"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 1424

— Приношу свои извинения, экселенц.

Больше не слушая паренька, Александр опустился перед испуганной Линой на колено и протянуло руку к мочке ее уха.

— Хмм… Как интересно. И что нам с тобой делать? Впрочем, это вопрос риторический, Марии я тебя все равно не отдам. Как-нибудь и без ученых разберемся.

Принцесса Виктория никогда не планировала становиться императрицей. Но Всесветлый распорядился иначе. Она оказалась единственной дочерью императора, а в условиях поднятого дядей мятежа еще и единственным законным наследником трона Империи. День когда умирающий отец призвал ее во дворец и в присутствии всех значимых людей страны назвал ее будущей императрицей навсегда останется в памяти принцессы.

Бледный, почти сравнимый по цвету с простыней на которой он лежал, покрытый потом, что казалось не сочился, а буквально вытекал из его пор, император тем не менее производил впечатление не жалкое, а величественное. Его глаза казалось горели огнем непоколебимого величия и силы, а речь была наполнена спокойствием и мощью. Правда, говорить отец старался мало и редко. Но этого хватило, чтобы сказать главное. И придворные склонили колени и присягнули ей. Все. Даже те кто не хотел.

Последних принцесса Виктория запомнила поименно.

Первым номером в это списке значилось имя императрицы Анны, матери Виктории.

— Мощь Светлой Церкви невообразима, дочь, — упомянутая императрица стояла рядом с принцессой Викторией и вместе с ней смотрела в окно выходящее в сад, — Все сущее, вся эта красота создана Всесветлым. Лишь он один достоин носить имя бога и быть пастырем нашим. И лишь светлые…

— К чему этот разговор, матушка? — Виктория не была дурочкой и прекрасно понимала куда клонит Анна, но было желательно услышать это из ее уст.

Очень многое можно будет сказать по тому, кого именно сейчас станет очернять в глазах дочери императрица и против кого она будет науськивать принцессу. За кого она будет просить было известно заранее. К счастью это или к горю — Виктория пока не знала.

— Проклятый архимаг Роз, Вики. Он навещал тебя. Что именно эта падаль говорила тебе наедине?

— Зачем вам знать это, матушка?

— Его слова полны яда, Вики. Этот элурец давно разучился говорить правду. Ты же еще слишком юна, чтобы научиться видеть это. Пастор…

— Довольно!

— Я хочу тебе самого лучшего, Вики! Светлые отцы…

— Довольно. С советами и советниками я разберусь сама.

— Так, значит, ты заговорила? — разозлилась императрица, — Гордыня — грех, Вики. Не совершай этой ошибки. Покайся и Всесветлый….

— Вам пора, матушка.

Императрица удалилась молча, не устраивая истерик и скандалов. Да и нужды в этом не было. Виктория знала, что девять из десяти людей, что ныне окружают ее, служат не ей, а матери. Так что у императрицы не было нужды повышать на дочь голос, она могла добиться своего тихо.

К чести матушки нужно было сказать, что после казни дяди и назначения Виктории наследницей престола, императрица Анна была далеко не первой посетительницей принцессы.

За сегодняшний день во дворце успели побывать все значимые люди империи. Все кроме архимага Роза. С ним Виктория говорила ДО. И похоже именно этот разговор и пугал всех больше всего. По крайней мере про хитрую и лживую натуру архимага Виктория слышала сегодня далеко не впервые. Как и про его элурское происхождение.

Забавно, но все прошедшие годы ее жизни она про это даже не слышала, а сегодня уже десяток людей упомянули при принцессе, что Роз элурец. Только отец и сказал ей, что Розу можно верить… если у тебя есть кинжал приставленный к его шее.

В том, что у нее будет такой кинжал Виктория сомневалась. Как сомневалась и в том, нужен ли ей трон, обладание которым несет в себе так много проблем. Может быть стоит все отменить? Может броситься в ноги отцу и попросить его…

— Госпожа, — голос дворецкого за спиной, что как всегда подошел бесшумно, заставил принцессу вздрогнуть, — Прибыл курьер из императорского дворца.

— Что там? — сердце предательски сжалось, так как принцесса поняла какую именно весть принес курьер.

— Ваше императорское величество, — слезы брызнули из глаз девушки и она с силой закрыла глаза, чтобы никто не видел ее слабости, проявленной на это самое первое ее жизни подобное обращение, — Должен с прискорбием сообщить вам, что ваш отец скончался.

— Я поняла.

Виктория взяла себя в руки и твердой походкой направилась к выходу из залы, в которую не так давно она зашла принцессой, а теперь покидала императрицей.

И никто во всем мире, даже вампиры, не знал, что несут миру эти первые шаги новой правительницы людей. Не знала этого и она сама. Виктория просто шла вперед. Судьба или боги распорядились так, что отныне она императрица, и девушка намеревалась достойно нести это павшее на ее слабые плечи бремя.

Предки будут гордиться ей!

Глава 10

Глава 10

— Мне сообщили, что Император только что помер.

— Туда ему и дорога. Пусть Всесветлый будет к нему справедлив и покарает за всего его грехи.

— Не боишься, что он и правда будет к нему справедлив?

— Это уже не в нашей власти, брат. Ты успел переговорить с инквизиторами?

— Нет. Братья-инквизиторы осторожничают. Даже намеки на серьезный разговор сразу пресекают.

— Не хотят значит выбирать нашу сторону.

— Луго их полностью устраивает. И как кардинал, и как возможный Наместник.

— Еще бы он их не устраивал, с теми деньгами, что он выбивает для инквизиции каждый год. Но деньги им можем предложить и мы, а вот отменить некоторые указы об ограничениях деятельности ордена можем только мы. Кто еще предложит инквизиторам такие условия? Другие даже слушать их по этому поводу не будут! Обвинения в ереси, костры еще живы в памяти старичков.

— Все так, но у меня сложилось впечатление, что инквизиторы всем довольны и не стремятся к прежней независимости. Их устраивает текущее положение дел.

— Это точно?

— Такое у меня сложилось впечатление, брат. Стоит в беседе зайти речь о старых временах — и инквизиторы, пусть и не яростно, но осуждают своих предшественников.

— Плохо. Наместник доживает последние недели. Император сдох. На троне соплячка… Другой возможности у нас может и не быть, брат.

— Я все понимаю… и чтобы между нами не было разногласий… если Луго станет Наместником я против него не пойду.

— Никаких разногласий, брат. Если кардинал Луго станет Наместником я тоже против него не пойду. Но он еще не Наместник! У нас еще есть шанс! Что насчет этого мерзавца Мездо? Ты говорил с ним?

— Говорил. Аббат Мездо не стал вести длинные разговоры и сразу назвал свою цену. Кардинальское звание и должность казначея.

— Зажрался, сволочь. Сидит у себя во дворце, заветы Демура давно забыл, а все туда-же… Угрожать не пробовал?

— Нам нечем надавить на эту падаль, брат. Мездо опирается на придворных и там многие считают его за своего. Трогать эту камарилью* себе дороже.

(Камарилья (исп. camarilla «комнатка; тайный кабинет» — группа придворных приближенная к первым лицам и старающаяся влиять на ход событий интригами. В широком смысле: группа придворных и фаворитов, что окружают короля.)

— Значит от Мездо надо избавляться, что опять возвращает нас к инквизиторам. Как думаешь, если я лично пойду и извинюсь…

— Ничего не выйдет, брат. Инквизиторы слишком хорошо помнят твое оскорбление…

— Это было не оскорбление! Это была правда, которую они не приняли!

— Инквизиторы помнят высказанную им в глаза правду, которую они не смогли принять. Извинений будет недостаточно.

— Скоты… но полезные. Этого у них не отнять. И что делать? Боевое крыло Церкви полностью на стороне кардинала Луго. Инквизиторы единственные из людей действия, кто под него не лег.

— Я думаю нам нужен союз с фракцией Реформаторов, брат.

— Это ересь! Стоит нам только посмотреть в их сторону, как инквизиторы из разряда нейтралов перейдут в стан наших врагов.