"Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Дубина Родион "Дарки" - Страница 1069

— Идём, забудь про этих неудачников, — тихо, прошептала Гала, — а то уже все внимание обратили.

— Уважаемые посетители Оазиса, я приношу извинения за наш скандал, — громко произнёс я так, чтобы слышал весь зал, — в качестве компенсации, вы можете заказать по бутылке любого напитка и любое блюдо, — уже тише добавил охраннику, — я завтра до обеда зайду оплатить, если вы не против.

— Пойдёт, — ответил он и повернувшись к, растерявшему всю свою прыть, агрессору, — выпей и закуси, а завтра решишь, нужно ли тебе это.

Забыв о дурачке, который сам себя унизил, сразу как вышли из заведения, мы направились ко мне домой, беседуя о всякой фигне из прошлой жизни, медленно прогуливаясь под уже привычным чужим небом. Она даже поведала мне историю своего попадания в этот мир, которая оказалась трагичнее моей. Когда в их городе люди стали сходить с ума, отец посадил её и младшую сестру с матерью в минивэн, рванув при этом из города. Им сказочно повезло и они не нарвались на тварей, но очень быстро потерялись, попав в совершенно не понятные места. Пометавшись по окрестностям и натыкаясь лишь на разрушенные города с останками людей, они спрятались в лесу, остановившись там на ночлег.

Отцу стало плохо и он лег отдыхать, как и мать с сестрой, вскоре и она сама заснула. Проснулась она от того, что отец с чавканьем зубами рвет тело сестренки, а мать, впившись ей же в горло, с отвратительным чавканьем дожёвывала вырванный кусок. Ей стало очевидно, что родители тоже сошли с ума, как и весь их город, она бросилась к двухствольной винтовке, что лежала возле места, где прилег отец, и убила сначала его, потом мать. Самое страшное, что она не могла забыть, это тот взгляд, которым смотрела на нее мать перед тем, как пуля снесла ей голову. В нем не было ничего, ни страха, ни сожаления, только одна пустота.

В отличии от матери отец ожил, она тогда не знала, что дробью в спину убить пустыша не так-то просто, а именно ей было заряжено ружьё. Восставший родственник просто заурчал и вцепился ей в ногу, дополнительные патроны имелись, коробка с ними осталась в машине, но доползти до нее шансов не было, и она начала бить ожившего мертвеца прикладом по голове. Ей удалось вырваться и даже убежать, сломя голову, после чего спрятаться в непонятном помещении, которое она толком не запомнила. Там она и осталась лежать, истекая кровью, пока через день её там не нашли два рейдера, так она и попала в стаб, который они Рамштайном называли.

Полгода она там была вынуждена отрабатывать своё спасение и проживание единственным доступным для девушки способом, пока не решилась на побег. Дороги к нормальным стабам она не знала, лишь примерное направление, решив, что лучше уж быть сожранной тварями, чем так жить, под предлогом прогулки возле стаба, сбежала. По пути её подобрали стронги, которые вели за мурами наблюдение, сперва решив, что она одна из них, отправили на допрос, но поняв, что изловили беглянку, переправили в Бастион. Приютил её какой-то местный рейдер, дал кров, ничего не прося взамен, говорил, что она похожа на его внучку, хотя самому и тридцати на вид не было. Правда, жить полностью на готовом ей совесть не позволила, и она взяла на себя всю работу по дому и быту, неоднократно, отказываясь от помощи наемной силы, ну и сама начала тренироваться для того, чтобы иметь возможность отомстить мурам.

Через год он ушел в рейд с дальниками и не вернулся, факт его смерти был подтвержден членами его группы, а по оставленному завещанию все его имущество переходило к ней. Он жил тут давно и собирал жемчуг, чтобы купить белую, очень хотел спасти свою внучку, с которой он попал в этот мир, но так и не смог этого сделать. Оставшегося жемчуга ей хватает для спокойной жизни в стабе, тем более, что капитал у него был даже в Клине. Когда мы подошли к моему дому, возле двери переминался с ноги на ногу посыльный, с двумя внушительными авоськами, отказавшись от чаевых, он нас быстро покинул. До глубокой ночи мы сидели на маленькой террасе, потягивая виски и поглощая принесенную нам снедь.

Утром Гала покинула меня, опять отказавшись от того, чтобы я её проводил, такая особенность в ней меня немного раздражает, но это не самая худшая черта в девушке. Перекусив остатками вчерашнего банкета, убранными в холодильник, я окинул взглядом дом и решил, что, наверное, нужно озадачится домработницей, мне даже показалось, что я опять почуял спертый воздух как вчера, хотя и открыл окно. Одевшись, я направился в Оазис, чтобы рассчитаться по вчерашним долгам, заодно и позавтракать в Тихой Гавани, расположенной в двух шагах от него.

— Доброе утро, — поприветствовал я официанта, натиравшего бокалы за барной стойкой.

— И вам доброго, — развернулся он ко мне, — я так понимаю Шустряк?

— Да, тут за мной должок образовался, хотелось бы закрыть.

— Секунду, — он стал перелистывать страницы блокнота, — семь тысяч триста пять кредитов.

— Это что же за бухо тут назаказывали? — я аж присвистнул, протягивая ему карту.

— Очень дорогое и редкое, — ответил он, — проводя операцию.

Поблагодарив официанта, я зашел в Тихую гавань, заказав завтрак и сразу поинтересовавшись у бармена как мне увидеть Шатуна. Дородный мужик, сидевший на высоком трехногом стуле, сказал мне, что сейчас они с группой на полигоне и раньше обеда вернуться не должны. Ну что же, решил я, есть у меня и другие планы. Дел намеченных на сегодня было много и ближайшим местом для меня была оружейке, где работал парень, которому так приглянулся мой слонобой.

Я неспешно прогулялся, миновав несколько перекрестков, вдыхая еще не пыльный воздух раннего утра, с асфальтом в стабе была беда, имелись конечно улицы, выложенные камнем, но их было немного, из-за чего под ногами, почти везде, была неприкрытая земля или в лучшем случае каменное крошево. До оружейного магазинчика я добрался быстро, за прилавком все тот же парень чистил ствол неизвестного мне вида, хотя я и не стремился особенно разбираться в оружии, но делать это в местных реалиях мне все же нужно.

— Приветствую тебя, Шустряк, — как всегда добродушно отреагировал парень, когда я зашел внутрь.

— И тебе здравствовать, я погляжу, клиентура твоя еще спит?

— Спит конечно, — подтвердил он.

— А сам зачем тогда в такую рань магазин открываешь?

— Кто рано встает, тому элитник во сне хрен не откусит, — пошутил он, вглядываясь в отверстие ствола, и опять принялся его начищать.

— Чей-то? — спросил я, указав на разобранное оружие.

— Угу, — подтвердил он, — на днях муров, севернее у черноты, постреляли, много оружия сдали, в том числе и пару таких.

— Что за ствол?

— Не помню, я тебе показывал, что местные предпочитают или нет?

— Не припомню, но ты много чего предлагал…

— Стволы эти местные кличут шакалами, вообще маркируются они ШАК-12, в другой реальности АШ-12, и уж очень редко, такие обычно из берегового таскают, кличутся просто КАШ, в общем, у военных во всех реальностях с воображением одинаково плохо. Но те, что Шатун со своей командой тащит, именно ШАК-12, так к ним и прилипло. Калибр тоже от реальности к реальности прыгает, но не сильно, местные все под двенадцать и семь на пятьдесят пять миллиметров, а вот из берегового притаскивали и более странные варианты. Там вообще где-то нашли кластер с оружием, но как будто кто-то поигрался с калибрами, все через зад, вот и КАШ их с калибром двенадцать и два на шестьдесят пять только у них и ходит. В наших местах под него и цинка патронов нет, только через ксера заказывать, а за такой эксклюзив, сам понимаешь, и цена соответствующая.

— Интересно, я слышал, что за Колизеем наши калибры вообще не входу, больше американское?

— Есть такое, — подтвердил он, — но уних там и нашего достаточно, правда все под АК-74, и вообще, под калибр пятерки, не то, что у нас тут разброд и шатание.

— Так, чем ствол то хорош? — спросил я, когда парень уже приступил к сборке.

— Короткий, удобный, убойный, — перечислил он мне достоинства и лязгнул, устанавливая последнюю деталь на место, после чего придвинул по ветрине оружие ко мне, а сам принялся оттирать руки тряпкой, смоченной в жидкости, по вони даже хуже, чем бензин. — Вот твой чего может, кусача снять гарантированно и все?