Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Стивенсон Нил Таун - Страница 1898

— Ты шутишь! — Я тоже ухватился за стойку и плечом оттеснил Лио. Он разжал руку. Вся ступень весила гораздо меньше меня. Все по очереди сами в этом убедились.

— Где остальное? — спросил Джезри.

Неловкое молчание.

— Ничего больше и нет, — объявил Жюль Верн Дюран. Он догадался первым, хотя, как и мы, прежде ничего похожего не видел. — И это шарман!

— Коли уж ты так хорошо разбираешься в шарманах, — начал Джезри, — может, ты и объяснишь, как четыре ноги и крышка обеспечат герметичность?

— Это называется не шарман, — мягко вмешался Лио, — а… неважно.

— У нас так и так будут скафандры, я угадал? — спросил Жюль, глядя на Лио.

Тот кивнул.

— Жюль всё понял правильно. На каждом из нас будет скафандр с системами жизнеобеспечения, удаления отходов и так далее. Незачем отправлять в космос ещё и герметическую капсулу с теми же самыми системами.

Я думал, что Джезри выдвинет новые возражения, но тот внезапно переметнулся на сторону Лио и поднял руки, призывая остальных помолчать.

— Я там был, — напомнил он, — и скажу, что не хотел бы снова оказаться в общей капсуле. Вы представить себе не можете, что чувствуешь, когда тебе в невесомости залепит в физиономию чьей-то свободно парящей блевотой. Даже не просите рассказывать, какие там туалеты. Как трудно смотреть в крохотные иллюминаторы. По-моему, идея великолепная: каждый бздит в свой собственный скафандр и одновременно любуется на космос через панорамный щиток шлема.

— Сколько можно прожить в скафандре? — спросил я.

— Тебе понравится, — объявил Джезри. Он взглянул на Лио и, когда тот кивнул, перешёл туда, где последний час с помощью фраа Грато собирал скафандры. Джезри похлопал смонтированный скафандр по зелёному металлическому баллону, вставленному в заплечный ранец.

— Жидкий кислород! Вот тут — на целых четыре часа.

— Если расходовать дисциплинированно, — вставила суура Вай.

— Жидкий?! В смысле сжиженный? — уточнил Самманн.

— Конечно.

— И долго он будет таким оставаться?

— В космосе? Не проблема. Он будет оставаться холодным, пока в топливном элементе есть топливо, чтобы питать систему охлаждения. — Джезри похлопал по красному баллону. — Жидкий водород. Легко снимается, легко вынимается. — Он вытащил баллон, показал нам какие-то сложные защёлки и вставил на место.

— Значит, мы будем конкурировать за кислород с топливным элементом? — спросил Арсибальт.

— Считай это не конкуренцией, а сотрудничеством.

— Как насчёт очистки воздуха? — спросил кто-то.

У Джезри ответ был наготове:

— Двуокись углерода отфильтровывается здесь. — Он вытащил и показал белый баллон. — Когда он заполнен, ставите новый. Старый — вот что здорово! — присоединяете к тендеру.

Джезри подошёл к отдельно стоящему аппарату, судя по виду — близкому родственнику скафандра. У аппарата были цветные гнёзда для баллонов; в одно из них Джезри вставил газоочиститель.

— Здесь отделяется СО2. Как только полоска — вот этот индикатор — изменит цвет, баллон готов для повторного использования.

— Воздух и топливо тоже хранятся в тендере? — спросила суура Вай, глядя на зелёное и красное гнёзда.

— Если есть запас, то он там, — сказал Джезри. — Тендер подключается к ёмкости с водой и энергосистеме: обычно это солнечные батареи, здесь — ядерный мини-реактор. Тендер расщепляет воду на кислород и водород, сжижает их и заливает в баллоны. А также восстанавливает газоочистители. Сюда… — он указал на жёлтые трубки, — крепится заполненный каломочеприёмник, о котором мы поговорим позже.

— Ты хочешь сказать, мы будем испражняться в скафандр? — спросил Арсибальт.

— Спасибо, что выразил готовность продемонстрировать на себе это замечательное достижение праксиса! — воскликнул Джезри. — Лио и Раз, не закроете ли вы вашего фраа от посторонних глаз?

Мы с Лио подняли Арсибальтову стлу и растянули, как занавеску, чтобы Арсибальт за ней снял комбинезон. Джезри тем временем подтащил к нам скафандр размера XXL, подвешенный на конструкции, называемой «установка для надевания». Большой жёсткий сегмент для головы и туловища назывался, естественно, ГТС. Верхняя задняя часть ГТС открывалась, как дверца холодильника. Руки и ноги состояли из коротких толстых сегментов вроде сосисок. Это совсем не походило на те скафандры, которые я видел в спилях или на небесном эмиссаре. Новый был больше, округлей и внушал доверие своей прочностью. Имелось и ещё одно заметное отличие, по крайней мере внешнее: все скафандры — и тот, которым занимался сейчас Джезри, и остальные — были матово-чёрные.

Арсибальт шагнул к установке, поднял руки к расположенной на стратегической высоте перекладине и подтянулся до ступеньки на пороге задней дверцы скафандра. То ли наш фраа вспомнил научно-фантастические спили, которые смотрел в детстве, то ли не хотел долго оставаться голым, но в его движениях появилось необычное проворство. С помощью Джезри он продел сперва одну, потом другую ногу, носком вперёд, в соответствующие отверстия ГТС, затем осел сам. Пока Арсибальт проталкивал ноги внутрь, сегменты двигались за счёт расположенных под углами герметичных подшипников. Каждая «сосиска» могла поворачиваться независимо, так что локти и колени гнулись без всякого сложного шарнирного механизма. Теперь Арсибальт выглядел ещё более пухлым, чем обычно. Он согнул сперва одну ногу, потом другую, показывая, как работают сочленения.

— Обрати внимание на мешки, опоясывающие бёдра и талию. — Джезри указал на что-то, с виду резиновое, болтающееся на внутренней стороне ГТС. — Через несколько минут они потрясут тебя до основания.

— Отметил, — сказал Арсибальт, просовывая руки в рукава, которые заканчивались ровными полушариями — культяшками без пальцев. Теперь мы видели только его спину и зад. Джезри милосердно избавил нас от этого зрелища, закрыв дверцу.

Теперь, когда на нашего фраа можно было смотреть без ущерба для чьей-либо стыдливости, мы с Лио бросили стлу и обошли Арсибальта. Изнутри чуть слышно доносился его голос. Джезри воткнул проводок в разъём на груди скафандра и включил усилитель. Из микрофона раздалось:

— Моим рукам много что предстоит тут изучить. Хотел бы я видеть, что делаю.

— Всё ещё будет, — рассеянно произнёс Джезри: он внимательно читал табло на передней панели скафандра, убеждаясь, что его фраа не задохнётся внутри. Остальные смотрели Арсибальту на грудь и посмеивались. Мне стало интересно, что их насмешило. Я прошёл вперёд и посмотрел. Маленький плоскопанельный спиль-экран на груди скафандра показывал лицо Арсибальта, снимаемое спилекаптором в шлеме. Панорамный объектив с близкого расстояния сильно искажал, но всё равно смотреть на экран было веселее, чем на тонированный лицевой щиток.

— Скажи на милость, что тут за наконечники перед моим ртом? — спросил Арсибальт, скашивая глаза вниз.

— Левый — вода. Правый — пища и, если понадобится, лекарства. Большой посередине — шпигат.

— Зачем?

— Чтобы блевать. Не промахнись.

— Ясно… — Арсибальт поднял глаза, чтобы смотреть через щиток прямо перед собой, и подвёл одну культяшку туда, где мог её видеть. Открылся лючок. Мы все попятились, потому что из него выпрыгнуло нечто вроде механического паука с подвижными члениками. Со второго взгляда стало видно, что это скелетная кисть: кости, суставы, сухожилия были как у человека, только из чёрного анодированного металла и без кожи, если не считать резиновых подушечек на кончиках пальцев. Кисть отходила от механического запястья на конце культи. Сперва она лишь судорожно дёргалась, но постепенно Арсибальт один за другим подчинял себе её суставы, и движения становились всё более человеческими. Он поднял вторую руку. Открылся лючок, выдвинулась вторая кисть, менее человекоподобная: она была усажена различными инструментами.

— Объясни, что ты делаешь руками, — попросил я.

— Там в конце довольно много места, — сказал Арсибальт, — и есть перчатка, в которую я могу всунуть руку. Она механически соединена с манипулятором, который вы все видите.