Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Стивенсон Нил Таун - Страница 2365

— Перейду прямо к делу, — заговорил он. — Если Пина2бо продолжит работать, как задумано, Нидерланды окажутся в выигрыше. Это самая важная информация, которую я планировал сообщить вам сегодня.

Королева, листавшая карты, скрестила руки на груди и взглянула на него, ожидая продолжения. Лотта, кажется, хотела что-то сказать, но прикусила язык. Она пододвинула карты к себе и разглядывала их, пока Аластер продолжал:

— Многие негативные эффекты и повышенные риски, принесенные вашей стране — как и моей, кстати, — глобальным потеплением, в ближайшие десятилетия снизятся или будут устранены. В отдельных случаях скорость улучшений будет впечатляющей. Значительно упадет температура. Снизится уровень испарения воды с поверхности океана, так что проливные дожди станут гораздо реже. Перестанут таять шапки ледников, что снизит вероятность внезапного и резкого изменения Северо-Атлантического течения, которое стало бы катастрофой для всей Европы…

— У которой климат может стать как в Сибири? — поинтересовалась Шарлотта.

— Совершенно верно, ваше королевское высочество. — В Техасе Аластер постепенно привык называть королеву Саскией и общаться с ней неформально. Но пара недель в Британии вместе с подавляющим величием Ноордейнде вернули ему уважение к этикету. — В этом случае климат у нас станет таким, какой мы, можно сказать, заслужили, живя так близко к Северному полярному кругу. А не таким умеренным, какому мы радуемся на всем протяжении письменной истории человечества. Вы, очевидно, уже понимаете, о чем речь, так что я не стану…

— Занудствовать? — тихонько подсказала королева.

— Да, но раз уж принцесса подняла эту тему: трудно переоценить кошмар, которым такое похолодание обернется для всей Европы. Таяние Гренландии повышает вероятность этого, Пина2бо снижает. Но даже если оставить это в стороне, на странице четвертой вы видите предсказания относительно воздействия Пина2бо на полярные льды. Таяние ледников замедлится, вследствие чего остановится подъем уровня моря.

— А погода станет холоднее?

— Да. Но не таким катастрофическим образом, как в случае, упомянутом принцессой. Скорее это вернет вашу страну к… — Он развел руками. — Я бы сказал, к временам Ханса Бринкера[584].

Королеве шутка явно понравилась.

— Неужто сможем, как в старые времена, кататься по каналам на коньках?

— Сможете. Вашим фермерам придется немного адаптироваться: перейти на более морозоустойчивые сорта, изменить график сельскохозяйственных работ. Но ничего катастрофического. И либо это, либо все скроется под десятью футами соленой воды.

— Во всем этом не учитывается тот факт, что в атмосфере по-прежнему будет избыток СО2, — заметила королева.

— Верно, ваше величество. И, как мы обсуждали в Техасе, верхние слои океана впитывают углекислый газ из воздуха и окисляются. Это очень вредно для коралловых рифов. Но если мыслить прагматично… — Тут Аластер остановился.

— В Нидерландах нет коралловых рифов, — сказал Виллем, чтобы это не пришлось говорить никому другому.

У принцессы заметно вытянулось лицо.

— Это необходимо сказать вслух, — продолжал Виллем, — потому что другие — вроде Мартина ван Дэйка — уже говорят это перед камерами и микрофонами. Это не значит, что нам наплевать на коралловые рифы. Но королева должна заранее услышать этот вопрос и знать, что на него отвечать.

— Существуют и другие технологии, направленные именно на борьбу с окислением океана, — ответил Аластер. — Но в мою область компетенции они не входят.

— Иные скажут, — добавил Виллем, — что мы пытаемся геоинженерией решить проблемы, созданные предыдущей итерацией геоинженерии.

— Аластер, подождите минуту, — заговорила королева. — Те перемены, о которых вы говорите, — верно ли я поняла, что всего этого добьется один Т. Р. с одним-единственным Пина2бо?

Аластер кивнул.

— Этот метод очень серьезно меняет уровень SO2 в стратосфере. Этим-то он и привлекателен для людей вроде Т. Р.

Саския только головой покачала.

— Работа нынешнего Пина2бо уже достигла масштабов, необходимых для серьезного изменения ситуации. Если же заработают одновременно два, три, четыре Пина2бо — изменения будут резкими. И очень быстрыми.

— Вы хотите сказать, если он построит на ранчо «Летящая S» другие Шестиствольники? Или если первый Шестиствольник начнет стрелять чаще? — уточнила королева. — Или… может быть, вы говорите о таких же устройствах в других частях света?

— Вы задаете интересный вопрос, mevrouw. В сущности, главный вопрос. Как изменятся наши прогнозы, если их развести по регионам? С одной стороны, относительно источника: что было бы, если бы Т. Р. выстроил свою геоинженерную машину не в Западном Техасе, а в провинции Альберта или в Эквадоре? С другой стороны, относительно последствий: как работа Пина2бо отразится на разных частях света?

— Держу пари, ответ будет сложным, — сказала королева.

— Если речь только о Нидерландах, нет. Вам в любом случае это пойдет на пользу. Еще один несомненный бенефициар — Китай. Для него здесь чистая, однозначная выгода на нескольких уровнях сразу.

Виллем почувствовал, что краснеет.

— А можете привести пример страны, которой станет хуже? — робко спросила Шарлотта.

— Возможно, Индия, — не колеблясь ответил Аластер. — Нет, ее сосед Бангладеш будет очень доволен. Бангладешцев это просто спасет. Как и те районы Восточной Индии, у которых проблемы схожи с бангладешскими, — у них все будет хорошо. А вот Западной и Южной Индии, возможно, придется испытать на себе… как бы это сказать… у них серьезно изменится характер муссонов.

— Боже мой! — вырвалось у Саскии.

Аластер помолчал несколько секунд, ожидая, пока королева переварит эту мысль и к ней притерпится. С самого начала переговоров с Т. Р. все они понимали, что солнечная геоинженерия — метод «спорный», при котором возможны «серьезные побочные эффекты, требующие дальнейшего изучения»; но за этими водянистыми словами, звучащими на презентациях в Брюсселе, не стояло ничего конкретного. Теперь, сфокусировавшись на одном конкретном регионе, они куда лучше понимали, чем может обернуться эта затея, — и испуг королевы, возможно, был вызван тревогой не только о судьбе Индии, но и о судьбе Нидерландов, если они открыто поддержат этот проект.

Принцессу реакция матери встревожила, кажется, больше самих слов Аластера; она торопливо набрала в Интернете «муссоны» — скоро и она поймет, что стоит на кону.

Когда Саския снова встретилась с ним глазами, Аластер продолжил:

— Я не говорю, что муссоны прекратятся. Не прекратились же они в 1990-х, после извержения Пинатубо. Их причины головокружительно сложны: там задействовано и положение солнца в небе, и топография Гималаев, и отражательная способность земли, воздушные потоки, эффект Кориолиса, океанические течения и много что еще. Даже Эль-Ниньо[585] в этом участвует. В последнее время в Индии стоит необычно сухая погода, хотя на большей части Земли становится все более влажно. Сильные муссонные ливни вызывают локальные наводнения, которые могут привести к бо́льшим смертям и разрушениям, чем засуха. Словом, все сложно.

Королева потянула к себе распечатанные карты и принялась нервно их листать.

— То, что вы ищете, находится на двадцать третьей странице, — подсказал Аластер и вывел карту на большой экран.

Это была очередная прямоугольная карта мира, с черными контурами стран и континентов. Вся окрашена в разные оттенки между красным и синим. Большая часть мира оставалась младенчески-розовой или пастельно-голубой — это означало, что изменения в годовом количестве осадков останутся незначительны; но некоторые районы привлекали внимание более насыщенной окраской. Многие из этих мест были относительно малонаселенными: Гренландия, Сахара, Гималаи. Полуостров Индостан в целом выглядел не так уж страшно. Но в его северо-западной части, между Гималаями к востоку и Пакистаном к западу, полыхало тревожное красное пятно.