"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 1715

— Не расстраивайся, кадет, — снова угадал мои мысли шеф. — Не везёт в любви — повезёт в смертельной битве.

— Она чётки забрала, — пожаловался я.

— Вернём, — пообещал Алекс. — Чтобы драконий жемчуг сработал — его подарить нужно, и чтобы непременно от чистого сердца. Так что покража ведьме бочком вылезет… А я дурак.

— Почему?

— Встретил старую знакомую, расчувствовался… Вспомнил молодость лихую. А лицензию у Настасьи спросить забыл. Как корова языком.

— Ладно, отцы, что делать-то будем? — Владимир нервно огляделся и поёжился. Рука его, лишенная молота, смотрелась неприлично голой.

— Их слишком много, — тихо сказал Алекс. — И они очень сильны. Детский лагерь, затопленный город — всё их наманекюренных ручек дело. Нас отвлечь хотели…

— А Лихо-то, поди, они и разбудили, — подал голос Чумарь. — Если считать по убийствам монахов, они тут уже два года, как окопамшись. Книгу добыть хотели.

— И самое главное, где их теперь искать? — Владимир задумчиво попинал пучок жухлой истоптанной травы. От ботинка взметнулась облачком пыль. Красная, как плетения над головами у танцующих.

— Шеф, — я глянул поверх хоровода. Плетения красных нитей сливались, соединялись в единое кружево, как бы заплетая людей в свою сеть. — Шеф, вы тоже это видите?

Судя по глазам Алекса — да. Видел. Стало быть, гипотеза о том, что это мои личные пьяные глюки, отпадает.

Расширенными глазами шеф смотрел на хоровод, на высокий крест, на дома по другую сторону от костровища…

— И что это значит? — спросил Владимир.

— Они всё ещё здесь, — ответил Алекс, глядя на череп.

Глава 20

— Ты серьёзно? — спросил Владимир, но тут же кивнул. — Да, похоже, ты прав… Интересно, почему мы только сейчас обо всём допетрили?

— Потому что они хотели выиграть время, — Алекс казался уже совсем трезвым, сосредоточенным. — Для этого нас заманили в петлю… Да они наш собственный терем ловушкой сделали! Главное правило в общении с ведьмами какое? — кажется, он спрашивал у нас с Чумарём, но мы лишь дружно пожали плечами. — Не приглашать в свой дом и не брать еду из их рук. А мы дураки.

— Простите, — повинился я. — Я не знал…

— Я сам виноват, — махнул рукой Алекс. — Привёл тебя в избушку на курьих ножках, да ещё и слушать ведьму заставил… Давно, давно они это готовили.

— На то, чтобы пробудить Рогатого, много энергии надо, — с сомнением произнёс Владимир, отвлекая нас с шефом от самобичевания. — Где они её возьмут?

— А ты что, ещё не понял? — Алекс кивнул на хоровод, который вращался с бешеной силой. То и дело из цепи вылетали люди и без сил падали на землю. Но хоровод смыкался, и продолжал своё кружение.

Череп на кресте горел всё ярче.

— Они не посмеют, — потряс головой московский дознаватель. — Принести в жертву столько народу — этого им никто не попустит. — Людские жертвоприношения запрещены Советом…

— Да плюнь ты уже на Совет, Володенька, — махнул рукой Алекс. — Сам подумай: где сейчас мы, а где они… С Рогатым, боюсь, даже Скопин-Шуйский не справится. В одиночку, конечно. Ведьмы правильно всё рассчитали. И тщательно подготовили. Они не могут проиграть.

— Поэтому они нас не трогают? — спросил Чумарь.

Правильный вопрос. Я и сам думал: мы находимся в эпицентре их колдовства. Можем помешать, сделать так, что всё рухнет. Почему они нас не трогают?

— Потому что они забрали нашу силу, — с нажимом сказал Алекс. — «Бойся Данайцев, дары приносящих». Вергилий. Энеида.

— Мы вкушали их пищу, — мрачно подтвердил Владимир. — Мы пили из их рук. И теперь мы им не страшны. Они смеются над нами.

— И что, вы вот так сдадитесь? — удивился Чумарь. — Дядя Вова! Дядя Саша!.. Да вы чего?..

— А ты попробуй что-нибудь сделать, — ядовито посоветовал Алекс. — Попробуй остановить хоровод.

Чумарь прищурился, критически изучая оставшихся в хороводе людей. Вокруг, словно оборванные лепестки, вповалку лежали те, кто выбыл.

Рэпер скинул куртку и рубаху, оставшись только в штанах. Деятельно потёр руки…

— Так что, дядь Вов, дозволяете? Всё, что угодно?

— Развлекайся, — разрешил московский дознаватель. — Снимешь плетения — хоть людей выведем из-под удара.

Чумарь вышел вперёд, упёрся покрепче ногами в землю, и заговорил. Слов, как всегда, было не разобрать. Но зато я увидел, как из его рта потянулась синяя цепочка. Как змея, вплелась она в красные ведьминские заклятья, и стала их рвать на кусочки.

Падая на землю, они походили на обломки раскалённой цепи, которая прожигала траву.

— Смотри-ка, — удивился Алекс. — Могёт твой ученичок!

Татуировки на спине, на шее, на черепе Чумаря пришли в движение. Они ожили, потекли, превращаясь в знаки неизвестного мне рунического письма. И от каждой руны, сплетаясь с синей цепью, потянулись свои цепочки…

Татухи — его предмет силы! — с восторгом подумал я. — Гениально! У меня украли чётки, у Владимира обманом выманили молот, у Алекса — револьвер… А набитые на коже руны можно снять только с самой кожей.

От этих мыслей я почувствовал прилив сил. Вспомнил, о чём говорила Алевтина и сложил пальцы в мудру. В середине живота зародилось приятное жжение. Оно собралось в ком, выбралось наружу и устремилось к цепи Чумаря. Соединилось с ним и цепь окрепла раза в два. Красные ведьмины плетения начали рваться гораздо быстрее. Хоровод замедлил свой бег, усталые запыханные люди недоумённо оглядывались, старались вырвать руки из хватки соседей, спотыкались, нарушая стройный ритм…

— А дайте-ка и я попробую!

Рядом с нами встал Алекс.

— Сергеич, ты это… Поаккуратней, — неуверенно предупредил Владимир.

— Поздно, Володенька, — отмахнулся шеф. Встал в классическую позу декламатора — одна рука прижата к груди, другая отведена в сторону. Нога отставлена для равновесия. И начал:

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире

Мой прах переживёт и тленья убежит

И славен буду я, доколь в подлунном мире

Жив будет хоть один пиит…

Плетения ведьм начали вспыхивать прямо в воздухе, не долетая до земли. Круг распался. Но от каждого человека к черепу всё ещё тянулась тонкая красная нить.

Мы

разносчики новой веры,

красоте задающие железный тон

Чтоб природами хилыми не сквернили скверы

в небеса шарахаем железобетон

Чеканные Владимирские рифмы ни с чем нельзя было спутать!

Победители,

шествуем по свету

Сквозь рёв стариков злючий…

Плетения ведьм вспыхнули в последний раз и погасли. Череп вновь стал мёртвой желтоватой костью. Люди вповалку повалились на вытоптанную траву. Отовсюду неслись стоны, тихие жалобы и плачь.

Ведьмы затанцевали бы людей до смерти, — подумал я. — А вся сила ушла бы в череп…

Стало необыкновенно тихо. Потемнело: в небе начали скапливаться тучи. Они наслаивались на солнце и медленно закручивались против часовой стрелки. Гигантская воронка раскрывалась точно над нашей поляной.

Ничего ещё не кончено, — я сделал глубокий вдох. — Но теперь ведьмы знают, на что мы способны…

Из глубины леса послышалась нежная мелодия. Кто-то играл на дудочке. Звуки были такими чистыми, что хотелось плакать.

На опушке показалась процессия: впереди — девушка в короне из живых цветов, в простой белой рубахе до пят, босая. На шее у девушки каплями крови сверкали красные бусы.

Лица её видно не было: его закрывала белая фата. Как у невесты, — подумал я.

За девушкой шел некто в чёрном плаще. По походке — явно мужчина. И всё бы хорошо, кабы не оленья голова на плечах…

— Рогатый! — прошептал Чумарь. — Дядя Вова! Это что ж делается-то, а?.. Интересно, рога настоящие, или как?

— Скоро узнаем, — мрачно пообещал Алекс.

За мужиком с оленьей головой шло десятка три женщин. В простых, похожих на ночнушки, белых платьях. Волосы распущены, в руках — еловые ветки.

Здесь были все: Настасья, Алевтина, черноглазая навка — теперь уже без всяких лент, с вьющимися волосами ниже колен.