"Фантастика 2025-79". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "hawk1" - Страница 1550

Молчание было ответом. Профессор удовлетворённо кивнул.

— Начнём. Первый — сюда!

Вперёд вышел полноватый курсант с ёжиком на голове.

— Прошу, — кивнул ментор.

Парень запустил руку в коробку и достал чёрный шар размером с грейпфрут. Взглянув на него, отошёл направо.

— Это самая жесть! — шепнул Михаил.

— Ага! — так же тихо отозвался Грызлов.

Я посмотрел на товарищей вопросительно, но они этого не заметили: не спускали глаз со следующего студента, вышедшего к коробке.

Кажется, творилось что-то волнительное, чего я не понимал. И это напрягало. А хуже всего, что я не мог спросить, в чём дело. Не только, потому что не умел говорить, но и потому что все остальные явно были в курсе.

Высокий худой парень достал перевязанный шнурком мешочек и присоединился к первому ворону. Я заметил, что оба курсанта побледнели и явно нервничали. Похоже, предстояло какое-то неприятное испытание.

Вообще, в зале чувствовалось растущее напряжение. Все стояли тихо, так что слышны были только шаги выходивших к коробке. Наконец, очередь дошла до Грызлова. Михаил ободряюще хлопнул его по плечу.

Брюнет направился к центру зала. Через несколько секунд в руке у него оказался маленький кожаный тубус. Повертев его, Григорий встал в очередь, где уже расположилось большинство студентов. Я поймал его взгляд. Он ободряюще подмигнул.

Следующим к коробке подошёл Михаил. Ему досталась квадратная шкатулка из полированного дерева.

Наступила моя очередь. Я приблизился к коробке и запустил в неё руку под пристальным взглядом профессора. Нащупал на дне несколько оставшихся предметов. Нечто небольшое, холодное, с острыми гранями, легло в ладонь. Подумав несколько секунд, я решил не менять предмет и вытащил октаэдр с разноцветными сторонами. Взглянув на него, занял место за Михаилом. Тот не обернулся. Видимо, вертеться не полагалось.

Пока последние ученики разбирали оставшиеся предметы, я с любопытством ощупывал октаэдр. Даже попытался открыть его, обнаружив пару щелей, но мне это не удалось.

Наконец, коробка опустела, и ментор скомандовал:

— Первый по очереди — ко мне!

Полноватый ученик на негнущихся ногах двинулся к профессору.

Кадет вытянул перед собой чёрный шар, и профессор коснулся его пальцем. Вспыхнул синий огонёк, и студент мгновенно выгнулся, словно его тело свела внезапная судорога! Рот ученика открылся в беззвучном крике, из глаз брызнули слёзы. Затем кадет стиснул зубы так, что был слышен скрип.

Так вот, какую проверку предстояло пройти чёрным во́ронам! На прочность…

Кадет с чёрным шаром стоял, раскачиваясь. Его крутило и сгибало. Лицо покраснело, затем побледнело. Испытуемый вдруг рухнул на колени, упершись свободной рукой в пол. Слышалось его тяжёлое, прерывистое дыхание. Прошло около двух минут, прежде чем снова вспыхнул синий огонёк. Профессор тут же нагнулся и забрал у студента шар. Ему стоило немалого усилия сделать это, так как кадет намертво вцепился в предмет.

— Браво! — провозгласил преподаватель, распрямляясь. Он передал шар помощнику, и тот положил его в коробку. — Чёрный ворон прошёл первое испытание, доказав право обучаться в Менториуме! Добро пожаловать, господин Романовский! Займите место вон там.

Полноватый студент с трудом поднялся и на негнущихся ногах прошёл в указанном направлении. Он был бледен и хватал ртом воздух. Несмотря на то, что он утирал слёзы, другие кадеты провожали его восхищёнными взглядами. Я вспомнил слова Михаила о том, что этому ученику досталась «самая жесть». Значит, остальные испытания должны быть легче.

Высокий худой парень, доставший перевязанный шнурком мешочек, занял место перед профессором. Тот коснулся предмета, вспыхнул синий огонёк, и студент завопил, как резаный. Он выронил мешочек и отскочил от него на полметра. Повисла напряжённая тишина. Профессор мрачно окинул кадета тяжёлым взглядом.

— Ученик с позором изгоняется из Менториума! — провозгласил он, и голос его походил на скрежет железа по стеклу.

— Нет, умоляю, дайте мне ещё раз попробовать! — завопил парень испуганно. — Я просто не ожидал!

— Ученик с позором изгоняется из Менториума! — делая паузу после каждого слова, отчеканил ментор.

Понурившись, худой парень поплёлся прочь. По его щекам текли слёзы.

А у них тут не церемонятся, как я погляжу. И садизмом не чураются. В прежнем мире, где я жил — мире слабаков — такие испытания были немыслимы. Там с детишками носились, будто с писаными торбами, — ни-ни дитятке пораниться или ушибиться! Будто нет на свете ничего дороже, честное слово. Золота, например. Даже приютских не били. Те могли пожаловаться комиссии, которая заявлялась раз в год с плановой проверкой. Нет, эта реальность однозначно нравилась мне больше.

— Следующий! — сухо бросил ментор.

Ещё несколько студентов прошли испытание с честью, а двое удалились с позором. Когда очередь дошла до Грызлова, тот вышел подчёркнуто бодро, даже изобразил подобие улыбки. Ментор дотронулся до его тубуса, и блеснул синий огонёк. Григорий замер, словно парализованный. К этому времени я уже понял, наблюдая за предыдущими кадетами, что предметы на всех действуют по-разному. Грызлов стоял неподвижно, выпучив глаза и держа руки по швам. На его лице постепенно появилось выражение ужаса, он побледнел, как мел, рот приоткрылся, между зубами показался кончик языка. Через пару секунд по подбородку потекла кровь. Грызлов прикрыл глаза с видимым усилием. Тубус сверкнул синим огоньком, и испытание завершилось.

— Отлично! — кивнул профессор. Забрав предмет, он ободряюще улыбнулся студенту. — Чёрный ворон прошёл первое испытание, доказав право обучаться в Менториуме! Добро пожаловать, господин Грызлов! Займите своё место.

Григорий медленно присоединился к выдержавшим проверку. Он тяжело дышал, а руки словно прилипли к бокам.

Следующим вышел Михаил со шкатулкой. Когда загорелся синий огонёк, парня сложило пополам, затем он упал на колени, сжимая шкатулку. Раздался протяжный, полный боли стон. Я уже сообразил, что главное — не выпустить предмет, который тебе достался. Очевидно, он и служил источником страданий. Кроме того, почти никто не кричал. Одна девушка, правда, взвизгнула, но её всё равно пропустили к прошедшим испытание.

Михаил выдержал, хотя было видно, как нелегко ему это далось.

— Молодец! — одобрил ментор. Он передал шкатулку помощнику. — Чёрный ворон прошёл первое испытание, доказав право обучаться в Менториуме! Добро пожаловать, господин Левшин! Займите место с той стороны. Вы заслужили.

Наступила моя очередь. Ну, давайте поиграем, сучки! Вряд ли вы смогли изобрести что-то особенное. Так что я даже немного в предвкушении.

Приблизившись к ментору, я вытянул руку с октаэдром. Профессор Терехов окинул меня очень внимательным взглядом и слегка кивнул — словно самому себе. Когда его указательный палец коснулся предмета, я увидел синюю вспышку, а затем меня мгновенно охватил нестерпимый жар. Кожа горела, глаза заслезились, дыхание перехватило, а ноздри наполнил едкий запах гари! Было очень больно. Всё тело словно разрывало на куски. Уши заполнили гул и треск. Я увидел, как моя кожа покрывается волдырями, сочится сукровицей, а затем плоть начала разваливаться, обнажая кости.

Две минуты испытания длились целую вечность. Я думал лишь о том, чтобы не разжать пальцы, в которые впились грани октаэдра. Рот сам собой открылся в беззвучном крике. Я не знал, отчего из него не вылетело ни звука: из-за силы воли или потому что я был нем.

Когда всё закончилось, я едва сохранил равновесие. Перед глазами плыло, в ушах шумело. Возникло сообщение арматориума:

Ваше психическое состояние понижено на 8 пунктов. Уровень стресса: 19. Предполагаемое время восстановления: 3 часа.

— Прекрасно, — сдержанно сказал ментор, глядя на меня. Он хотел забрать октаэдр, но я держал крепко. Вторая попытка профессора также не увенчалась успехом. Терехов нахмурился. — Парень, не хочешь расстаться с этим? — спросил он.