"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 1248

– А? – икнула Нешра.

– Кровь… – прошипела та и прямо когтями полоснула себя по запястью, равнодушно глядя на побежавшие вниз красные струйки. – Вы убьете тварь, я закрою дверь. Кто сказал, что за ней больше никого нет?

– Резонно, – кивнула Ольга. – Тогда стой пока в стороне и не лезь под руку, чтоб тоже случайно не зашибли.

– Погоди, – растерялась я. – Она ж у тебя порченная?

– Больше нет. Ты помогла, княгиня.

– Я?!!

Но тут же притихла, вспомнив свой таран из заклинания каминного ершика. Сдается, тот оказался способен прочищать не только трубы. А потом вспомнила, как селки остервенело смывали с себя что-то в море… Ладно, это потом, сейчас не до мелочей.

И Ольга словно перехватила мои мысли:

– Все поняли что делать? – оглядела она получившийся вокруг Эрвиана крест из четырех наших фигур, и вдруг совершенно непонятно хмыкнула:

– Вера, Надежда, Любовь и, мать их, Софья… Ну начинаем, раз так!

Эпилог

Телега скрипела по узкой лесной дороге, цепляя колесами выпирающие из земли корни, а бортами низкие ветки деревьев и кусты. Когда ее кренило слишком сильно, в уголке, осторожно обложенная валиками из сена, начинала стонать бесчувственная Нешра. И мы с Ольгой затихали, стараясь говорить потише – очень уж близко мы сейчас сидели, тоже без сил откинувшись на деревянный борт. Но любимая княжеская жена заслужила такую заботу с лихвой – сначала безоговорочно выбрав правильную, то бишь нашу сторону, а потом еще и сумев продержаться на ней достаточно долго, чтобы мы все-таки успели выпнуть отсюда непрошеного гостя и завалить за ним дверь. Но последнее, надо сказать, обошлось уже без нее. Вернее, без нас всех, к тому моменту больше напоминавших выжатые досуха тряпки.

И до сих пор напоминавших. Двигаться не просто не хотелось, а было почти невозможно – настолько мы выложились на том чертовом берегу. Разве что у Эньи оставались силы шевелиться, и то, уверена, лишь потому, что делала она это вокруг своего белого…

Вспоминать, как оно все тогда происходило тоже не слишком тянуло. Да и выходило не очень – все сливалось в страшный кровавый туман, стоявший перед глазами от запредельных усилий держать. И давить… давить… давить... А потом все вдруг закончилось, и меня без всяких церемоний отпихнули в сторону, чтобы залить черную, свернувшуюся уже кровь Эрвиана алой. Именно что залить, да. Потоком… Отдав все…

– Как думаешь, они сумеют ее похоронить? Ну, как положено? – я прекратила бездумно провожать глазами ехавших следом за нами верховых – многие, не только Энья с Аодалом, по двое на одном коне – и обернулась к Ольге.

Та сначала покосилась на притихшую, мирно посапывающую Нешру и лишь потом откликнулась:

– Почему нет? Мозги-то им твоя Энья славно вправила. Сделают все как нужно и с должным почтением.

– Энья? – мне это вдруг показалась обидным. Сирха сама сказала, что помогла им, вообще-то, я…

Подруга мое недовольство расшифровала мигом:

– Не дуйся, не мышь. Ты им чакры прочистила, а дальше уже Сердце Севера порядок в головах наводило. В руках у девчонки, да. Ни ты, ни я с ним так управиться не смогли бы – это точно.

– Что, и ты тоже? Серьезно?

– И я, – не стала она спорить. – Знаешь, наверное не стоило бы так говорить, но то, что Сирха умерла… В общем, что хранительница камешка у нас теперь одна – это сейчас не самый плохой расклад. Поверь. Свара между прошлой и нынешней, случись такое, здорово бы все осложнила. А дела у нас тут и без того все еще непростые.

И Ольга чуть развернулась – так, чтобы тоже видеть лошадь Аодала и сидевшую перед белым Энью, тихо млевшую в надежном кольце его рук. Тот, впрочем, млел тоже, хоть и пытался это скрывать за нарочитой суровостью. Но то, как он временами склонялся к ее макушке, втягивая воздух, говорило само за себя. Больше даже, чем их переплетенные пальцы, расцвеченные таким же узором на ногтях, что и у нас с Раском, только пока без синего. Вот ведь! Успели как-то начать обряд, когда мы там перекидывались колечками. Кстати, у Сирхи ногти выглядели синими сплошь и, наверное, это что-то значило. Надо бы спросить у того же Аодала, вдруг знает…

Вот только не сейчас, конечно. Чуть позже, когда девчонка перестанет квохтать вокруг него с утешениями. Переживает он, видите ли, после того, как выяснил, кого именно трепал на берегу за глотку, и кого Раск еле вырвал из его хватки. Мол, ну и что, что не знал?! Должен быть понять. Или догадаться…

В общем да, Энье сейчас было чем заняться.

– Забота – ее второе имя, – хмыкнула Ольга, сбивая с мысли.– Как думаешь, она и о твоей Ахельне хорошо позаботится?

– Что-о?!! – меня словно под дых ударили, я даже про шепот забыла, и от моего вскрика вновь застонала и завозилась Нешра.

– Ну чего орешь-то? – буркнула Ольга, когда любимая княжеская успокоилась и затихла. – Можно подумать, сама этого не понимаешь.

– Чего? Не понимаю? – я тоже успела слегка успокоиться и совладать с нервами. – Что непонятно с какой стати должна отдать свою крепость и свое зубами выдранное наследство служанке? Это ты так шутишь?

– Хранительнице Сердца Севера, – спокойно поправила меня та. – Ахельну строили именно для этого, не забывай. Значит, ей там и место. Я уж молчу, что туда сейчас начнут возвращаться селки, а ей с собственным отцом проще будет поладить, чем тебе. И все конфликты утрясти, если что. А что они будут – это к гадалке не ходи. Помнится, сама сетовала, что трудно оказалось в одной крепости сразу и с людьми, и с фаолад. Так вот, это цветочки были, по сравнению с тем, что теперь начнется – когда к тому коктейлю добавятся еще и селки.

– Ей и ее белому место освобождать? Так что ли? – совсем поджала я губы.

– Конечно, – и не подумали мне возразить. – Что уже автоматом выводит Энью из категории прислуги. Род женщины у вас – это род ее мужа, как я понимаю. Кстати, вот тому роду радости-то будет – не просто белую отхватили, а целую хранительницу. Уверена, ни о каких служанках никто больше и не вспомнит.

– А мне, выходит, места там уже нет! – перевела я разговор в прежнее, гораздо более важное для себя русло.

– А у тебя, дорогая, место теперь совсем другое, – Ольга кивнула на ковенский перстень, красовавшийся на руке вместо Сердца Севера. – Пора уже навести порядок в том магическом крысятнике. Не находишь? Как раз по тебе задачка – будет куда приложить немеренный потенциал упертости и упрямства.

– И зачем мне это?

– Ой, вот только не говори, что предпочтешь и дальше в Ахельне сено заготавливать. Просто прикинь открывающиеся перспективы и успокойся. Заодно, кстати, перестанете с мужем метаться между Ахельной и Инстредом. Нельзя сидеть сразу на двух стульях, тем более, если стоят те вовсе не близко. Знаешь как у нас говорят? Если не можешь выбрать из двух – ищи третьего. Так что ковен этот вам как нельзя более кстати подвернулся.

– Откуда знаешь, что он мечется? – недовольно покосилась я на нее, уходя от прямого ответа.

– Глаза есть. Он воин, Ида. И правитель от бога, понимаешь? Он это умеет как мало кто другой и ему это нужно! Сама знаешь, что так и не случившаяся сейчас на берегу бойня между Ахельной и Эрависсой – его заслуга. Ваши наемники только его до сих пор и признают за начальство, хотя привел их туда Искелан. И точно не просто так привел – заплачено наверняка было не мало, а обещано еще больше.

– И что? Думаешь в Ахельне у него… У нас этого будет недостаточно?

– Не думаю. Но, думаю, масштаб окажется для него маловат. Ида, не нужно резать ему крылья и сажать на цепь возле твоей будки.

– Ольга! Ахельна не будка!

– Конечно, – примиряюще подняла она руки. – Вот только торчит черти где – на самых задах ваших здешних огородов. Кстати, а ты заметила, что Раск ни разу не назвался Раскилем из Ахельны? Всегда только из Инстреда.

Я притихла. Потому что не просто заметила, но уже и сама не раз об этом думала. И Ольга, оценив такую покладистость, продолжила: