Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 1201

– Вот, подарочек вам!

– Что это?

– Два интересных случая, шизофрения и магифрения. Вы же этим интересуетесь, верно?

Неля кивнула.

– Дамы милые, приятные, особенно в периоды ремиссии. И обе здесь не впервые, с постоянной, так сказать, пропиской.

– А почему вы передаете их мне? – удивилась девушка. – Кто занимался ими раньше?

– А-а, вы же не в курсе… Была у нас одна доктор, Мария Евграфовна Лычко.

– Она что, уволилась?

– По семейным обстоятельствам. Я решил, что вы лучше всех справитесь с данными случаями. Возможно, они пойдут на пользу вашей диссертации: нам бы не помешало иметь в своей среде доктора наук!

Сказать ему, что она не намерена становиться доктором наук? Пожалуй, не стоит. Вместо этого Неля просто поблагодарила Ракитина.

– Не за что. Вы хотели о чем-то спросить?

А он чуток! Неля давно думала, как бы задать интересующий ее вопрос.

– Честно говоря, да. Это насчет пациента, который пострадал в результате припадка Шлыкова.

– А что такое?

Неле показалось, что вопрос главному неприятен.

– Что у него за диагноз? Извините, но он в таком состоянии…

– У этого больного острый психоз, Нелли Аркадьевна. То, что продемонстрировал давеча Шлыков, цветочки по сравнению с выкрутасами Незнанова!

Странная фамилия, пришло в голову Неле: похожа на те, что дают воспитанникам детских домов. Незнанов, Неизвестный, Потерянцев… Хотя и в обычной жизни каких только фамилий не встречается!

– Он буйный? – поинтересовалась она.

– Более того, склонен к суициду: может, вы заметили шрамы на его руках? У Незнанова тяжелая история, но здесь он – всего лишь больной человек, поэтому и относиться к нему нужно как к любому другому, то есть с жалостью, сочувствием и профессионализмом. Вы меня понимаете?

– Он опасен? – уточнила Неля.

– Под действием соответствующих препаратов даже Чикатило был бы не опаснее трехлетнего младенца, – хмыкнул Ракитин. – Не берите в голову, Нелли Аркадьевна, у вас и так есть, чем заняться!

Последние слова главного означали, что разговор окончен. Неля попрощалась и вышла из кабинета, прихватив с собой две новые истории болезни.

Первый прием новых пациенток прошел неплохо – учитывая, что они вынужденно сменили врача. Обычно больные плохо относятся к переменам, поэтому Неля ожидала проблем. К счастью, не подтвердилось: похоже, она понравилась обеим женщинам. Одну из них, Диану Вишневскую, привели сыновья-близнецы. Они явились и на первый прием у нового доктора, чтобы поддержать мать.

Диана страдала магифреническим синдромом – иными словами, психическим расстройством, при котором в мышлении начинают преобладать идеи магического содержания. Неля действительно вплотную занималась этим интересным явлением, приобретающим все большую массовость. Многие психиатры до сих пор выражают сомнения в том, что данное заболевание имеет смысл выделять в отдельную категорию на основании содержания болезненных идей, а не клинико-психопатологических признаков, однако сама Неля считала это полезным для социальной психиатрии. На непатологическом уровне магическое мышление имеет характер стойкого заблуждения, но на клиническом магифрения становится психопатией и приобретает характер сверхценных идей, которые трудно поддаются коррекции. Неля прочла историю болезни до встречи с пациенткой. Поначалу никто и не понял, что с Дианой что-то не так. Все началось с визита к «колдунье». Подруга, увлекавшаяся оккультизмом, однажды предложила женщине сходить на сеанс вместе. Диана недавно вышла на пенсию, сыновья отлично ее обеспечивали, и она маялась от скуки. Но даже подруга не ожидала, что встреча с «колдуньей» произведет на Диану такое сильное впечатление. «Колдунья» наговорила ей с три короба о том, сколько, оказывается, болезней гнездится в теле ничего не подозревающей об их существовании Дианы и что необходимо серьезно бороться с ее «ухудшающимся» состоянием, если она не хочет в ближайшие месяцы оказаться прикованной к больничной койке. С того самого дня Диана жила по рекомендациям, данным «колдуньей». Последняя посоветовала «компетентного» астролога, и женщина ничего не делала, предварительно не посоветовавшись с ним. У нее развилось болезненное отношение к здоровью, проявляющееся в самоизнурении странными диетами, физическими и психическими тренировками, имеющими, по мнению любого здравомыслящего человека, совершенно иррациональное основание. За несколько месяцев Диана, пытающаяся навязать свой новый образ существования окружающим, растеряла всех подруг и знакомых (кстати, одной из первых ушла именно та женщина, которая и свела Диану с «колдуньей»). Медленно, но неуклонно она выпадала из нормальной жизни. Денег, что дети давали в достатке, стало катастрофически не хватать. Сыновья заинтересовались этим странным фактом, и Диана впервые попала в стационар. Тамошние порядки напугали и мать, и детей, и тогда им порекомендовали «Синюю Горку».

– Мама считает, что обычная, человеческая еда ее убивает, доктор! – жаловался Ефим. – Она выкидывает продукты, которые мы покупаем, и питается сырой крупой и овощами, говоря, что так она лучше «слышит Вселенную», представляете?! У нее есть какой-то дурацкий астрологический календарь, и каждый раз перед выходом на улицу она вычерчивает «паранормальные кривые», решая, какая опасность может грозить ей сегодня! А еще она выбросила телевизор – совершенно новый, я сам покупал, – объяснив это тем, что он создает в квартире «неблагоприятный фон»!

– Ваша мама регулярно принимает прописанные препараты? – спросила Неля.

– Первые несколько месяцев после выписки – да, но мы с братом не имеем возможности контролировать ее постоянно, ведь у нас свои семьи! С течением времени она начинает пропускать приемы. Лекарства покупаю я, и вот, представьте себе, в последний раз открываю шкафчик для медикаментов, а он полон неизрасходованных таблеток – там целые залежи, как у белки в дупле! Мы поняли, что пора снова в «Горку», иначе мама что-нибудь сотворит… В прошлый раз она раздолбала мусоропровод и накинулась на соседа, посчитав, что он «одержим демонами»! А видели бы вы ее квартиру: все разрисовано пентаграммами и «тайными» знаками – хоть попа вызывай!

Неле Диана показалась интеллигентной женщиной, благожелательной и даже рассудительной – до тех пор, пока речь не заходила о магии и «чудесах». Судя по всему, диагноз поставлен правильно, и Диана пожизненно останется пациенткой «Синей Горки», с периодами ремиссии, во время которых она будет казаться абсолютно здоровым человеком. Без контроля, какой присутствует в клинике, больные перестают принимать лекарства, и болезнь возвращается. Медикаменты делают пациентов пассивными, они чувствуют усталость и отсутствие энергии, а потому решают, что уже «достаточно поправились», чтобы отказаться от пилюль. В этом-то и состоит их главная ошибка.

Лариса Овчинникова, в отличие от Дианы, пришла сама. Она жила вместе со взрослой дочерью и ее детьми и, что встречается крайне редко, осознавала, что больна. В ее истории болезни предыдущая врач пометила в выписке: «F 20. 04», что означало неполную ремиссию. Когда-то Лариса являлась ведущим сотрудником аналитического отдела комитета Государственной думы по региональной политике, но попала под сокращение – скорее всего, причиной явилось неадекватное поведение. Ее дочь сказала, что во время очередного обострения мать, едва услышав по телевизору выступление кого-нибудь из политиков или политаналитиков, начинала утверждать, что у нее украли идею, что она говорила и писала об этом еще десять лет назад, и в подтверждение собственных слов кидалась к полкам с бумагами в поисках доказательств. Тогда-то и начиналось «самое страшное». Беспрерывно бормоча проклятия и ругательства себе под нос, Овчинникова переворачивала квартиру вверх дном. Не найдя желаемого, она начинала обвинять домашних в том, что они намеренно уничтожили «доказательства», и устраивала истерику. Потом она просила прощения, но через короткое время все начиналось по новой. А еще Лариса беспрерывно писала в различные инстанции по поводу всевозможных «нарушений»: не там поставили машину соседи, плохо убирается двор, дети слишком громко шумят на детской площадке, в мусоропроводе застревает мусор, по телевизору чересчур много передач с сексуальным подтекстом и так далее. Каждый день мать ходила на почту, отправляя кипы писем, и злилась, получая отписки или вовсе оставаясь без ответа. В последнее время дочь, устав от материнских эскапад и жалеючи собственных детей-подростков, вынужденных жить под одной крышей с тяжелобольным человеком, пригрозила матери отселением. Лариса испугалась, что, оставшись одна в квартире, лишится семьи, ведь дочь и внуки вряд ли захотят часто ее навещать и только вздохнут с облегчением, избавившись от беспокойной родственницы.