"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 1096

– Ты все еще хочешь вернуться на ту планету? – на всякий случай спросил Матвей.

– Я? Да. Хочу… – В голосе принцессы уже не было прежней уверенности. – Но мы же не знаем, где она.

– Да, не знаем, – согласился Матвей и облегченно вздохнул. На самом деле и у него были сомнения в том, правильно ли он поступил, но теперь это уже не имело никакого значения.

«Ковчег» переместился в обычное пространство. Матвей поднялся из кресла, помог сделать то же самое Анне, и в тот же миг входная дверь в рубку распахнулась. На пороге стоял низкорослый старикашка с кошачьим взглядом, увенчанный копной седых волос, с длинной, до пупа, всклокоченной бородой, из которой торчал только нос и светились два нечеловечески огромных зеленых глаза. Его длинная зеленая хламида волочилась по полу, а узловатая рука сжимала деревянный посох. Рядом с ним с лапы на лапу переминался самый настоящий енот.

Удивляться сил уже не было. Да и чему вообще возможно удивляться после всего, что произошло за последние дни…

– А где доктор? – Командор задал первый вопрос, что пришел в голову. И действительно! Действительно стоило выяснить, что случилось с доктором.

– Я доктор, – заявил старик, и его внешность мгновенно изменилась. Вылитый Тит-Живодер, только в белом халате и чисто выбрит.

Ясно. Они везде. Котхи правят миром. Заговор против человечества, не иначе.

– Чатул! – Принцесса шагнула навстречу старику, который успел вернуть себе прежний облик. – Крошка-Енот!

Со зверьком она встретилась на полпути к двери, присела на корточки и обняла его, запустив пальцы в густую шерсть. Тот приветливо помахал распушенным полосатым хвостом, совершенно по-собачьи положил передние лапы ей на плечи и даже лизнул ее в щеку.

– Знакомые? – Матвей почувствовал, что этот полосатый зверь вызывает у него какое-то нехорошее чувство. Он вызывал куда большую неприязнь, чем рыжий котх, который отправил их скитаться по вселенной.

– Да, и что? – Принцесса гладила енота и печально улыбалась, глядя ему в глаза.

– А ты сама-то случайно не котх? – Этот вопрос внезапно пронзил его сознание, и Матвей тут же пожалел, чтоб произнес его вслух. Ответ мог поставить крест на всем, что уже было и еще будет – и на прошлом, и на будущем.

– Нет… – Анна оглянулась, не переставая трепать енота по загривку. Но, выдержав паузу, она добавила: – И не смей мне больше задавать подобные вопросы.

– Хорошо, ваше высочество, – съязвил командор и снова пожалел о сказанном.

– Ты! Как ты… – Она даже побледнела от негодования, и еноту, похоже, передалось ее состояние. Шерсть на его загривке вздыбилась, и он начал угрожающе шипеть, демонстрируя стройный ряд ослепительно-белых зубов.

– Крошка, мы уходим, – вдруг сказал старик и начал медленно таять в воздухе.

– Нет! – Енот превратился во взъерошенного сероглазого мальчишку. – Я остаюсь.

– Разве ты не видишь, что это бессмысленно? Они добились всего, к чему стремились, а теперь готовы разорвать друг друга. Видимо, особи их расы так устроены, и это невозможно изменить.

– Постарайся понять… – Мне и так все понятно!

– Ты не можешь знать, насколько сложны их чувства. Ты не можешь знать, что такое боль, любовь, смятение, надежда. Еще мгновение назад человек ощущал, что ему нечего терять, кроме его нелепой жизни, и вдруг неведомо откуда берутся силы стерпеть и голод, и унижения, и страх, и несправедливость. Человека способен исцелить один лишь взгляд на то, что прекрасно – будь то дерево или закат, даже капля дождя, упавшая на ладонь. И то, что только что казалось бессмысленным, вдруг наполняется величайшим смыслом. Даже тот, для кого жизнь – страдание, находит в своих муках смысл, который помогает ему выжить.

– Ты выдаешь свои фантазии за истину. Люди куда проще и примитивнее, чем тебе кажется.

– Ты – мой разум, я – твоя душа. Только если мы воссоединимся, ты поймешь и почувствуешь, что я прав. Но если ты полагаешь, что время для этого еще не настало, то просто поверь. Ведь это так легко.

– Верить в то, что абсурдно, – само по себе нелепость.

– Только то, что кажется нам абсурдным, поможет нашему существованию вновь обрести смысл. Ты же знаешь – совершенство или то, что кажется совершенством, – тупик, за которым скрывается небытие. Наш мир теряет цвет, вкус, запах, боль страх, стремления, и, чтобы идти дальше, нужно сделать шаг назад. Разве не так?

– Я не буду тебе мешать. Но это не означает, что я признал твою правоту. – Старик окончательно исчез, а мальчишка опять превратился в енота и засеменил к экрану пространственного сканера, который вдруг ожил и явил трехмерное изображение.

– Что это? – спросила принцесса, указывая на голубую точку, которая только что терялась среди звезд, но с каждой секундой становилась все ярче.

– Это… – Матвей быстрыми шагами подошел к пульту управления оружием. – Это кто-то.

– Кто?

– Не знаю. Спроси у своего друга-котха? – Он наконец нашел клавишу включения защитного поля и теперь соображал, как запустить систему заградительного залпового огня.

– Что ты на этот раз собираешься делать?

– Я?! Я хочу нас защитить. – Пульт был почти в точности такой же, как на тяжелом крейсере, и значит, на то, чтобы разобраться, много времени не потребуется. – Ты думаешь, тот рыжий котх просто так отправил нас именно сюда? Думаешь, он наобум выбрал курс? Нас здесь ждали, и он об этом знал.

– Ты собрался стрелять?

– Пока нет. – Матвей привел две батареи плазменных пушек главного калибра в полную боевую готовность. Осталось только откинуть предохранительный колпачок с красной кнопки, и «Ковчег» станет неприступной крепостью, готовой отразить любое нападение. – Но пока я не узнаю, кто к нам пожаловал, они будут на прицеле.

– Послушай! Если бы котхам понадобилось нас уничтожить, то им было бы достаточно этого пожелать. – Анна оглянулась на Крошку-Енота, ища у него поддержки, но тот сидел возле командирского кресла в енотовом обличье, и часто дышал, вывалив язык. – Нам сейчас ничто не угрожает.

– Во-первых, откуда тебе знать, что у них на уме. А во-вторых, во вселенной водятся не одни только котхи. – Он взял ее за руку, стараясь сделать это как можно мягче. – Да не собираюсь я в них палить, пока не разберемся.

Пока они молча наблюдали за неизвестным кораблем. Анна все крепче сжимала его ладонь. Вскоре можно было разглядеть силуэт приближающегося объекта, а еще через мгновение сработала система распознавания. Механический женский голос, донесшийся из динамика, доложил: «Малый корвет типа “Паллада”, представляет потенциальную опасность. Расстояние девять тысяч километров. Признаков боеготовности не наблюдается».

Этот тип кораблей, созданный для уничтожения крупных целей, был опасен для любого противника, даже для линейного крейсера. Самым разумным сейчас было открыть огонь на поражение, но командор точно знал, что принцесса ему этого не простит. Он медлил, он сохранял внешнее спокойствие, но был готов начать стрельбу в любое мгновение. Прошло еще не меньше минуты, уже можно было отчетливо разглядеть силуэт корвета. Тот не проявлял ни малейших признаков агрессии. Шахты торпедных аппаратов были закрыты, но Матвей знал, что нужны лишь доли секунды, чтобы их распахнуть и произвести залп. И чем ближе расстояние, тем смертоносней он будет. И все-таки он ждал до последнего.

– Командор, не стреляй. Свои! – вдруг раздался голос из коммуникатора, а потом вспыхнул экран, на котором возникла улыбающаяся физиономия мичмана Лотаря, а из-за его спины выглядывали штурман Кныш и Майя. – Тебе, кажется, нужен экипаж?!

– Откуда… Откуда вы взялись? – Командор ожидал увидеть все, что угодно, только не это.

– От верблюда! – заявил штурман Кныш. – Пожевал да выплюнул.

– Я разочарована, командор. – Вперед протиснулась Майя. – Я к вам летела-летела, а у вас, оказывается, уже есть подружка.

– Да как же вы здесь оказались?

– А все по-разному, – ответил штурман Кныш. – Меня после того случая, сами знаете – какого, отправили смотрителем маяка на окраине системы Арктура. Дня не прошло, как явились двое – один рыжий, другой бородатый. Поехали, говорят. Я и поехал.