Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 1258

– Подумаешь! – фыркнула Дарья, и я вспомнила молоденького паренька, который подвозил нас до аэропорта: провожая Дашу взглядом, он едва не вывалился из своего автомобиля.

– Кроме того, он не постоялец отеля – на нем форма, если ты не заметила, – добавила я, пытаясь найти в молодом человеке хоть какой-то недостаток. – Тебя привлекают официанты?

– Официант официанту рознь, – передернула плечами Дарья. – Кстати, его форма отличается – скорее всего, не официант, а метрдотель… Зато какой мальчик, а? Просто загляденье!

Я питаю слабость к красивым людям, но никогда не чувствовала в себе склонности к педофилии, поэтому и смотрела на молодого человека просто как на произведение искусства. Дашин восторг меня беспокоил: зная ее, я могла предположить, что она сделает все, чтобы парень оказался в ее постели в самое ближайшее время. И я нисколько не сомневалась в ее способностях.

Внезапно мне пришлось отвлечься от созерцания темноволосого красавчика из-за шума за соседним столиком. Там сидела занятная пара. Худенькая, элегантно одетая девушка выглядела замученной. Напротив нее развалился полный мужчина лет тридцати пяти в шортах цвета «хаки» и широченной футболке, которая могла бы вместить полдюжины таких, как его подруга. Его щекастое лицо пылало гневом.

– Я же говорю, что мне нужно «Шардоне», а он что принес? – яростно говорил мужчина по-русски. – Скажи ему, Люсь!

– Но, котик… – тихо попыталась возразить девушка.

– Нет, ты скажи! – не унимался толстяк.

Девушка, покрасневшая, как рак, пробормотала на хорошем английском, почти не глядя на официанта:

– My husband asked for «Chardonnay», sir. (Мой муж просил «Шардоне», сэр.)

– But this is «Chardonnay», madam! – в отчаянии воскликнул официант, обливаясь потом.

– Он говорит, что принес «Шардоне», – пискнула девушка, обращаясь к своему спутнику.

– Да какое, к матери, «Шардоне»?! – рявкнул тот. – Я же просил – красное «Шардоне», а он притащил какую-то белую сивушную лабуду! Скажи ему, Люсь!

– My husband, – со стоном произнесла та, кого муж называл Люсей, – wanted red «Chardonnay»… (Мой муж просил красное «Шардоне»…)

– But, madam, there’s no red «Chardonnay»… (Но, мадам, красного «Шардоне» не существует…) – начал было официант, и, прежде чем я успела подумать о том, что следует, наверное, объяснить соотечественнику, какие бывают вина, к столику подскочил тот самый красавчик, на которого обратила внимание Дарья. Видимо, спор между русским туристом и официантом не остался незамеченным даже в дальнем конце зала, где он до этого находился.

– Qu’est-ce qui vous ferait plaisir? (Чем могу служить?) – спросил молодой человек приятным, хорошо поставленным голосом.

– Что? – выпучил глаза соотечественник. Видимо, он еще готов был мириться со звучанием чуждого английского языка, но о существовании не менее чуждого французского просто не имел понятия!

Отчаянно жестикулируя, официант объяснил красавчику суть происходящего. Больше всего в этой ситуации я жалела жену толстяка, так как она от стыда за мужа уже не знала, куда деваться.

«Похоже, интеллигентная девушка, английским владеет, что же она делает рядом с этим бритоголовым «братком»?» – спрашивала я себя с удивлением.

Очевидно, подобные чувства эта сцена вызвала и у нашего очаровашки. Бросив беглый взгляд на несчастную, он сказал по-английски:

– Of course, sir, it’s our mistake. (Разумеется, сэр, это наша ошибка.) – И, обращаясь к побелевшему официанту, произнес очень четко: – Pierre, go and bring the gentleman red «Chardonnay», please. (Пьер, сходите и принесите джентльмену красное «Шардоне», пожалуйста.)

– Mais… (Но… (фр.) – начал официант в ужасе от подобного приказания.

– Vite, vite! (Быстро, быстро! (фр.) – с угрозой в голосе поторопил красавчик, одновременно посылая лучезарную улыбку разгневанному клиенту. Тот победоносно взглянул на Люсю, всем своим видом показывая: ну, и кто был прав, в натуре?

– Вот это да! – давясь от смеха, пробормотала Дарья. – И что же они, бедняги, станут теперь делать?

– Очень просто – принесут какое-нибудь красное вино, – пожала я плечами. – Если парень не знает, что «Шардоне» бывает только белым, то он и понятия не имеет, какое оно на вкус!

– Но как лихо вывернулся наш красавчик! – с восхищением воскликнула Дашка. – «Сейчас принесем красное «Шардоне», а?

– Да, молодчина, – согласилась я. – Сообразил, что с этим приятелем можно спорить до потери пульса – он все равно будет требовать свое.

– Не понимаю таких, – покачала головой Дарья. – Ну, не было у тебя родителей-аристократов, но, раз уж завелись деньжата, так научись хотя бы хорошим манерам! Не все рождаются в приличных семьях, но надо иметь мозги, чтобы выбиться в люди.

Я знала, что Даша имеет в виду себя. С семьей ей, прямо скажем, не повезло. Я вспомнила, как девушка впервые попала в наш дом и в каком пребывала шоке несколько дней после визита. Она и представить себе не могла, что люди переодеваются к обеду, едят не в кухне, а в столовой из фарфорового сервиза, а не из тарелок с отбитыми краями! Посмотрев, как живут интеллигенты, Дашка принялась усердно учиться. Она впитывала в себя правила хорошего тона, как губка, и я признавалась себе, что подруга оказалась прилежной ученицей. В душе Даша оставалась все той же провинциальной девчонкой из неблагополучной семьи, но никто и никогда не догадался бы об этом, глядя на эту утонченную даму. Конечно, такой она бывала только на людях. В моем присутствии или в среде коллег она могла позволить себе то, чего никогда бы не позволила в других ситуациях, – например, материться, как заправский прораб.

Наконец и к нашему столику подошел официант, чтобы принять заказ. Пока он записывал все в свою книжечку, я с облегчением увидела, что на стол соотечественников официант по имени Пьер уже принес бутылку. В ней плескалась темно-красная жидкость. Сосуд был обернут белым полотенцем, и я могла поклясться, что на этикетке под ним написано «Мерло». Тем не менее муж Люси не сомневался в том, что принесли именно его заказ.

Дашка вся извертелась, блуждая взглядом по залу в поисках красавца метрдотеля, но тщетно: он словно испарился. Я боялась, что у подруги может случиться заворот кишок, если она продолжит крутиться во время еды. Мы разделались с первым блюдом и приступили ко второму, как вдруг я услышала знакомый голос с акцентом:

– Hey, here you are, Ula! (А, вот и вы, Ула!)

У столика стоял человек, с которым мы познакомились на скале.

– Это кто? – спросила Даша, едва не выронив вилку.

– Филипп де Кассар, – сказала я. – Мы встретились несколько часов назад.

– Ты тут вовсю знакомишься с мужиками, а мне делаешь замечания! – возмущенно прошипела Дарья, ослепительно улыбаясь месье де Кассару.

– Кто ваша милая спутница? – поинтересовался мужчина.

– Познакомьтесь, моя подруга Даша.

– Je suis ravi (очарован. (фр), – произнес месье де Кассар и склонился над Дашиной рукой, запечатлев на ней легкий поцелуй.

– Могу ли я к вам присоединиться? – спросил мой новый знакомый, и мы одновременно кивнули. Не успел месье де Кассар сесть, как к нам тут же подскочил официант.

– Гляди, – тихо заметила Даша, – а нам пришлось ждать почти десять минут!

Официант быстро залопотал по-французски. Месье де Кассар сказал несколько слов, и он исчез. Внезапно подняв глаза, я увидела, что по направлению к нам идет красивый метрдотель. Подойдя, юноша облокотился о стул, на котором спиной к нему сидел Филипп де Кассар, и легонько похлопал мужчину по плечу. Тот обернулся.

– А, это ты, малыш, – мягко сказал он и, обращаясь к нам с Дашей, произнес: – Знакомьтесь, дамы, – мой внук Робер.

Я спустила ноги с постели и посмотрела на часы. Они показывали половину третьего ночи. Стояла невыносимая духота: кондиционер за день превратил номер в холодильник, и, ложась спать, Даша выключила его. Теперь же помещение напоминало душегубку, и я нажала на кнопку, врубив прибор на полную мощность. Потом я босиком прошла к балкону и, прикрыв за собой дверь, подставила ночному ветру пылающее лицо.