"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Катлас Эдуард - Страница 1072

– Без идей. – Я задумчиво погрыз ноготь. – И какое объяснение кажется тебе наиболее вероятным?

– Нет объяснений. Для команды хуже. Для тебя хуже. Бессмысленно.

– А если рассматривать происходящее с точки зрения моего индивидуального роста? Опыт там…

Кэлеон по-земному покачал головой. У радориан нет жестов как таковых, только мимика, и движение Кэла выглядело непривычно.

– Считал. Ситуации схожие. Большой разницы нет. Через семнадцать минут, – в голосе Кэлеона проскользнула ирония, – у тебя тренировка. Интересная?

– Мне нравится.

– А смысла в ней не больше, чем в утренней перестановке. У нас нет аналогов ферий. Это не оружие – игрушка. Ты тратишь на ее изучение много времени. Зачем?

– Кэл, ты не хуже меня знаешь, программу тренинга не выбирают.

Кэлеон совсем по-человечески вздохнул.

– Ты снова не понял. В программу всегда включают несколько базовых курсов. Потом добавляют курсы, связанные со специализацией. Если есть задатки, которые стоит развить, в программу могут вставить спецзанятия. Редкий случай. Обычно по таким задаткам и выбирают специализацию. А какой смысл в том, чем занимаешься ты? Воин из тебя слабый. Можно найти лучшую кандидатуру. Бои на фериях? Не понимаю. И ты не с имитатором работаешь. Тебе с Элии привезли мастера. Ты можешь ему противостоять?

– В скафе смог бы. Наверное. Мы, увы, деремся без скафов. А при таком раскладе сам знаешь, чего я стою.

Последнюю фразу произношу с ехидцей. Откровенность Кэлеона меня все-таки задела. И ведь прав он, по большому счету. А все равно неприятно.

– Вывод-то из этого всего какой? А? Как видит ситуацию мудрый радорианин?

– Не знаю. Суета с тобой напоминает игру. Ты растешь, но медленнее, чем остальные. Единственная твоя особенность: ты можешь подключаться к скафу, хотя и телепат. И еще есть нечто, не видимое никем, кроме Корректоров. Поэтому они катают тебя по космосу и дают поиграть в войну. Чтобы не скучал. А чтоб не сильно мешал остальным, устраивают занятия по ферии.

Кэлеон сделал паузу.

– Землян много?

– Больше шести миллиардов.

– А взяли одного тебя. Именно тебя. Почему?

– О логике Корректоров я знаю уж точно меньше твоего. Кстати, мне пора. Игры зовут.

Я встал и отвесил полупоклон.

– Спасибо за содержательную беседу. Буду думать.

Я шагнул к выходу и услышал позади тихий голос Кэла:

– О логике Корректоров я не знаю ничего.

Я обернулся и заговорщически ему подмигнул.

– Приятно слышать, что хоть в чем-то мы на равных.

До тренировки оставалось минут десять, а мне надо было прийти в себя. Поэтому вместо того, чтобы просто сесть в лифт и проехать пару этажей, я решил сделать небольшой крюк. Станция большая, обитателей немного, и бродить по коридорам одно удовольствие. Тем более что даже среди цивилизованных инопланетян немногим доводилось побывать здесь, на перекрестке миров.

Станция мне нравилась. Она подтверждала мысль о том, что людям в галактические сообщества вступать рано. На ней не было бардака, никто ни в кого не стрелял, не торговал и не рисовал на стенах. Словом, от интеррасовой космобазы из любимого в детстве телесериала она отличалась коренным образом.

Я подошел к терминалу, вывел план уровня и быстренько наметил маршрут. Сперва прямо, потом налево.

Мягкий, пружинящий пол. Желто-зеленые стены покрыты росписью, изменяющейся в зависимости от угла зрения. Элианский сектор. На самом деле и цвет стен, и рисунок на них отличны от тех, что вижу я. Там более сотни полутонов, изображения объемны и детализированы. Просто различить это с моим зрением трудно. А постичь смысл и подавно: картинки рассчитаны на восприятие элиан.

Стены становятся бесцветными. Не сразу, на протяжении нескольких метров. Дальше территория нейтрального сектора.

Разбивка на сектора достаточна условна. Просто здесь живут одни, там – другие, и никаких особых прав и привилегий в своих секторах никто не имеет. В чужом доме все гости равны. А дом и вправду чужой.

Разговор с Кэлеоном выбил меня из колеи. Я радорианину не верил. По крайней мере когда он говорил о собственном непонимании. Уж идей и версий у него наверняка куча. Хотя вполне допускаю, что в чем-то он сомневался. Удивила меня простая мысль, высказанная Кэлеоном в конце разговора. Задумываться о том, почему здесь я, а не мой сосед по лестничной площадке, уже приходилось. Версии были, многочисленные и бездоказательные, и я решил отложить проработку этого вопроса до лучших времен.

Кэлеон поставил вопрос иначе. Так сказать, расширил и углубил. Почему выбрали только меня? Почему я здесь один?

Я остановился на площадке, вызвал лифт и в ожидании потеребил мочку уха. Где б найти ментата?..

Лифт прибыл секунды через три. Видать, шел с нижнего уровня. Я шагнул в тесную полупрозрачную кабинку. Вот еще одна загадка: все уровни и сектора доступны. Согласно схеме, никаких скрытых помещений на станции нет. Пустот нет, все расстояния сходятся. Вопрос: где живут Корректоры? Или хозяева, построившие станцию, отдали ее гостям?

С Корректорами вообще ничего не ясно. Все знают, что существует некая сверхраса. Ее деятельность носит вполне материальный характер. Остальные цивилизации на эту сверхрасу завязаны, поскольку строить системы межпространственной навигации не умеют. Казалось бы, как можно при таком раскладе ничего об этой сверхрасе не знать? Оказывается, можно.

Лифт остановился. Я бросил взгляд на экранчик уникома. До занятия еще четыре минуты. Спешить некуда.

Итак, рассуждаем дальше. Напрочь законспирированная, почти всемогущая цивилизация заинтересовалась человеком с планеты Земля. Кстати, кроме них, о местоположении Земли никто не осведомлен.

Эти полубоги выдергивают с планеты одного из жителей. Причем только одного. Пусть даже этот один очень умный и талантливый… Нет, ерунда. Не в уме дело. Умных и талантливых здесь полгалактики, и с радорианином я бы в шахматы играть не сел. Дело не в уме, не в сообразительности, силе или реакции. По этим параметрам мы плетемся в конце списка. Как и по остальным. Утешает одно – это закономерно. Элиане нас на несколько тысячелетий старше. У радориан генетические модификации – нормальная практика. А мы – раса молодая, неразвитая… с огромным потенциалом и большим будущим. М-да, но проблему моего выбора это не снимает. Будущее будущим, а я нахожусь здесь и сейчас. И особых перспектив что-то пока не просматривается.

Что еще говорил Кэлеон? Ах да, я единственный во Вселенной телепат, способный работать со скафом…

На самом деле скафы скафами не являются. Так прозвал их я. То есть заменять скафандр они могут, но это лишь следствие основных функций. Прозвал же я их так с горя, когда обнаружил, что в русском языке аналога правильному названию нет. Дело в том, что и на радорианском, и на языке Элии наряду с понятием «комбинезон» существует некий его аналог, на русский не переводимый. А уже от него образуется слово «иллулиар». Что-то вроде «мультифункциональный автономный комбинезон». Словосочетание длинное и совершенно не военное. В отличие от «скафа».

Так вот у этих иллулиаров-скафов есть одна особенность. Телепат не может войти с ними в контакт.

Сам по себе скаф – просто хороший боевой костюм. Броня, активная лазерная поверхность, связь, компьютеры и еще много чего. Но основная ценность не в этом. Существует так называемый эффект слияния, во время которого оператор способен работать с компьютером напрямую. При этом существенно возрастает скорость восприятия и обработки информации. Иногда компьютер даже контролирует мышечную деятельность. По первости жутковатое ощущение. Потом привыкаешь.

Удивительный факт. Казалось бы, если все решает компьютер, автономные боевые системы должны быть эффективнее. Ан нет. Сочетанию организм-компьютер они проигрывают. Немного, но проигрывают. Этот феномен я до сих пор не понимаю. Ну да бог с ним. В конце концов, он как-то кем-то объяснен. А вот то, что я, несмотря на телепатические способности, могу подключаться к компу скафа…