Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 1518

Анжела кивнула.

– Значит, о наследстве не может идти и речи. Так какова же причина?

У Анжелы ответа не было.

– Тогда почему следователь так крепко взялся за Юру? – спросила она раздраженно.

– Они как бультерьеры, полицеймейстеры, – усмехнулся Геннадий. – Если вцепятся, не отпускают до последнего. Но ты, милая моя, обратилась к правильному человеку, – самодовольно добавил он. – Мы вырвем этим псам зубы вместе с деснами!

Разговор с Геннадием придал Анжеле уверенности, в которой она так нуждалась. В сущности даже неплохо, что Юра оказался в затруднительной ситуации. Именно она, Анжела, придет к нему на выручку, и у него просто не останется выбора, только полностью довериться ей. Димитриади – человек совестливый, помнящий и ценящий доброе отношение. Он растерян, напуган, ему требуются поддержка и опора. Кто как не Анжела может все это дать? Анжела, в которой так много железа, по словам ее собственной матери, что она могла бы послужить фундаментом для любого из зданий, которые с таким успехом возводит.

Ее мучил один вопрос. Где же на самом деле находился Юрий в день и час смерти жены?

Тем, кто хоронит близких, кажется, что в этот день сама природа должна плакать, сочувствуя их горю. Но во время похорон Елены Димитриади ярко светило солнце, сообщая листве восковую гладкость и блеск. Народу собралось немало, родители покойной были известными в городе людьми, и их друзья и близкие знакомые сочли своим долгом поддержать их в минуту скорби.

– Гляди, Егор, в оба, – строго сказал майор Курепов. – Скорее всего, убийца находится среди этих людей.

– Да их тут человек сто пятьдесят, – громким шепотом возмутился лейтенант.

– И мы подозреваем каждого, ну пожалуй, за исключением отца с матерью.

– И Юрия Димитриади?

– Прежде всего.

– Он как-то не тянет на убийцу, – неуверенно заметил Огибин.

– На моем веку встречалось не так уж много людей, чьи лица вопили бы о том, что по ним тюрьма плачет. Димитриади не похож на того, кто способен убить, но не надо забывать о состоянии стресса, в котором он долгое время находился. Я консультировался с психиатрами – возможны последствия.

– Все равно, – покачал головой Огибин, – мне не верится. Он успешный человек, увлечен своей работой. На службе характеризуется исключительно положительно.

– Чикатило тоже так характеризовался, – возразил майор. – Димитриади на работе любят, это бесспорно. Все, от подчиненных до начальства, и это настораживает. Кстати, о начальниках. Вон Анжела. – Он кивнул в сторону толпы у гроба. – Что ты о ней думаешь?

– Крутая, – с уважением произнес лейтенант. – Такими делами ворочает! И красивая.

– Ты так считаешь?

– А что, скажете, нет? Блондинка, все при ней. – Егор сделал выразительный жест на уровне грудной клетки.

– Да уж, это точно при ней, – усмехнулся майор. – А она непростая, ох непростая! Как тебе алиби Димитриади?

– На мой взгляд, стопроцентное. Они вместе работают, у Анжелы нет причин выгораживать Димитриади из личных побуждений. С другой стороны, возможно все.

– Димитриади говорил как по-писаному. Его посетил адвокат – до того, как мы сумели его допросить. Угадай, кто его прислал?

– Анжела?

– Молодец! Только я рожу Точилина увидел, как сообразил, что дельце наше не такое простое, как кажется начальству.

– Почему?

– Да потому, что Точилин – страшно дорогой адвокат. Димитриади хорошо зарабатывает, но кто он такой? Наемный служащий, хоть и высокооплачиваемый. А Точилин не занимается служащими, сечешь? Я навел справки: Точилин уже лет двадцать как является адвокатом семьи Анжелы. Сначала он имел дело с ее папашей, а теперь с ней самой. Странное совпадение, не правда ли?

– Почему же? Анжела ценит своего работника, хочет ему помочь, вот и посылает собственного адвоката.

– Наивный ты человек, Огибин, – вздохнул майор. – Люди вроде Анжелы ничего не делают просто так, из добрых побуждений.

– Это вы потому так говорите, что она богатая?

– Да нет, не поэтому. Богатые тоже разные бывают. Только Анжела – тетка себе на уме, это по лицу видно, по всему ее поведению. Ее самоконтроль может только восхищать, и потому ей так хорошо удается контролировать других. Люди вроде Анжелы терпеть не могут, когда что-то происходит без их ведома. Они отказываются понимать, что земля вращается независимо от них, и пребывают в уверенности, что именно они приводят в действие соответствующий механизм. А уж в своем строительном концерне Анжела определенно держит под контролем все и вся. Каждый, кто работает на нее, в той или иной степени зависим, и эта баба пытается сделать все, чтобы зависимость стала тотальной. Возьмем, к примеру, Димитриади. Его жена нуждалась в дорогостоящем лечении, которое ни он, ни ее родители не могли себе позволить. И пожалуйста – на горизонте как богиня милосердия всплывает Анжела, потрясая мешочком с пиастрами.

– Может, она такая отзывчивая? – предположил Огибин, хотя и чувствовал уже, что спор с начальником проигран.

– Ага. Только ответь ты мне, друг сердечный, почему именно Димитриади? Почему не Иванов, Петров или Сидоров? Я выяснял, в компании полно людей с проблемами, и Анжела обращается с ними весьма жестко. Ее служащие знают: одна ошибка – и они вылетят на улицу, ведь Анжела расстается с людьми без сожалений. Она платит хорошую зарплату и уверена, что к ней придут лучшие, а слабаков и неудачников ей не нужно. Так я еще раз повторяю, лейтенант: почему именно ситуацию Димитриади Анжела приняла так близко к сердцу?

– Ладно, – махнул рукой Егор. – Сдаюсь. Значит, Димитриади – любовник Анжелы?

– Возможно, возможно, – задумчиво кивнул Курепов. – Надо выяснить.

– И выяснять, как я понимаю, придется мне?

– Вот за что ты мне нравишься, Егорушка, так это за твою сообразительность!

Огибин отошел от начальника и приблизился к плотной толпе провожающих Елену Димитриади в последний путь. Юрий стоял рядом с Анжелой и Милой, ее секретаршей, в стороне от других. Тут же находились их коллеги с работы. Родственники со стороны жены явно старались сохранять дистанцию, бросая косые взгляды на молодого вдовца – кто негодующие, кто откровенно любопытные.

Димитриади выглядел растерянным. Лейтенант попытался представить себе, как этот человек, преданно ухаживавший за женой, хладнокровно вводит ей смертельную инъекцию, – и не смог. Возможно, чутье его подводит, но Егор не видел Димитриади в роли убийцы.

– Прощаемся, – бодро провозгласил один из гробокопателей.

– Цветы вынимаем! – скомандовал другой.

К гробу потянулись люди. Некоторые проходили, мельком бросая на Алену взгляд, а то и вообще не глядя на нее. Другие задерживались. Егор вынужден был признать, что гример в морге постарался: молодая женщина выглядела совсем как живая. Даже румянец на ее щеках казался здоровым – во всяком случае, с того места, откуда наблюдал за происходящим лейтенант. Одели Елену Димитриади в шелковое платье небесно-голубого цвета, прекрасно гармонировавшее с цветом ее светлых волос.

«Красивая женщина, – невольно подумал Огибин. – Была».

Егору пришлось отвлечься от размышлений о несправедливости бытия из-за сцены у гроба, произошедшей в тот самый момент, когда к нему подошел Юрий. Непонятно почему, но он словно бы тянул с этим, не решаясь сделать несколько шагов. Димитриади прошел мимо гроба жены, не останавливаясь, глядя в одну точку прямо перед собой.

– Что я говорила, – раздался громкий шепот Элеоноры Серпуховой. – Он не может даже посмотреть на нее – совесть замучила!

– Замолчи, прошу тебя, – резко одернул жену Олег Петрович. – Ты бы видела себя, Эля!

– Мне нечего стыдиться! – не прекращала Серпухова. – Меня нет в числе подозреваемых, и не могло быть, а вот он… Как ты не понимаешь, ведь Аленушка мешала ему!

Юрий застыл на месте и широко раскрытыми глазами смотрел на тещу, словно на внезапно поднявшую голову из травы змею.

– Что смотришь?! – гневно воскликнула женщина. – Это твоя вина, только твоя!