного воздуха окатила Фрэнка, следуя за создаваемыми системой вентиляции воздушными потоками. Через видоискатель он заметил, как изображение на пару секунд затуманилось, но потом снова очистилось.

— Доктор Нобилио, — сказал голос Дэйла, — не могли бы вы показать нам, что внутри камеры?

С первой попытки Фрэнку это не удалось. Келкад протянул ему заднюю руку. Фрэнк ухватился за неё и подтянулся ближе к контейнеру.