"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ледова Анна - Страница 1864

- Кхм!.. Ну, в общем, проезжал через те места средней руки колдун, кое-что смысливший в бытовой ворожбе. И так вышло, что...

Александр Александров

Агент Их Величеств, часть вторая

Глава 1

Новое солнце

- Нет – сказала Тётушка Марта, уперев руки в бока, – вы этот плащ не наденете. Я против членовредительства во всех его формах и проявлениях, но если вы сейчас же не снимете этот ужас, то я за себя не ручаюсь.

- Но, – Фигаро, хлопая глазами, покосился в ростовое зеркало на стене, – я не понимаю, в чём, собственно, проблема. Плащ как плащ. Коричневый.

- Вот именно! – возопила Марта Бринн, воздев руки к полотку и потрясая кулаками, – в том-то и дело! У вас три осенних плаща! Три! И все они коричневые, как коровья лепёшка! Причём одному из них уже лет десять, и я больше не собираюсь штопать там карманы! Пусть вам в подкладку хоть гадюка провалится – пальцем не пошевелю! А тот, который с высоким воротником?! Такое впечатление, что его шили на прямоходящего кабана! Он квадратный, Фигаро! Квад-рат-ный! Без талии!

- Я тоже без талии, – насупился следователь, – так что решительно не понимаю...

- И вам обязательно нужно это подчеркнуть одеждой? Ну, давайте, я вам ещё ваты туда напихаю, будете как... как фабрикант Форинт!

- У фабриканта Форинта не живот, – загрустил Фигаро, – у него дирижабль. Цеппелин! Монументальный и тугой, как барабан. Пузо настоящего коммерсанта, затянутое в лоснящийся бархат. Он, когда заходит в комнату, сперва пропускает живот впереди себя; его за этот живот уважают. Этот живот заключил больше удачных сделок, чем весь остальной Форинт. А у меня что? Брюшко какое-то обвисшее, как у этого... ну, который из Палаты лордов... он ещё всё время дрыхнет на заседаниях. Вот честное слово: на всех газетных фотографиях спит как сурок. И я...

- ...и вы покупаете себе на осень плащ, который ещё больше сделает вас похожим на ходячую сосиску?!

- Зато посмотрите, какие тут карманы! Сюда же телефонный справочник влезет! И ещё останется место для коробки леденцов...

...Заговаривая Марте Бринн зубы, старший следователь Департамента Других Дел Александр Фигаро как бы между прочим сделал несколько маленьких шажочков в сторону дивана. Он махал руками, оттягивал пальцами карманы, и витийствовал подобно Сократу, для того, чтобы в нужный момент...

Рывок!

Но тётушку Марту, знавшую своего квартиранта как облупленного, так просто было не провести. С ловкостью сделавшей бы честь профессиональному борцу, она резко развернулась на каблуках и в последний момент сграбастала тихонько взвизгнувшего следователя за воротник.

- Ну, нет, – Марта Бринн решительно дёрнула Фигаро назад, – ничего у вас, любезный, не получится. Либо мы сейчас же идём с вами в магазин мадам Воронцовой, либо я этот плащ распущу на ремни. Голыми руками!

«А она ведь распустит, – подумал Фигаро, чувствуя, как его захлёстывает лёгкая паника, – распустит и глазом не моргнёт... Чёрт, может, ну его к бесу этот плащ? Куплю себе другой, тот, который с большими пуговицами... а, стоп, нет. Он тоже коричневый. Тогда как же...»

Но тут леди Судьба, которой, видимо, надоело смотреть на мучения следователя, наконец, решила вмешаться.

В комнате раздался низкий гул, словно внезапно заработал где-то под столом невидимый трансформатор, и в паре метров от кровати, на высоте, примерно, трёх футов, появилась чёрная точка. Точка резко расширилась, превратившись в мерно жужжащее кольцо, которое, в свою очередь, тут же обзавелось объёмом, став чёрным шаром. Шар лопнул, и на его месте появился человек.

Ростом примерно с Фигаро, одетый в серый твидовый пиджак с золотыми пуговицами, такие же серые брюки и высокие сапоги, куратор Ноктус был, как всегда, слегка расхристан, немножечко взъерошен и совсем чуть-чуть помят. Его волосы стояли дыбом тихонько потрескивая от статического электричества (что, в общем, было вполне обычным явлением после перемещения блиц-коридором), тонкий нос дёргался, словно куратор собирался вот-вот чихнуть, а маленькие цепкие глазки бегали по сторонам, оценивая обстановку.

- Госпожа Бринн, – Ноктус поцокал языком, – прошу вас немедленно отпустить моего подопечного. Вы ему сейчас шею сломаете... Святый Эфир, Фигаро, что это на вас?! Где, скажите на милость, вы купили этот плащ?! Я вас в нём на улицу не выпушу!

Фигаро покосился на тётушку Марту, потом на куратора, и, наконец, сдался.

- Всё, белый флаг. Не понимаю, чем вам этот плащ не угодил, но обещаю сегодня же купить другой.

- Хвала всем силам небесным! – Марта Бринн, отпустив следователя, набросилась на Ноктуса, обняв куратора так, что тот задушено крякнул. – Вы только что спасли Фигаро от побоев!.. Кстати, судя по такому экстравагантному способу прибытия, вы, должно быть, его начальник, верно?

- Вроде того. – Куратор кивнул, осторожно высвобождаясь из захвата, и осторожно присел на стул, хрустнув плечами. – Сразу хочу попросить прощения; обычно я так в чужие дома не вламываюсь... Ну, то есть, иногда, конечно, вламываюсь, но не к честным гражданам. Просто на горизонте нарисовалось дело, не терпящее отлагательств.

- Опять?! – Следователь с трудом проглотил вставший поперёк горла ком. – А можно не надо? В прошлый раз, когда вы вот так ввалились ко мне домой, меня едва не принесли в жертву. А в позапрошлый мне едва не откусила ноги русалка. А до этого...

- Фигаро, Фигаро, ну что у вас за привычка чесать языком направо и налево! Особенно когда речь идёт о том, что должно пылиться под грифом с двумя нулями! Болтун, если вы забыли, находка для шпиона.

- Всё-всё, – тётушка Марта замахала руками, – я вам покидаю! У меня в печи каравай, и ещё нужно, наконец, заняться капустой.

- Квашеной? – Ноктус строго приподнял бровь. – В бочке?

- Ну, разумеется.

- Тогда не смею задерживать. И ещё раз извините за вторжение. Обещаю: сегодня же я лично проконтролирую покупку нового плаща для этого модника... В Нижнем Тудыме же есть лавка мадам Воронцовой?

- Даже две.

- Отлично! – Куратор всплеснул руками. – Я из вас, Фигаро, сделаю человека. Срочное у меня дело, или не очень, а в таком виде мой агент им заниматься не будет. Святый Эфир, ну и крой!.. То есть, в смысле, крой-то как раз ничего такой, но этот плащ на вас сидит как на бройлере.

- Хватит! – завопил Фигаро, расстёгивая пуговицы, – Я всё понял! Нет мне покоя в мире подлунном! Плащ им не тот, штаны не такие, саквояж мой несчастный тоже не такой. Хоть шляпу не трогают, и то хорошо... Выпить хотите?

- Нет, я на работе. Но от кофе не откажусь.

- Вам со сливками? – Марта Бринн тут же навострила уши.

- Да, пожалуйста. И с сахаром. Четыре больших ложки, если можно.

- У меня всё можно. Вы будете здесь, или вам с собой?

- Здесь, здесь. Сейчас я быстренько введу Фигаро в курс дела, а потом мы с ним отправимся за покупками. В последней коллекции мадам Воронцовой есть пара великолепных приталенных плащей: чёрный и... и тоже чёрный. Как раз для вас, мой дорогой друг.

- Теперь меня ещё и одевают, – пожаловался следователь, но Марта Бринн уже вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Ноктус тяжело вздохнул, встал со стула, и принялся, кряхтя, разминать спину. При этом он издавал целый спектр звуков: пыхтел, охал, ругался, стонал и покашливал.

Человек со стороны, наверное, подумал бы, что Ноктус сейчас развалиться на куски прямо тут, оставив после себя кучку дряхлых костей и гору песка. Но Фигаро, давно привыкший к этим ритуалам, лишь покачал головой, и, подвинув к столу пару кресел, достал из ящика стола блокнот и ручку.

- Нет-нет, ничего не записывайте. – Ноктус, поморщившись, помотал головой. – Ох, чёртова спина... За что я только плачу деньги своему костоправу?

- Наверное, за то, что он – один из ваших внештатных осведомителей по королевской линии?

- Ну, и за это тоже, да... Вы, Фигаро, часто бывали в Верхнем Тудыме?