"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Капба Евгений Адгурович - Страница 848

Стеречь узников вызвался Степан. Несмотря на то, что он очень устал, Коротаев горячо зашептал мне в ухо, что никому другому такое важное дело доверить сейчас нельзя. Неизвестно, как настроены другие. Да и пьяные моравские партизаны-разбойники могут проникнуть в темницу и поубивать пленников. Ведь они добрались до винных погребов, находящихся под особняком хозяйки замка, где уже вовсю пробовали вино, так громко распевая песни, что отдаленные звуки долетали даже в эту часть подземелья.

Я догадывался о причине энтузиазма своего денщика, потому что Маришка сразу вызвалась принести охраннику постель, еду и все необходимое, включая ружье, порох и пули. А баронесса не стала возражать. Учитывая то, как смотрели друг на друга служанка и денщик, похоже, у них имелись планы на эту ночь относительно секса. И потому я согласился с доводами Степана. Тем более, что прямо сейчас мне совершенно не хотелось ни заниматься следственными действиями, ни допрашивать мятежников и пленного французского офицера. Я чувствовал себя настолько вымотанным, что желал лишь поскорее лечь спать. Оставив Коротаева охранять тюрьму, я отправил семеновцев обратно на пост у входа в башню.

Сделав все необходимые распоряжения, мы с баронессой возвращались по подземному ходу. Она повела меня каким-то другим путем, а не тем, которым мы пришли к темнице. Иржина шла впереди, показывая путь, а я тащился сзади и, глядя на ее силуэт, почему-то думал о том, какой формы у нее ноги, скрытые под объемной юбкой, которую женщина все время придерживала одной рукой, держа факел в другой. Этот путь оказался длиннее. И факел уже догорал, чадя и давая мало света. Потому я не удивился, когда возле старинного подземного колодца она неожиданно поскользнулась на скользких от влаги камнях и упала, а факел, который она держала, отлетел в сторону, погаснув. Отчего мы сразу же очутились в кромешной тьме.

Конечно, первым моим порывом было попытаться помочь женщине. Стараясь найти ее в темноте, я присел и дотронулся до баронессы. А она, ощутив на себе мои руки, сказала очень откровенно, причем по-русски, хотя и с акцентом:

— Боже мой, князь, знали бы вы, как я соскучилась по крепким мужским рукам!

И тут в полной темноте, нащупав мою шею, вдова обвила ее руками, притянув меня к себе и поцеловав в губы. А дальше уже понеслось. Взяв меня за руку, она потянула мои пальцы к себе под юбку, задрав ее. И тут выяснилось, что нижнее белье под платьем у Иржины отсутствует. Так у нас с ней неожиданно случилась близость. Я взял ее прямо на древних камнях подземного хода, даже не видя в темноте, какая же все-таки форма у ее ног. Но, судя по ощущениям, которые давали мне руки, кривыми они не были, хотя депиляцию интимной зоны их обладательница, судя по всему, никогда не делала.

При падении женщина никак не пострадала, и потому я не исключал, что ее падение являлось всего лишь притворством ради того, чтобы поскорее завлечь меня в ласковую ловушку своих объятий. В которую я, надо сказать, все-таки попался. А княжеские воспоминания тут же навязчиво подсказали мне, что я только что совершил адюльтер, изменив законной жене. Впрочем, я ту Лизу себе в жены не выбирал. Это тот прежний князь женился на ней, а не я. Хотя теперь Лиза и числилась формально моей женой, поскольку я, провалившись сюда сквозь время, сделался этим самым князем, но никаких угрызений совести по отношению к Лизе от своей измены ей с Иржиной я не испытывал. Полностью удовлетворенные друг другом, мы с баронессой молча лежали в обнимку в темноте, а вокруг стояла тишина старинного подземелья, нарушаемая лишь нашим дыханием и отдаленными звуками песен пьяных мародеров, добравшихся до выпивки. И тут мне пришла в голову одна мысль, которую я сразу же высказал вдове, прижавшейся к моей груди:

— Кажется, сейчас самый удобный момент, чтобы прекратить безобразия. Как ты думаешь, дорогая, не стоит ли нам позвать семеновцев, чтобы перетаскать всю эту пьяную орду мародеров в темницу? Камер там хватит на всех.

Иржина ответила томно и чисто по-женски:

— Мне так хорошо с тобой и так приятно слышать, что ты назвал меня «дорогая»! Делай то, что считаешь нужным. С этого момента я принадлежу тебе, как и весь мой замок…

Ночка выдалась веселенькой. Дождавшись, когда дезертиры и разбойники, выдававшие себя за партизан, крепко заснут, будучи мертвецки пьяными, мы с семеновцами перетащили их по одному в камеры темницы, а слуги баронессы помогали нам в этом деле. К моему удивлению, Дорохов, который тоже изрядно хлебнул винища, никак этому не препятствовал. Он был изранен несколькими сабельными порезами, перебинтован, выглядел поникшим и усталым, словно бы внутри него кончился завод той пружины, которая до этого давала ему энергию идти напролом. И я сделал вывод, что и ему, видимо, уже весьма надоели подобные союзники, от которых после взятия замка никакого толку не предвиделось, кроме дальнейшего расшатывания воинской дисциплины среди семеновцев. Да и совесть, похоже, у поручика осталась.

Во всяком случае, по поводу моего решения арестовать моравских партизан, Дорохов сказал мне:

— Если вы так решили, князь, то быть тому. Командуйте, раз вновь чувствуете в себе силы. Когда я разговаривал с вами в прошлый раз, то видел, что вы едва шевелились. Потому и не желал подчиняться вам, как очень больному человеку. А сейчас вижу, что с вами произошла разительная перемена. И вы вновь, загадочным образом, полны сил. Командуйте, но только учтите, что я с этого момента снимаю с себя всякую ответственность за то, что наш отряд будет ослаблен. Какими бы разбойниками ни были эти люди, вместе с которыми мои солдаты сюда добрались, но они дали нам дополнительную силу для успешного штурма замка. Потому прошу вас не обходиться с ними слишком сурово. Я обещал им благодарность, а получается, что не сдержал слова. Впрочем, меня оправдывает то, что я не знал, насколько они преступны. Уже после того, как мы с вами переговорили, я застал их предводителя в тот момент, когда он полез насиловать малолетнюю дочку конюха. И мне пришлось зарубить негодяя саблей, чтобы не лез к ребенку.

В оценке моего состояния Дорохов был прав. У меня, действительно, словно бы открылось второе дыхание. Наверное, адреналин и другие гормоны, вплеснувшиеся в кровь по причине моего стрессового состояния последних часов, подхлестнули организм до такой степени, что последствия комы и слабости удалось преодолеть буквально на ходу. И все же, под утро я уже едва держался на ногах, когда все-таки добрался до постели в гостевой комнате второго этажа Охотничьей башни.

Правда, и тут мне сразу заснуть не удалось. Следом за мной прошуршало женское платье. И похотливая баронесса, скинув его, нагло залезла в кровать вместе со мной, уже вполне считая меня своей законной добычей. Но, поскольку первые лучи начинающегося рассвета, падающие сквозь окно в щель слегка приоткрытых занавесок, осветили ее фигуру во всей красе, предоставив мне прекрасный обзор на ноги Иржины, оказавшиеся стройными и достаточно длинными, возражать ее присутствию я не стал.

Глава 17

В то утро я проснулся почти без головной боли и достаточно хорошо себя чувствовал впервые с момента выхода из комы. Повязка с головы давно сползла. И я с удивлением обнаружил, что рана не только на месте входного пулевого отверстия окончательно затянулась, но и на том месте, где пуля вылетела из моего затылка. Причем, боль от раневого канала почти перестала ощущаться. Вот только на этот раз все тело болело, как после слишком интенсивной тренировки.

Впрочем, мои мышцы вчера, действительно, неожиданно хорошо поработали. И я даже не ожидал, что так быстро смогу перебороть последствия ранения и освоюсь в непривычном княжеском теле. Осознание того, что все-таки прижился и освоился, несмотря на свое возрождение в ином обличии и в другом времени, придавало мне заряд оптимизма. Ведь тело князя Андрея, то есть теперь мое, показало себя в экстремальной ситуации с самой лучшей стороны. Я умел очень даже неплохо фехтовать! А еще и с Иржиной покувыркался весьма недурственно, что тоже радовало.