Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 982

— И что потом случилось?

— Случилось? Да ничего не случилось, ушла она — и все.

— Думаете, она отправилась на встречу с неизвестным поклонником?

— Скорее всего.

— Не слышали случайно куда?

— Нет, в тот раз не слышала.

— В тот раз?

Она не слишком-то разговорчива, подумал Павел и почувствовал, что разговор с Татьяной начинает его раздражать, ведь каждое слово приходилось из девушки вытягивать чуть ли не клещами!

— Я знаю, что Регинка с кем-то встречалась, — лениво пояснила она. — Может, это он ей и названивал?

— Она рассказывала вам о нем хоть что-то?

— Знаете, Регинка относительно своих мужиков в подробности не вдавалась. Лично я только с одним ее видела.

— Кто такой?

— Понятия не имею.

— А описать сможете?

— Ну, невысокий такой, блондин, в очках — вот, собственно, и все.

— Да-а, негусто! — пробормотал Трофименко.

— Хорошо одетый, — добавила Татьяна, словно заметив, что Павел разочарован ее скудной информацией. — Даже, я бы сказала, очень хорошо — серый замшевый пиджак от Верлена, ботинки из натуральной змеиной кожи, галстук прикольный, золотой — я такой на показе мод в Париже видела.

Да, с тоской подумал Трофименко, для такой, как Татьяна, одежда, без сомнения, значит очень много — возможно, даже больше, чем то, что под ней: она с трудом вспомнила лицо поклонника подруги, но подробно описала, во что он был одет!

— Скажите, Регина, вам знаком приятель Регины, некий Валера?

— Щукин, что ли?

— Может, и Щукин — ее мачеха фамилии не сообщила.

— Тамарка-то? Конечно, откуда ей знать — они же с Регинкой как кошка с собакой!

— Правда? А вот сама Тамара утверждает, что в последнее время их отношения наладились…

— Черта с два! — перебила Татьяна, кажется, впервые проявив интерес к беседе. — Они друг друга терпеть не могли с тех самых пор, как Регинка ее увидела в первый раз. А там было на что посмотреть, уж можете мне поверить!

— В смысле?

— Да в том смысле, что деньги и положение помогают из любого дерьма конфетку сделать, — хмыкнула девушка.

Павел непонимающе заморгал.

— Конечно, вы же ее раньше не знали! — наконец сообразила Татьяна. — Тамарка была такой уродиной — днем лучше не встречаться с такой, а то помереть от разрыва сердца можно!

— Неужели?

— О-о, я не преувеличиваю — именно уродиной!

— Но клюнул же на нее отец Регины?

— Да приворожила она его, не иначе! — авторитетно заявила Татьяна. — Сейчас многие бабы так делают, когда хотят мужика с баблом заполучить.

— Звучит как-то неправдоподобно, вам так не кажется?

Очевидно, не казалось: выражение лица девицы сейчас было серьезнее, чем когда она узнала, что Павел пришел поговорить о смерти ее лучшей подруги.

— Ну, может, и не приворожила — доказательств у меня нет, — неохотно согласилась Татьяна. — У Тамарки одного не отнимешь — умная она, просто жуть! Первая жена Симакова — обычная домохозяйка, звезд с неба не хватала, да и красавицей, честно сказать, тоже не была. Сидела себе дома, варила борщи и понятия не имела о том, что муженек гуляет направо и налево. А Тамарка — тетка сметливая, вот и прибрала к рукам Симакова. Она даже на пластику решилась, чтобы его удержать.

— В самом деле?

— А то! Сиськи себе сделала — раньше-то, пардон, она плоскодонкой была, — нос поправила, губы подкачала. Короче, «тюнинг» себе полный сделала. Регинка мне показывала фотки типа «до» и «после» — просто день и ночь! А теперь у нее в руках весь бизнес Симакова.

— Регина переживала по этому поводу?

— А как вы думаете? — едко поинтересовалась Татьяна. — Ей приходилось довольствоваться теми крохами, которые Тамарка разрешала мужу тратить на дочь. Конечно, он купил ей машину, оплачивал ее счета за рестораны и клубы, позволял пользоваться пластиковой картой для покупки шмотья и косметики, но ведь все это — капля в море! Регинка свои права отлично знала и не собиралась спускать все на тормозах.

— То есть?

— Папаша-то ее, слава богу, пока что жив-здоров, но она говорила, что после его смерти оттяпает у Тамарки свою долю как пить дать, а если повезет, и вообще обдерет ее как липку!

— Думаете, это справедливо? — спросил Павел. — Ведь бизнес Симакова загибался, когда Тамара подхватила его. По ее словам, все пришлось буквально начинать заново…

— И что? — спокойно перебила его Татьяна. — За все в жизни нужно платить — это аксиома, согласно которой выстроены отношения в нашем мире.

Не ожидая от собеседницы столь философского пассажа, Трофименко широко раскрыл и без того круглые глаза.

— Тамарка заполучила Симакова и оставила ни с чем Регинкину мать. Да, ей пришлось здорово повкалывать, но она же пользуется сейчас плодами своего труда, верно? Однако ничто не длится вечно, поэтому Регинка намеревалась со временем вернуть свое — она никого не собиралась грабить, ведь часть всего их добра так и так принадлежала ей. Ну, теперь-то, конечно, Тамарка себя королевой чувствует, ведь все так удачно сложилось и главная проблема в лице падчерицы навсегда убралась из ее жизни!

Они немного помолчали. Наконец Павел решился нарушить тишину вопросом:

— Таня, вот вы упоминали одного мужчину, с которым встречалась ваша подруга…

— Но я же сказала, что понятия не имею, кто он такой!

— Тогда, возможно, ее мать может знать?

— Мать? Да не смешите меня: Регинка никогда в жизни не посвящала мамашу в свою личную жизнь — наверное, та до сих пор считает, что ее дочь была девственницей!

— Но она должна была где-то встречаться с любовником?

— Не дома же! — развела руками Татьяна, словно это само собой подразумевалось. — Гостиницы-то на что? Регинка любила отели.

— И что же там такого хорошего?

— Во-первых, ей нравилось сорить отцовскими, а вернее, мачехиными деньгами. Регинка обожала, когда обслуга прогибалась перед ней при виде больших денег, дорогих шмоток и брюликов, которые она носила лет с шестнадцати. Во-вторых, мужики у нее были в основном женатые, а значит, светиться в обществе они не хотели. Кроме того, была у нее одна маленькая страсть: Регинка любила тырить из номеров шампуни и кондиционеры — знаете, маленькие такие бутылочки? Не понимаю, что ее в них так привлекало!

— Значит, она воровала?

— Разве это можно назвать воровством? — передернула плечами Татьяна. — Так, шалость подростковая. Они в этих отелях дерут за номера такие бабки, что могут и поделиться своей мелочовкой! Кроме того, гостиницы — единственные места, где Регинка ощущала себя по-настоящему самостоятельной. Дома всегда мать сидит, у отца — Тамара неусыпно бдит и только и смотрит, как бы падчерица не умыкнула что-нибудь ценное. Квартиру папаша покупать ей отказался — Тамарка ему напела, что девчонке в таком возрасте нечего позволять жить отдельно… Друзья, конечно, всегда были готовы подсобить ей с хатой, но это же все равно не свое, понимаете? Другое дело — гостиничный номер, где ты, при наличии денег, чувствуешь себя полновластной хозяйкой!

— Вы не в курсе, какие предпочтения были у Регины в отношении отелей?

— Я же сказала, она их по ценовой категории выбирала — только самые дорогие.

— Что ж, Таня, спасибо вам за исчерпывающую информацию, — сказал Павел, поднимаясь. — Я оставлю вам свой номер на случай, если что еще вспомните… Кстати, а у вас случайно нет телефона Валерия Щукина?

Денис с трудом разлепил глаза. Почему во рту такой неприятный привкус железа? В желудке было пусто, и одновременно казалось, словно по нему вверх и вниз мыши бегают наперегонки. Повернув голову вправо, он различил под тонким покрывалом очертания женского тела. Черт, а это еще кто? Денис с опаской оттянул краешек покрывала. На подушке лицом вниз покоилась девичья головка с черными взъерошенными волосами. Девушка что-то пробормотала и, схватив покрывало, натянула его на себя. Он попытался вспомнить, как закончился вчерашний вечер, но в голове стоял густой туман. Денис легко мог сказать, что ходил в клуб «Антихрист» с Дэном, принял участие в драке, а потом унес ноги вместе с небольшой группой представителей неформальной молодежи. После этого в памяти образовался зияющий провал, и, как он ни старался, никак не мог восстановить свои действия в период времени между одиннадцатью часами вчерашнего вечера и…