"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 1052

– Можно хотя бы на прощанье не грубить? – возмутился Иона.

– На прощанье можно, – ответила принцесса и, не оглядываясь на советника, двинулась к азиатке.

– Послушайте! Это все-таки моя яхта! Могли бы вы здесь не курить?! – Анна старалась быть предельно вежливой.

– А побоку мне, чье это корыто, – спокойно ответила та, выпустив из алых губ плотную струю дыма.

– Ты умрешь первой, – так же спокойно пообещала принцесса и тут же заметила, что рядом с ней стоит парнишка в рубище.

– Седьмое пришествие – истинное пришествие, ибо все, что были до него, – жалкие потуги лжепророков. Невзгоды, бедствия и погибель ждут всякого, кто не готов к явлению Господа во плоти с карающим мечом в руках. – Слова он произносил скороговоркой, с явным расчетом на то, что всякому, кто захочет прервать его, некуда будет и слова вставить. – Кончается история людских страданий, и каждому воздастся полной мерой за грехи и бесчинства, за смирение и добродетель.

Его проповедь была явно адресована Анне, однако среагировала на нее наглая китаянка:

– Точно! Воздастся! Давно пора устроить кровавую баню прощелыгам-политикам, жлобам-аристократам и эксплуататорам-финансистам. Поддерживаю! Пойдем-ка, святой отец, пошепчемся. – Она затушила сигару об обивку дивана, швырнула окурок на пол, ухватила проповедника алыми коготками за край рубища и потащила его в сторону выхода, ведущего в галерею, где располагались гостевые каюты. Тот не стал сопротивляться, продолжая бубнить себе под нос продолжение проповеди.

Им наперерез выскочил человек в пиджаке и бриджах, наставил на них объектив и пару раз щелкнул крохотным фотоаппаратом. Ловко уклонившись от удара загорелой ноги в красной туфельке, он метнулся к принцессе.

– Позвольте представиться, ваше высочество! Конрад Имидж, журнал «Funny Pictures», репортер.

– Не люблю репортеров, – попыталась отделаться от него Анна.

– Да! Я их тоже терпеть не могу, – согласился Конрад. – Однако вы же понимаете, что здесь я в совершенно ином качестве. Все! На прошлом я поставил крест. Впереди только будущее. Мы все здесь в одинаковом положении, ваше высочество, только шансы у каждого из нас разные. – Он перешел на шепот: – И я по своим каналам добыл информацию, что именно ваши шансы оцениваются экспертами как наибольшие. И еще мои… Так что я предлагаю обойтись без заходов, условностей и заключить союз. Наш с вами. Против всех! Идет?

– Я предпочитаю не принимать поспешных решений… – Анна не успела закончить фразу, заметив, что в горло ее собеседника уперся клинок.

– Разве вы не видите, что дама не желает с вами разговаривать?! – Аристократ слегка надавил на эфес, острие рассекло кожный покров, из крохотной ранки на шее репортера начала по капле сочиться кровь.

– Виноват, – немедленно отреагировал тот. – Не смею более беспокоить. – Он заговорщически подмигнул Анне и неспешно попятился к противоположной переборке под смешки двух оставшихся на диване девиц.

Аристократ расчертил клинком воздух, так что едва не срезал хохолок волос на голове одной из этих красоток, и привычным движением отправил шпагу в ножны. Девицы ойкнули и притихли.

– Уинстон Стюарт, младший герцог Блейкуотский. К вашим услугам. – Он коротко кивнул и поспешно отошел в сторону, явно не желая дать повода, чтобы его обвинили в излишней назойливости.

– Я, конечно, понимаю, что меня никто не любит, не ценит и не жалеет! Но мне все это до лампочки. Я сам по себе, и мне ваша любовь побоку. – Похоже, старикан, сидевший за столом, насытился, и ему захотелось поговорить. – Но от судьбы не уйдешь. Вот мне на роду написано быть богатым и счастливым. Так что могу поделиться своей удачей с любой из вас – все равно с кем. – Он попытался жестикулировать, но вдруг весь как-то обмяк, едва дотянулся до нагрудного кармана, дрожащими пальцами достал оттуда несколько разноцветных таблеток, затолкал себе в рот и запил клюквенным соком. – Чего уставились? Я все сказал.

Таблетки ему, похоже, не очень-то помогли, и он задремал, безуспешно пытаясь поднять тяжелеющие веки.

– Если не сдохнешь, дедушка, раньше времени, то я вся твоя, – пообещала девица в купальнике, и они с подружкой на пару заливисто рассмеялись.

– Веселые, – пробормотал старик. – Я страсть люблю веселых. – И тут сон сморил его окончательно.

Но вздремнуть ему не удалось, поскольку рок-музыкант к тому моменту расчехлил гитару-синтезатор со встроенной акустической системой и тут же ударил по струнам:

С последним аккордом Сэм со всего размаху долбанул гитарой об стол. Инструмент и мебель удар выдержали. Даже чайный сервиз, хоть и разлетелся во все стороны, но чашки и блюдца из композитного фарфора, ударившись о стены и потолок, не понесли ни малейшего ущерба. Только ошметки закусок обляпали костюм старика, которому рокер помешал проспать момент перехода в горловину Лабиринта.

Чувствовалось, что Сэм раздосадован незначительностью разрушений, которые произвел финал композиции. Он прокричал, глядя под потолок:

– И запомните, тупицы: все, за что вы мне платили, отчего тащились, как удавы – полная бредятина! Я парил ваши бледные мозги тем, что мне диктовал продюсер, такой же безмозглый придурок, как и вы все. А теперь я ухожу! И не надейтесь, что я вернусь. Так что слушайте вы! Кто на меня поставил! Плакали ваши денежки!!!