"Фантастика 2025-94". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - "Likitani" - Страница 1789

— Да, целители пока конечности отращивать не научились, — согласился лорд Порядка, натягивая перчатку обратно.

— Ты там осторожнее, — попросил на прощание Ксавьер. — Новую голову тебе не приделают даже ушедшие.

— Я постараюсь, — фальшиво пообещалА́льберт.

Лорд Дагье только хмыкнул, зная, как «старается» его бывший подчиненный, три года как возглавляющий дружественное ведомство.

Если Тайна разбирала магические преступления, то Порядок вел все остальные, которых, во-первых, совершалось неизмеримо больше, а во-вторых, в половине участвовали мехи — если не лично, то через свои хитросделанные изобретения. И Ксавьер на такое ни за какие коврижки не подписался бы. Уж лучше старая добрая магия, чем эти новомодные механизмы.

Приятель ушел, а раскрытая папка с личным делом Саймона Бертрана осталась лежать на столе.

Еще один молодой и горячий, хотя Ксавьер помнил, что сам был не лучше. Как там говорят про самые трудные первые сорок лет жизни мужчины, которые надо прожить до полного мозгового созревания?

Лорд вздохнул, закрыл папку и бросил на край стола — секретарь все поймет и уберет обратно в хранилище.

Хорошо, когда все хорошо заканчивается. Повезло. В этот раз повезло. Что Саймон, что Альберт, что Марьян — везунчики. Но очень бы хотелось, чтобы они все взялись уже за ум.

Особенно Альберт. Хотя именно на его здравомыслие Ксавьер рассчитывал меньше всего. Такого исправит только могила. Именно это и пугало.

Лорд Тайны накинул черный мундир — специально по такому случаю надел — и решил последовать совету друга: отправиться домой к жене. Раз уж Аль так «великодушно» ему «помог».

Марьян зашел в комнату и раскрыл объятия, в которые я тут же упала.

— Все хорошо? — с надеждой спросила я, всматриваясь в его лицо.

— Да, Ива, все хорошо. — Он улыбнулся и, подхватив меня, закружил по комнате.

Правда, недолго.

— Фух! — Мар опустил меня на пол и уткнулся носом в мою макушку. — Сейчас едем ко мне, а завтра — все остальное.

— К тебе? Думаешь, я не могу вернуться в домик смотрителя…

— Уверен, что можешь. Кстати, надо и Яну вестника отправить, он наверняка переживает.

— Тогда почему к тебе?

— Потому что я тебя больше не отпущу. И не спорь, пожалуйста. Сегодня поспишь в гостевой спальне, а завтра мы с тобой все обсудим. Сегодня уже сил ни на что не осталось, — признался Мар.

И я поняла, как он устал. Прошедшие два дня стали для Марьяна серьезным испытанием. Все споры и обсуждения действительно подождут.

Мы вышли из дворца, где у входа ожидал экипаж, за считаные минуты домчавший до его дома, в который я заходила уже вполне привычно. Марьян проводил меня до гостевой спальни, выдал свою рубашку за неимением другой одежды для сна, сдержанно попрощался и ушел.

Оставшись в одиночестве, я переоделась, испытывая неловкость от факта, где ночую и в чем. Но усталость брала свое, и я с облегчением легла в кровать, завернулась в одеяло и приготовилась уплыть в сладкий мир грез.

Но сон не шел. Я ворочалась с боку на бок, чувствуя дикую усталость, и все равно не могла уснуть.

Столько всего произошло, столько эмоций за короткое время! Переживания нахлынули с новой силой, и стоило закрыть глаза, как я вновь оказывалась на проклятом алтаре.

Нет, так нельзя.

Я рывком села, скинув одеяло. Я знала, что, вернее, кто спасет меня от кошмаров. Осталось набраться храбрости и заявиться к нему.

Боясь, что, если начну сомневаться и раздумывать, вся решимость испарится, я подхватила подушку и одеяло и направилась в спальню Марьяна.

Даже стеснять его не буду, устроюсь на кушетке.

— Ива? — Мар, судя по голосу, уже задремал, когда я осторожно открыла дверь.

— Извини, пожалуйста, не получается заснуть одной, — прошептала я, на цыпочках прокрадываясь к кушетке. — Я здесь лягу, ты не против?

— Против.

Я замерла на полушаге, готовясь развернуться и уйти.

— Иди сюда, я подвинусь. — Марьян действительно сдвигался к другому краю.

— Но…

— Ты обещала не спорить, — напомнил Мар.

И я легла в его кровать, да еще забравшись к нему под одеяло и сразу угодив в теплые объятия. Можно было посопротивляться, отодвинуться, попытаться сохранить хотя бы какую-то видимость приличий…

Но ушедшие с приличиями, мне уже поздно о них думать. Зато все плохое мигом отступило, и я сама не заметила, как уснула. Крепко и без сновидений.

Когда проснулась утром, Марьяна уже не было. На спинке кушетки висело мое вчерашнее платье, выданное во дворце, напоминая о том, что все случившееся мне не привиделось. Хотя самые страшные воспоминания уже подернулись дымкой, сгладившись и утратив прежнюю остроту.

Одевшись и немного приведя себя в порядок в примыкающей ванной комнате, я вышла и почти сразу заметила выглянувшего из кабинета Марьяна.

— Доброе утро, — приветливо улыбнулся он. — Сейчас пойдем завтракать.

— А ты еще не ел? — За окном утро явно переходило в день.

— Кофе выпил и ждал тебя. — Марьян подошел и взял меня за руку, заглянув в глаза. — Как спалось?

Я сразу вспыхнула, вспомнив, как вломилась к нему в спальню. В ночи это казалось отличным решением, а при свете дня уже не очень.

Мар рассмеялся и повел меня в столовую, где было накрыто и еда сохранялась в стазисе. Только теперь я осознала, что просто зверски голодна. За три дня я ни разу толком не поела. Брат не счел нужным покормить меня перед ритуалом, по возвращении были только закуски во дворце, и это — первый нормальный прием пищи. Поэтому смела все, что лежало на тарелке, запив крепким кофе.

— Как ты? — спросил Марьян, внимательно наблюдавший за мной.

— Ты не поверишь — отлично! Хотя все равно не могу до конца осознать, что можно больше не бояться ни себя, ни брата, ни кого-то еще. Я столько с этим жила, что не получается сразу перестроиться.

— Со временем осознаешь, — улыбнулся Мар. — Значит, ты хочешь вернуться в зоопарк работать?

— Если Ян примет меня обратно…

Вот уж с кем мне предстояло объясняться.

— Не сомневаюсь, что он не откажется.

— Только ты ему ничего не говори и не дави, — попросила я. — Мне бы хотелось, чтобы Ян точно сам принял решение.

— Не собираюсь я на него давить, — усмехнулся Марьян. — Была бы моя воля, я бы тебя никуда не отпустил, запер бы в том имении рядом с Реем — он как никто обеспечивает безопасность, уж поверь.

Я вспомнила странного мужчину с белыми волосами, белесыми глазами и… даже не знаю, но почему-то не получалось назвать его человеком. Чувствовалось в нем что-то совсем иное и чуждое.

— Но я понимаю, что это было бы жестоко, — вздохнул Марьян, накрывая мою ладонь своей. — Поэтому, если хочешь работать в зоопарке — работай. Но есть вопрос, который мне хочется решить сейчас.

Он плавно встал со стула и опустился на одно колено.

— Ты станешь моей женой?

Я сглотнула, не в силах сказать ни да ни нет. Отказаться не позволяли чувства. Согласиться — разум.

Марьян ждал.

— Мы знакомы всего ничего, — начала я придумывать причины.

— У нас вся жизнь впереди, чтобы узнать друг друга.

— У меня фальшивые документы…

— Мы сделаем такие же, только настоящие.

— Марьян, я не уверена…

— Я люблю тебя, — не стал он дослушивать очередную причину для отказа. — Там, на алтаре, когда едва не потерял тебя, а потом у Рея… я был на волосок от срыва. Я не могу и не хочу без тебя жить.

На глаза навернулись слезы. Ну как тут отказаться?

— И я тебя люблю. — Я сглотнула и вытерла выступившие слезы.

— Значит — да?

Ком стоял в горле, и мне казалось — стоит открыть рот, как тут же разрыдаюсь. Поэтому только кивнула, часто-часто моргая.

Марьян встал, потянув меня за собой, и крепко обнял.

— Ты не пожалеешь, — шепнул он.

Мы вместе зашли в зоопарк, и меня охватило страшное волнение. Ладони вспотели, сердце стучало гулко и быстро.

Да я встречи с королем так не боялась!