Два дня в апреле - Мини Роушин - Страница 43

Алекс так ни разу и не появился в их магазине. Наверняка Филлис полагает, что это Изабель запретила ему. Её собственный муж по имени Рон навещает их каждый день. И вечно получает какие-то поручения от Филлис. Рон — высокий жизнерадостный мужчина, обросший рыжей щетиной, которая гораздо гуще и пышнее его волос на голове. Объёмный живот однозначно указывает на то, что всем здоровым продуктам питания, которыми торгует его жена, он предпочитает пинту хорошего пива.

Утро между тем идёт своим чередом. Изабель отпустила покупательнице пакетик кориандра, другая взяла немного проросшего зерна. Кому-то понадобились стручки ванили, льняное семя и овсяные отруби. Кто-то заглянул в поисках гомеопатических препаратов и эссенций различных масел. Женщина, покупавшая гель из алое вера и бутылку яблочного уксуса, выразила своё восхищение оранжевым платьем Изабель.

— Вам так идёт этот цвет! — восклицает она с искренним восхищением в голосе.

Филлис снова появляется в магазине без одной минуты час.

— Ну и холодина на улице! — докладывает она, стягивая с рук перчатки. — И скоро наверняка пойдёт дождь.

Изабель поспешно набрасывает на себя пальто, повязывает вокруг шеи ярко-голубой шарф, берёт под мышку сумочку.

— Всё! Я побежала! До понедельника!

Филлис уже на ходу вручает ей конверт с жалованьем за минувшую неделю и желает хороших выходных.

На выходе из магазина Изабель замечает небольшую ярко-синюю машинку, украшенную белоснежными лентами. Водитель весело сигналит, проезжая мимо. Взгляд выхватывает улыбающуюся невесту, устроившуюся на заднем сиденье. На какую-то долю секунды их глаза встречаются.

«Будь счастлива!» — мысленно желает ей Изабель.

Изабель припарковывает машину в тихом переулочке и пешком устремляется к парикмахерской, до которой ещё нужно пробежать полквартала. Её стилист уже наготове. Ждёт её.

— Пожалуйста, поаккуратнее с моим макияжем сегодня, ладно? У меня запланирована на ленч очень важная встреча. Самое настоящее лирическое свидание!

Парень весело смеётся в ответ. Он не сомневается, что речь идёт о лирическом свидании с мужем. Своему мастеру она вполне доверяет, могла бы рассказать всё как есть. Он и сам обожает всяческие любовные интрижки. К тому же не знает Алекса. Но нет! Делиться с ним она не станет. Всё же есть вещи, которые лучше держать при себе.

— Пожалуй, вот здесь надо немного подровнять, а потом обработать кондиционером, — командует она стилисту.

Её стрижка вовсе не нуждается ни в каких доработках. Она ведь стриглась у него всего лишь три недели тому назад. Но визиты в парикмахерскую всегда доставляют ей такое удовольствие. От одного вида ножниц в руках своего мастера у Изабель моментально поднимается настроение. А ей сегодня нужно быть в хорошем настроении, особенно когда она переступит порог «Стефано». Вот что делает возраст с женщиной! Лишает её уверенности в том, что она и так хороша, без всяких там дополнительных ухищрений.

— В следующий раз придёте стричься уже летом, — роняет мастер, набрасывая на неё пелерину. — Планируете устроить себе каникулы в этом году?

Она с трудом сдерживает улыбку. Вопрос прямо в яблочко!

— Пока ещё не решила! Вдруг надумаю, да и сбегу куда-нибудь.

Он улыбается.

— Звучит загадочно. Ну, да вы у нас — тёмная лошадка!

«Ещё какая тёмная, — мысленно соглашается она с ним. — Ты и представить себе не можешь, насколько я тёмная».

Изабель лениво листает какой-то глянцевый журнал и потягивает мятный чай. Ей всегда приносят чай из перечной мяты, и она выпивает чашечку, пока стилист управляется с её волосами, отщипывая по миллиметру с каждого кончика. Она разглядывает фотографии ошеломляюще прекрасных селебритиз, запечатлённых папарацци на своих шикарных виллах в изысканных дизайнерских интерьерах. Как правило, все они позируют вместе с такими же импозантными и ухоженными мужьями или, на худой конец, с одной или двумя породистыми собачками. «Интересно, счастливы ли все эти женщины? — задаётся мысленным вопросом Изабель. — И неужели никто из них не мечтает о том, чтобы убежать куда глаза глядят из своего шикарного дома?»

Поначалу они с Джеком тоже были счастливы. Изабель только-только исполнился двадцать один год. В качестве подарка на день рождения родители преподнесли ей оплаченный сертификат на посещение курсов по вождению. Джек был чуть старше её, очень милый, приятный молодой человек и бесконечно терпеливый инструктор. Он всегда строго в назначенное время подъезжал к её дому и забирал на очередное занятие. Был исключительно внимателен и любезен в процессе обучения, но не подал и виду, что девушка ему уже приглянулась. Такое несколько странное поведение озадачило Изабель. Она уже успела привыкнуть к тому, что мужчины немедленно проявляют к ней интерес и начинают оказывать всяческие знаки внимания буквально с первой встречи. Невозмутимость инструктора лишь раззадорила её.

Но вот наконец позади остался и последний урок. Их последнее совместное занятие по вождению. Джек, как обычно, отвёз её после занятия домой, и, когда она уже стояла на крыльце и открывала входную дверь, он вдруг сказал:

— Скажите, можно мне будет пригласить вас когда-нибудь на ужин?

И в тот момент Изабель поняла, что в глубине души дождаться не могла, когда он пригласит её хоть куда-нибудь. И они стали встречаться. Это было очень хорошее время. Джек ухаживал за ней красиво, был щедр и предусмотрителен, угадывая её малейшие желания. Она была счастлива, а потому решила, что встретила именно своего мужчину.

Родители тоже были от Джека без ума. Их счастье, когда они узнали, что он сделал предложение дочери, было просто неописуемым.

— Это именно тот мужчина, который тебе нужен! — решительно заявила ей мать. — О лучшем муже для тебя я и мечтать не могла.

Наверное, последние слова матери должны были бы её насторожить, но Изабель, закусив удила, ринулась вперёд. И выскочила замуж за Джека.

Но ведь она же была так молода! Всего лишь двадцать один год. К тому же её самолюбию льстило, что она первой среди подружек обзавелась мужем. А Джек Кэрролл был не просто мужем, а, можно сказать, образцово-показательным мужем.

И какое-то время всё у них шло хорошо и даже прекрасно. Он любил её, она любила его. Во всяком случае, так ей казалось. Да и за что его было не любить? Джек был так мил, так услужлив во всем. Но где-то года полтора спустя что-то стало неуловимо меняться в их семейных отношениях. Изабель заметила, что её начали раздражать в муже многие мелочи: то, как он, к примеру, орудует щёткой, когда чистит зубы, как растирает вилкой на тарелке картошку, прежде чем отправить её в рот, как всякий раз, громко рыгнув, произносит на французский манер «экскьюзе муа».

Все те качества, которые так нравились ей в нём раньше, когда он обучал её технике вождения (терпеливость, пунктуальность, вежливость), — всё это тоже вызывало в ней сейчас лишь раздражение. И непреодолимое желание сделать ему что-то наперекор. От одного его присутствия в доме хотелось взвыть.

Но ругаться с ним, начинать выяснять отношения было бесполезно.

— Что ты за брюки на себя напялил? — говорила она ему. — Такие только столетние деды носят!

Он смотрел на неё с недоумением, в его глазах читалась обида, но Джек молча шёл в другую комнату и надевал другие брюки. И это вместо того, чтобы бросить в ответ тоже что-то обидное. Дескать, не твоего ума дела, что я надел. Или: что хочу, то и ношу. Нет, определённо, его покладистость была невыносима!

Хотя физическая близость с мужем всё еще приносила Изабель удовольствие. Их совместные ночи… они по-прежнему волновали её. Да, Джек был немного предсказуем, но всегда так нежен, так внимателен и, конечно, беспрекословно подчинялся всем её приказам. Словом, ночи хоть как-то скрашивали её дневное существование. А потом она забеременела.

Разумеется, они не раз и не два обсуждали эту тему. Изабель хотела повременить с ребёнком, говорила, что ещё не готова стать матерью. Ведь она ещё так молода и впереди у них куча времени. В свою очередь, Джек мечтал о ребёнке с самого начала, но, уступая её желаниям, согласился повременить два года. Всё это время она очень умело предохранялась и следила за тем, чтобы не залететь. Но вот прошли два года, и однажды после какой-то вечеринки, сопровождавшейся парой бокалов чего-то там, она забыла об осторожности и очень скоро поняла, что всё! Время упущено! Дафния уже готовится появиться на свет.