"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ледова Анна - Страница 1782

— А разве это не признак силы?

— Силы? Пожалуй, да, Френн, не могу не согласиться. Но мне всё чаще кажется, что эту силу можно применить как-нибудь… поумнее, что ли. Человечество, образно говоря, лупит собой по этому миру словно кувалдой, не обращая внимания на летящие вокруг брызги крови — ну, так себе подход, я бы сказал. Как у паровой самоходной пилорамы, летящей без управления сквозь лесную чащу.

— Без управления? — Оживился следователь. — Как же это — без управления? Кое-кто считает, что очень даже с управлением, и даже с какой-то там целью.

— А, вы, должно быть, читали Виллиса. Его «Тайных Наблюдателей». Остроумная книга, но, как по мне, в ней чувствуется некая наивность академического гения, всю жизнь наблюдавшего за бабочками и птичками, и на старости лет решившего натянуть свои бесценные выводы на слонов и тигров. Взять, например, его концепцию «сокрытых богов». Боги — это кто вообще? Могущества Внешних Сфер? Да, есть такая теория: людскими судьбами управляет сонм небесных созданий, ведущих человечество то ли в пропасть, то ли к новым звёздным вершинам — это уже зависит от того, находился ли автор в момент написания своего фундаментального труда в чёрной меланхолии, или недавно сходил в дом терпимости. Вот только что-то мне подсказывает, что людские судьбы, равно как и прочие продукты человеческой жизнедеятельности, Могуществам… как бы это помягче сказать… До фени, короче говоря.

— Но Могущества вмешиваются в жизнь людей! Вам ли не знать, Метлби!

— Именно. Но они именно что «вмешиваются», то есть, время от времени то тут то там оставляя в истории след. Да, иногда последствия такого вмешательства оказываются более или менее глобальными, но, в целом, на развитие человечества и направление этого развития они не влияют почти никак. Просто иногда шаловливая рука появляется из-за занавеса и то швыряет на сцену пустую бутылку, то обрезает ниточки у марионетки, а то и, хихикая, подсовывает к шекспировским декорациям моторную колымагу. Но и только. Можете называть это «управлением миром», если вам угодно, но лично мне это больше напоминает детские шалости, берущие своё начало в чудовищной, космической скуке.

— Но существа, находящиеся за пределами человеческого понимания…

— Сверхразуму плевать на разум, Френн. Я даже не уверен, что они смогут как-то взаимодействовать. Разве что в некоем переходном состоянии, возможно. Вы же сталкивались со снежными львами, и понимаете, о чём я говорю. Пока вы — живущая на острове обезьяна, вы грезите горами бананов, но если вас каким-то образом превратить в человека, будет ли вам до бананов дело? Ну, слопаете парочку иногда. Но жить вы будете уже в уютном доме, греть кости у камина, а свой остров вспоминать, разве что, во снах… Нет, Френн, нет. Если и существуют силы, что управляют миром, то они больше похожи на огромных древних титанов, что молчаливо тащат на себе столпы реальности, и имя этим титанам — Законы Мироздания. Именно поэтому, кстати, Космос совершенно равнодушен к попыткам управления собой кем ни попадя, хоть бы и тем же Квадриптихом. Мерлин с компанией, вон, лез в самые основы основ, и что? Вселенная дала ему пинка? Вообще хоть как-то отреагировала? Пф-ф-ф-ф!

— Вообще-то, — начал осторожно следователь, — есть старые легенды о том…

— Да, да, — бесцеремонно перебил Фигаро магистр, — я в курсе, можете не продолжать. Все мало-мальски знакомые с историей колдовства знают эту сказку: Квадриптих воззвал к запредельным силам, и те дали Четверым власть, могущество и силу, но взамен ужасающее существо из Иных Сфер явилось в означенный час, и пожрало души Мерлина сотоварищи. Знаю, слышал. Но это чушь.

— Эм-м-м-м… Почему вы так уверены?

— Да потому, — Метлби посмотрел на инквизитора взглядом отца, уставшего в сотый раз отчитывать своё чадо за попытки достать из печи красивый красный уголёк, — что, будь у Вселенной такие защитные механизмы, то они бы не допускали никакого вмешательства вообще. Если в мире что-то происходит, значит, это возможно, а раз возможно, то, значит, дозволено. Потому что если бы существовал Божественный План, то противодействовать ему было бы нереально — марионетка не может оборвать ниточки и убежать, а буквы не могу покинуть печатную страницу. Так что не забивайте себе голову всякой чушью.

— Может, вы ещё и почитатель Квадриптиха?! — Френн, которого уже основательно развезла мухоморовака и который, похоже, был раздосадован полным равнодушием Метлби к инквизиторскому статусу (который, обычно, заставлял окружающих держаться в приятном Френну тонусе) изобразил страшное лицо, но магистр лишь равнодушно кивнул.

— Можно и так сказать. Да только где он, Квадриптих? Фьють, прошёл, закончился, канул в Лету. А жаль, очень жаль. Во времена Мерлина вы бы, Френн, мне документы в постель носили. Вместе с кофе и тапками.

Френн от такой наглости просто захлебнулся воздухом, выпучив глаза, что дало Фигаро возможность вставить свои две медяшки:

— Я, к примеру, вообще не понимаю, почему у нас если тебя уличат в тёплых чувствах к Квадриптиху, то сразу чуть не враг народа. По их книгам мы учимся, их научные изыскания лежат в основе всей Классической теории колдовства. Да и короли наши, вообще-то, разработка Квадриптиха.

— А ещё, — подхватил Метлби, — половина жилого фонда Столицы — и если бы только её! — построена при Квардриптихе. А дороги? А каналы, дамбы, миллионы гектар осушенных болот, изведённые под корень болезни вроде Синей Чумы или кори, от которых раньше народ мёр миллионами? Все всё знают и понимают, Фигаро. Поэтому Их Величества давно гонения на «лиц, превозносящих времена Квадриптиха» не поддерживают и никого за это не сажают.

— Но…

— Да, да, сохраняется определённая инерция. Дело в том, что помимо Их Величеств в Королевстве есть легион всякой мелкой политоты, которая способна только воровать и толкать с трибуны речи, написанные специальными «подтрибунными писцами» — их сейчас стали называть модным словом «спичрайтеры». И вот эти-то политические вши и вынуждены постоянно орать, что раньше было хуже, потому как сделать лучше сейчас они, в силу своей криворукости и тупости не могут. Ну а манипулировать народным мнением относительно колдунов проще всего, поскольку колдуны никогда особым доверием со стороны простолюдинов не пользовались.

— Может, — Анна едва заметно улыбнулась, — это потому, что слишком много колдунов ведёт себя как самодовольные засранцы?

— Фигаро не ведёт. — Инквизитор ткнул пальцем в следователя. — Он у нас святой.

— Святые столько не жрут. Они укрощают плоть… или умерщвляют… в общем, сидят на хлебе и воде, а не лопают копчёную лососину под водку. Но вы правы, Фигаро у нас удивительно скромный. Непонятно почему.

— Чего ж тут непонятного, — фыркнул следователь, наполняя стакан, — если всё понятно. Вот был бы я таким умным колдуном как вы, Метлби, или таким сильным, как комиссар Пфуй, вот тогда, может быть… А я так, средней руки провинциальный чароплёт. Моё дело — домовые и вагон бюрократической возни. Ладно, я, допустим, не бедствую, спасибо Их Величествам, а вот вы знаете, сколько получает младший следователь Департамента Других Дел? Лучше вам не знать. Съёмные комнаты, обеды в городских столовых, общественная баня, и, может, лет, эдак, через двадцать вы накопите на маленький домик в городке вроде Нижнего Тудыма.

— А старший следователь?

— Поинтереснее, — признал Фигаро, — но его ещё поди получи. Это меня, так сказать, лёгким росчерком пера произвели, а если двигаться к цели официально… ох, даже думать не хочу. Некоторые — да ладно, чего уж там — большинство так и ходит в следователях да в младших следователях всю жизнь.

— Кстати, — Френн икнул, — вы же получили от Их Величеств такую сумму на свой счёт, что теперь можете забросить работу и спокойно стрелять уток на Чёрных Прудах до самой старости. Ещё и внукам останется. Почему вы не…

— Не подал прошение об увольнении? — Фигаро пожал плечами. — Ну, вот вы, Френн, если захотите из Инквизиции уйти, сколько бумаг заполните? Вагон? Два вагона? А сколько ждать, пока прошение не пройдёт все инстанции? В это время ведь нельзя ни операции с недвижимостью совершать, ни за границу, если вдруг чего.