"Фантастика 2025-79". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "hawk1" - Страница 1553

— Надеюсь, ваш первый учебный день прошёл хорошо, — проговорил он, глядя на меня. — Если вы не слишком устали, давайте пройдёмся по саду.

Предложение было неожиданным. Прежде мажордом никогда мне такого не говорил. Неужели хочет сказать что-то наедине? Ох, уж это моё проклятое любопытство! Погубит оно меня однажды, сто пудов…

Опустив рюкзак на пол возле ростового зеркала в тёмной металлической раме, я кивнул. Пошли, мол. Раз тебе так присралось пошататься среди деревьев и кустиков.

— Выйдем через террасу, если не возражаете, — проговорил Еремей. — Так мы попадём сразу на аллею.

Мы направились через анфиладу залов, идущую вдоль западной стены особняка, и вскоре оказались на каменной террасе, с которой в окружавший здание сад вели две гранитные лестницы. Спустившись по одной из них, мы двинулись между рядами раскидистых вязов, создававших густую тень. Между ними стояли скамейки и мраморные копии античных статуй. Впрочем, не только античных. Попадались и герои империи.

Между деревьями то и дело мелькали доспехи охранников. Некоторые вели на цепях здоровенных дрессированных крагов — хищников из других миров, используемых людьми в качестве сторожевых псов. Впервые я увидел такую тварь в день своего Посвящения. Она спускалась навстречу нам с отцом. Её выгуливал один из псарей дворца, вооружённый гибким электрическим стрекалом.

— Я должен задать вам один важный вопрос, Ваше Сиятельство, — заговорил Еремей, когда мы прошли мимо статуи облачённого в панцирь и шлем Ареса. — Надеюсь, блокнот при вас, и вы сумеете ответить.

Поскольку он в это время глядел на меня сверху вниз, я кивнул и достал письменные принадлежности.

— Где вы с господином Левшиным достали белую ртуть? — мажордом сделал короткую паузу. — Это очень редкий и дорогой реагент. Его нельзя купить в магазине, да и на чёрном рынке он встречается нечасто. Ваш отец не обнаружил пропажи в своей лаборатории, а ваших карманных денег явно недостаточно, чтобы заплатить за белую ртуть. Поэтому не соблаговолите ли объяснить, откуда она взялась у вас с господином Левшиным в тот злополучный день?

Глава 10

О-па! Неожиданно, что уж тут говорить…

За прошедшую пару месяцев я так и не удосужился спросить об этом у Михаила. Были дела поважнее и поинтереснее. Во всяком случае, мне так казалось. Так что вопрос и тон, каким он был задан, застали меня врасплох. Впрочем, вариантов не было. Я пожал плечами.

— Не знаете? — сказал, пристально глядя на меня, мажордом.

Я отрицательно покачал головой. К чему вообще такой интерес к происхождению белой ртути? Ну, приволок её парень откуда-то, и что? Даже если украл?

— А стоило бы поинтересоваться, Ваше Сиятельство. Видите ли, ваш отец поручил мне выяснить этот момент, так что я обратился к родителям господина Лапшина. С его слов, белую ртуть он приобрёл в Интернете. Контакты, правда, не сохранил. Якобы. Но и я, и ваш отец очень сомневаемся, что подростку удалось бы купить подобный реактив в Сети. Так что советую спросить его, кто дал ему опасный препарат.

Не зная, что ещё ответить, я кивнул.

— Хорошо, — сказал Еремей.

Мы как раз подошли к устроенному в парке бассейну, в котором обитали здоровенные красные спруты, привезённые из какого-то подпространственного мира. Заметив нас, твари стали пытаться выбраться, присасываясь к стенкам резервуара, но его стеклянные края были так загнуты, что у них ничего не получалось.

Открыв стоявший рядом металлический ящик, Еремей взял горсть сушёного мяса и бросил спрутам. Они жадно набросились на угощение, так что вода в бассейне вскипела.

Мажордом взглянул на запад, где собиралась огромная тёмно-оранжевая туча.

— Приближается Шторм, — сказал он. — Скоро над городом развернутся защитные поля. Вас ожидает отец. Позвольте я провожу.

Мы направились к дому. Буря приближалась быстро, так что на улице постепенно темнело. Когда мы вошли в особняк, в парке уже лежали красноватые сумерки.

К моему удивлению, вскоре стало ясно, что мажордом ведёт меня в башню. Когда он постучал, дверь почти сразу открылась. На пороге я увидел Николая, одетого в фартук и перчатки. На лбу красовались защитные очки из жёлтого оргстекла.

— Спасибо, Еремей, — кивнул алхимаг. — Входи, Ярик.

Как только я оказался в лаборатории, он закрыл дверь и восстановил магические Печати, так что по комнате разлилось призрачное холодное сияние.

— Полагаю, ты ждал этого момента, — сказал Николай, потирая ладони. Подмигнул мне и направился к столу, на котором стояли большой куб из белого и красного камня, а также плоская вытянутая деревянная шкатулка. — В первый день поступления в Менториум будущий алхимаг получает Самосек, с которым ему предстоит пройти весь путь становления воина.

С этими словами Николай открыл шкатулку и извлёк из неё изящную полуторную рукоять с бронзовой гардой.

— Заказал её для тебя месяц назад, — сказал он, показывая её мне, но не отдавая. — Вчера привезли из Златоуста. Она станет основой твоего Самосека. Сейчас мы нарастим на неё клинок.

О подобном оружии я слышал. И даже читал в Интернете. Плюс Михаил не раз упоминал о таких клинках. Если честно — все уши прожужжал!

Они являлись особым классом холодного оружия. Зачарованным. По сути — алхимическими артефактами. Иногда их ещё называли кладенцами, но это считалось не совсем верным названием, которое встречалось в народных сказках. Кладенцы всегда доставались владельцу, будучи найденными в тайниках или курганах. Самосеки же создавались алхимагами высших ступеней из костей редких иномирных животных — аспидов. Видел я их пока только на картинках. Выглядели твари как здоровенные крылатые змеи с птичьими клювами и двумя языками. Сесть они могут только на камень, а убить их нельзя никак иначе, кроме как сжечь. Кости аспидов — одни из самых дорогих ингредиентов, что добываются алхимагами в подпространстве.

Николай нажал несколько элементов на каменном кубе, и тот раскрылся с тихим щелчком.

— Подойди ближе, — сказал отец. — Надень очки.

Я взял их со стола и натянул на лицо, отрегулировав резинку на затылке.

— Это Перегонный Куб, — пояснил алхимаг, аккуратно кладя рукоять будущего Самосека внутрь устройства. — Прежде они выглядели, как большие реторты, но сейчас в ходу усовершенствованная модель.

Он достал из-под стола свёрток, распустил тесёмки и вытащил слегка изогнутую чёрную кость, заострённую с одного конца.

— Это зуб аспида, Ярик. Самая редкая и дорогая часть его тела.

Николай поместил его в куб к рукояти и закрыл устройство так, что сверху осталось лишь небольшое отверстие, в которое он вставил стеклянную воронку.

В Самосеках самое интересное то, что они отчасти живые. Костяной мозг хранит часть сознания убитого аспида, ибо огню не подвержен. Алхимики соединяют его с белой ртутью, создавая вариант арматориума, так что Самосек постепенно сливается с владельцем клинка, образуя с ним вначале симбиотическую пару, а затем — единый организм. Хоронят алхимага всегда вместе с его оружием.

Именно Самосеки могут увеличиваться в размерах и разить тварей из подпространства, если использовать иное оружие не представляется возможным. Некоторые развиваются со временем настолько, что становятся больше своего владельца и разят даже на расстоянии.

Хранятся Самосеки в особом подпространственном кармане, который алхимаг должен научиться открывать в течение первого года обучения. То есть, на курсе Чёрного ворона. Эта способность засчитывается как один из переводных экзаменов.

Так что за созданием Самосека я наблюдал с трепетом и самым что ни на есть живым интересом. У нас-то, понятное дело, куча божественного оружия во всех трёх мирах — Сварог куёт — а вот как с этим справляются люди, было очень интересно.

Николай выставил на стол несколько реактивов в стеклянных сосудах. В том числе, драгоценную белую ртуть. Поочерёдно вытаскивал притёртые пробки, отмеривал нужное количество препаратов и отправлял через воронку в куб. Ртути капнул совсем немного. Затем начал добавлять металлы в виде гранул. Процесс, в общей сложности, занял около четверти часа. После чего Николай повернулся ко мне и протянул ладонь.