Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 1002

— Конечно, я отказался, — усмехнулся Денис. — Но дело не в том, что она неформалка, а в том, что меня беспокоят ее «погремушки» — в частности, то зеленое пойло, кукла и таблетки. Вы уже что-нибудь выяснили?

— По поводу куколок — ничего, а вот по поводу абсента — сам погляди, — и Вика развернула к нему экран компьютера.

— «Настоящего абсента на отечественном рынке нет, — прочитал он вслух. — Есть либо его имитация — то есть подкрашенная итальянская или испанская анисовка, либо «абсент в богемском стиле», то есть приготовленная без дистилляции горькая чешская травяная настойка различных марок…»

— Поэтому они и предлагают готовить его самостоятельно. Вот тут, — Вика ткнула пальцем в кнопку на клавиатуре, — несколько рецептов. На этом сайте продают как отдельные ингредиенты для приготовления абсента, так и сам абсент, разлитый по бутылкам.

— Интересно, он что, и в самом деле пользуется спросом? — удивленно спросил Денис. — Честно говоря, его вкус я помню плохо, но, по-моему, дрянь отменная!

— Вообще-то странно, что ты ничего не помнишь о ночи, проведенной с этой девицей, — задумчиво проговорила Вика, потирая подбородок. При этом металлические браслеты на ее тонких запястьях жалобно звякнули, и Денис поймал себя на том, что не может отвести взгляда от маленьких рук девушки. Она представляла собою странное и одновременно милое зрелище: словно внутри сформировавшейся молодой женщины сидел маленький ребенок, сущность которого была намного сильнее сущности хозяйки тела.

— Почему — странно? — с трудом отводя от девушки глаза, спросил он.

— Да потому… Ты уверен, что не ел «колес»?

— За кого ты меня принимаешь? — возмутился Денис.

— Ладно, ладно, — примирительно сказал Дэн, — брейк! Мы тебе верим, но ведь твоя ночная гостья могла и подмешать что-то в выпивку, так?

— Мне кажется, я знаю человека, с которым можно это обсудить, — сказала Вика. — О, глядите-ка!

— Что там? — полюбопытствовал Денис.

— Эти ребята помимо абсента предлагают купить разные штуки — амулеты, медальоны…

— Кукол веревочных случайно они не предлагают? — перебил Дэн.

— Нет, кукол я не вижу, но тут есть кое-что поинтереснее! Смотрите, — и Вика нажала на ссылку.

— Это то, что я думаю? — после короткого недоуменного молчания, внезапно повисшего над их столиком, вопросил Дэн.

— Кровь, — кивнула Вика.

— Эти ребята продают… кровь? — не поверил своим глазам Денис.

— Похоже на то!

— Ничего себе! И где же они ее берут, интересно?

— Думаю, это не проблема, — пожала плечами Вика. — В Интернете сейчас черта лысого можно купить, не то что кровь. Вон, оружие продают, наркотики!

— Наверное, на станциях переливания крови покупают? — предположил Дэн.

— А это законно?

— Ну, до тех пор, пока об этом никто не знает, — наверное, да.

— Неужели это такой уж прибыльный бизнес? — удивленно проговорил Денис. — В смысле, кому это нужно — покупать кровь? Я еще понимаю — абсент, но это…

— Смотри, — вновь ткнула пальцем в экран Вика, — вот тут написано, что «каждому настоящему вампиру для поддержания сил необходимо от ста до четырехсот миллилитров человеческой крови в сутки».

— Круто! Это что же — по медицинским показаниям? — хохотнул Дэн.

— Пить кровь… Это же противно! — пробормотал Денис.

— Путешественники частенько это делали, — заметил Дэн. — Но они тогда находились в стесненных обстоятельствах, без еды и воды, а потому просто вынуждены были пить кровь животных, чаще всего — собственных лошадей. Однако я впервые слышу, чтобы пили человеческую кровь!

— Да кто вообще сказал, что она человеческая? — встрепенулась Вика. — Может, свиная или коровья? На бойне вполне можно купить кровь — я знаю, что некоторые добавляют ее в корм скоту… Нет, ребята, я думаю, лажа это все — не может кровь принадлежать людям, это они лохов ду́рят!

— Если кровь не человеческая, то это еще опаснее, — сказал Денис. — Животные вполне могут быть заражены разными болезнями, передающимися человеку!

— Это же бизнес, — усмехнулся Дэн. — В наше время никто не думает о таких мелочах, если можно по-быстрому бабки срубить. Глядите: сто граммов крови продают за пятьсот рублей — это же просто грабеж настоящий!

— Да уж, учитывая, сколько платят донорам, — тихо, почти что про себя, произнесла Вика. В ее голове что-то щелкнуло, когда речь зашла о крови и деньгах, но пока что она не собиралась делиться своими мыслями с приятелями.

— А кто такой Люциус? — неожиданно спросил Дэн, продолжавший внимательно изучать сайт.

— Какой еще Люциус? — переспросила Вика, встрепенувшись.

— Вот здесь, — указал пальцем на ссылку Дэн. — «Люциус приглашает «посвященных» на вечеринку, посвященную обряду инициации новых членов братства…»

— Это новых вампиров, что ли? — уточнил Денис.

— Видимо, да!

— Во дают! — восхитилась Вика. — Вечеринки устраивают — все чин-чинарем…

— Короче, Денис, ты влип, — подытожил Дэн. — Эта девка, готка она там или вампирша, я не берусь судить, но ты чем-то привлек ее внимание — вот такая неожиданная «радость»! Говоришь, она тебя в покое не оставляет?

Денис только неопределенно хмыкнул.

— Конечно, — вздохнул Дэн. — Большой сильный дядя, оказавший первую помощь ее «подбитым» приятелям, — кто бы тут устоял? Ой, гляди, Денис, напьются они твоей кровушки!

— Да иди ты! — огрызнулся тот.

— Эх, ребята, не нравится мне все это! — покачала головой Вика. При этом ее разноцветные «дреды» приподнялись дыбом и опали, словно внезапно растревоженный клубок змей. — ОМР сейчас ведет одно дело…

— Мама тоже в этом замешана? — перебил ее Дэн, нахмурившись.

— А то как же! И Карпухин тоже о каких-то вампирах упоминал…

— Да вы что, телик не смотрите? — спросил Дэн. — Уже вторую неделю СМИ кричат о том, что в городе какая-то секта орудует. Думаете, почему я так перепугался, когда увидел эту куклу, абсент и прочую гадость? Между прочим, журналистка одна, которая серию этих репортажей подготовила, утверждает, что эти так называемые вурдалаки на людей нападают!

После этих слов Вика вытащила свой мобильник и набрала номер Леонида.

— Вы уж извините, у меня беспорядок! — виновато хихикнула девушка, одним движением смахивая с единственного в крошечной комнатке стула какие-то папки, наваленные на нем грудой.

Павел подумал, что «беспорядок» — это мягко сказано: в помещении царил настоящий разгром. Если бы журналистка сама не пригласила его войти, открыв дверь, он вполне мог бы решить, что здесь только что побывали воры или кто-то устроил обыск — потому-то все и перевернуто вверх дном. Однако хозяйка квартиры, судя по всему, никакого чувства неловкости не испытывала, хоть и попыталась поначалу сделать вид, что стесняется своего бардака. Павел, приученный строгими родителями к порядку, заметил странную тенденцию в среде своих ровесниц: все они — страшные неряхи. Его воспитывали с мыслью о том, что женщина должна содержать свое жилище в порядке, уметь готовить и ухаживать за детьми. Видимо, современных девушек воспитывают как-то иначе, потому что их жизненная позиция очень сильно отличается от той, что привили Трофименко в его собственной семье. Там у каждой вещи имелось свое место, холодильник ломился от продуктов, а кухню наполняли божественные запахи готовящегося борща, домашних пельменей и пирожков с капустой. Последняя девушка, с которой Павел расстался два месяца тому назад по причине тотального несходства характеров, с трудом умела сварить яйца вкрутую — о яичнице речь уже и не шла! По этой причине она предпочитала питаться в кафе, а у Павла на это не хватало финансовых возможностей. «Надо брать невесту из глубинки, — все чаще восклицала его мама, дивясь тому, как похудел и осунулся ее мальчик, живя вдали от дома. — По крайней мере, голодным не останешься!»

— Хотите чего-нибудь? — спросила между тем Марина, подскакивая к холодильнику, стоявшему тут же, в комнате, а не на кухне, где ему положено было бы находиться. Распахнув дверцу, она с опаской, как показалось Павлу, заглянула внутрь, словно рассчитывая обнаружить там мышь, повесившуюся на собственном хвосте от отчаяния и невозможности обнаружить хоть что-нибудь съедобное. Мыши, впрочем, там не оказалось, как и чего-либо другого: на полке стояла лишь банка горчицы, а в пластиковой коробочке лежали подозрительно попахивавшие остатки чего-то, отдаленно напоминавшего лазанью.