"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 1603

Пришло время сделать последний шаг, и от осознания этого, у меня вновь затряслись поджилки. Сможем ли мы забить этот последний гол и закончить матч, хотя бы вничью? На большее нас точно не хватит. Звучит наверное бредово, но мне было проще думать обо всем этом, как о видеоигре или интерактивном фильме.

Потому как вспоминая, что от семи сотен человек с которыми мы сегодня вступили в бой, осталась жалкая горстка, также готовая в ближайшее время закончить свое существование, становилось особенно тошно. А так представляя окружающих, персонажами трагической постановки… Грустно было до слез, но неожиданно терпимо. Кажется, я начинаю придумывать себе причины, чтобы не сойти с ума. Или это уже признак легкого сумасшествия?

Из задумчивости меня вывели неожиданно накатившая тошнота, тяжесть в легких, головокружение и ломота во всем теле. Видимо заканчивалось действие стимулятора, но я терпел, не жаловался. Здесь вообще никто не жаловался. Иногда спорили и не соглашались, местами ругались, но ни один из бойцов не пикнул о тяжести похода, хотя многие уже с трудом держались на ногах.

Одному парню я даже отдал последнюю дозу оранжевого стима, о чем сейчас успел пожалеть. Конечно, вторая доза этой химозы подряд, превратила бы мои внутренности в кашу не сильно хуже, чем красный стимулятор. Но беречь это тело больше не имело смысла — ближайшие полчаса-час ему и так придет конец. Было страшно так рассуждать, я так-то привык к нему за двадцать с гаком лет. Да и в воскрешение не до конца верилось. Страх был иррациональным, но от осознания этого, легче не становилось.

— Готовьтесь. Пауер и Эрл, разведали левую улицу, там патруль и завалы — не пройти. Налево соваться, не рискнем — Вайп сказал "дикий ужас", поверим ему на слово, — Шварц усмехнулся, и ободряюще улыбнулся мне.

Старик был излишне сентиментален. А кто бы не был на пороге смерти? Или это игра на публику? Я натужно выдавил улыбку в ответ.

— Значит остается центр. Есть план мистер Даггер? — продолжил полковник.

— Надрать киберам задницу? — предложил пилот, послышались смешки.

— Отличный, план, — кивнул старик, — Значит идем по прежней схеме. Только побережем наш козырь на всякий случай.

Козырь — это я. Вперед пустили пару разведчиков. Проклятое дежавю. Бывает такое, что ты видишь кошмар, знаешь, что сейчас произойдет нечто очень нехорошее... Но при этом ничего не можешь с собой поделать, и продолжаешь переть напролом в пасть к демону. Вот и сейчас напряжение нарастало, нервы натянулись струнами, а я не мог ни остановится ни вычислить источник опасности…

Бах! Куски асфальта и бетона разлетаются в стороны. Наши разведчики сгорают в ярких огненных вспышках, а я падаю на землю бестолково крутя дулом ПАВ. Не сразу я сообразил что произошло, а потом не поверил в то, что увидел. Кажется, пора уже перестать удивляться, но гигантская фигура визуально напоминающая помесь человека и шагохода, сиганув с крыши, прошлась по нашим рядам тяжелым лазером, неся смерть.

Выпущенные ей росчерки мини-ракет ударили веером. Чудом я успел, кувыркнулся в сторону уходя из-под града обломков. Одна из ракет ударила в стену здания над нашими головами… Обернулся я в тот момент как часть конструкции обрушились, погребая под собой сразу трех человек, включая Дага. До встречи в хабе друг...

Трещали плазменные винтовки, не причиняя никакого вреда противнику — многие выстрелы даже не находили свою цель. Кибер высотой с двухэтажный дом, двигался с легкостью недоступной шагающей технике, напоминая повадками хищного зверя, но при этом оставаясь тяжелой бронированной машиной.

— Гранаты, гранаты. На максимум, — кричал Римс.

Ярким светлячком мигнула противотанковая ракета… Последняя кажется. Она могла решить проблему кардинально, но выпущенная наспех, прошла мимо. Тварь лишь слегка пригнулась, пропуская над собой боеголовку. Но и это скупое движение дало нам несколько спасительных мгновений.

Пустившись в рассыпную, бойцы принялись закидывать гигантского кибера гранатами, продолжая почем зря палить из плазмы — даже прямые попадания в сочленения этому монстру были сродни щекотке… Хотя, кажется, я оказался излишне категоричен — взрывы и вспышки выстрелов дезориентировали живую машину, заставляя промахиваться.

Стоя на колене я опустошал магазин, стараясь поразить, как мне казалось, располагавшиеся на голове противника инфракрасные датчики. Слепой враг — мертвый враг… И похоже это чудище было со мной согласно. Заметив мои потуги оно, повело в мою сторону лазерной пушкой!

Выпустив ПАВ из рук, я вскочил на ноги, и из низкой стойки словно спринтер, рванул в сторону, но неожиданно потеряв равновесие споткнулся растянувшись на земле. Краем глаза заметил, как один из бойцов — чертов камикадзе, виснет на ноге робота. Раздается взрыв и живая машина заваливается на бок, потеряв конечность. И тут же получает несколько выверенных бросков плазменных гранат на максимальной мощности. Добегалась тварь.

Я попытался подняться, но ноги меня не послушались. Придавило чем то? Опершись на руку, я заглянул за спину…

— Сука, сука, сука, — орал я, начиная осознавать причину сильнейшей боли в области бедер и поясницы.

Ног у меня больше не было…

Ужас и животный страх, подгоняемые и так зашкаливающим адреналином, заставили меня дергаться, причиняя себе еще больше муки, усиливая страх… Наконец я затих бессвязно причитая. Остатками помутневшего разума я полез в разгрузку, пытаясь нашарить стимулятор. Пальцы плохо гнулись, а в голове нарастал шум, но получилось. Из последних сил я прижал инъектор к шее и дрожащими пальцами попытался нащупать кнопку активатора… Но мою руку перехватили.

— Не трать зря, пришлый. Нам эта штука еще пригодится, — старческий голос больше не выражал жалости и радушия.

Полковник склонился надо мной, отодвинул окошко визора, лишая меняя зрения. Я инстинктивно попробовал вырваться, но он коленом прижал мою грудь к земле.

— Сейчас дядя Шварц даст тебе другую пилюлю… — последние слова, что я услышал прежде чем исчезнуть из этого мира.

Книга вторая. Псайкер.

Пролог.

Майор Александр Дмитриевич Баранов — глава городского отделения по контролю инопланетной активности, особого подразделение ФСБ... оперативной работой заниматься был не обязан. Но чертов дефицит кадров и безалаберность сотрудников, снова заставил его выбраться из теплого уютного кабинета. Как не старался Баранов, но не до всех сотрудников удавалось донести, то что не стоит связываться с бессмертными существами, обладающими сверхъестественными силами.

Одно дело, тихо мирно, поговорить, убедить зарегистрироваться и вести себя прилично, не нарушая законодательство РФ, раз уж решили здесь обосноваться. Другое пытаться качать права... Очень жаль, но в усиление присылают зачастую профанов, не желающих понимать местной специфики. Как не объясняй, они все равно, пытаются качать права, наивно полагая, что на них кому-то не плевать. Вот и в этот, раз якобы образцовые сотрудники, встряли на ровном месте...

И Александр Дмитриевич, был заранее уверен, что все могло обойтись и без печальных последствий. Силовой контакт последнее дело — только в случае особой не сговорчивости объекта и его агрессивного поведения. И даже тогда инструкции, требовали вызывать группу специального реагирования, а не геройствовать. Положится не на простых бойцов, а прикормленных сильных трекеров, по идейным соображениям, предпочитавшим служить отечеству, а не себе. Однако Войтов и Лебедев, почему-то забыли об этих прописных истинах. Или же оказались излишне самоуверенны… И о чем думали? Теперь с них не спросишь — мертвые не любят трепаться.

Лестница вела на пятый этаж, лифт не работал. Старая обшарпанная девятиэтажка, на окраине города. Мусорные кучи перед домом, жильцы социальный статус которых оставлял желать лучшего — алкаши, наркоманы и проститутки. Сюда то и затесался иномирец. И жил, судя по всему здесь, не первый месяц, а то и год. Жил бы и дальше, если бы в больницу не поступил его недавний собутыльник — нога располосованная когтями, словно со львом подрался. Так и спалился. По всем больницам города действовал особый указ — сообщать в случае выявления необычных травм и физических особенностей пациентов. В девяноста девяти процентов случаев, бесполезные, мусорные отчеты. Но время от времени всплывали случаи вроде этого. Уже из этого можно было делать выводы. Почему рядовая профилактическая проверка превратись в кровавую бойню?