Переселенки. Новая жизнь (СИ) - Богданович Марина - Страница 28

Когда поцелуи закончились, и ко мне пришло осознание, какой разврат я тут творила, мне было жутко стыдно смотреть в глаза даркийцу, и я не придумала ничего лучше, чем опустить взгляд на землю.

Зейн сперва пальцем поднял мой подбородок, чтобы я взглянула на него, но видя мое крайнее смущение, широко улыбнулся, и притянул меня к своей груди, не мешая мне прятаться.

⁃ Прости, если напугал тебя. Мне досталось настоящее сокровище, - прошептал он в мою макушку.

- Робкое, невинное и невероятно притягательное сокровище, и я не смог сдержаться, - закончил он дико смущающие, но такие приятные мне слова, и поцеловал в голову.

Я еще теснее прижалась к нему, наслаждаясь долгожданной близостью. Он отреагировал на это каким-то полустоном и тоже крепче сжал вокруг меня кольцо своих рук.

⁃ Хочу стоять так вечно, - я сама не поняла, как произнесла свои мысли в слух.

⁃ Хочу быть с тобой вечно, - почти дословно повторил мои слова Зейн, - Кира, будь моей женой.

Я замерла. Мне послышалось, да?! Люди, это наше первое свидание! Ведь все не может быть так просто?!

⁃ Кира, девочка, я обязательно потом еще раз сделаю тебе красивое предложение со всеми полагающимися атрибутами, но прошу тебя, скажи мне … ты станешь моей женой? - он повторил последние слова, наклоняясь ближе к моему уху и стараясь заглянуть мне в глаза, но не пытаясь отстранить меня от своей груди, к которой я намертво от волнения прилипла.

Не получив ответа, Зейн нежно поцеловал мой висок и тихо повторил: - будь моей женой.

Потом поцелуй в скулу и снова: - будь моей женой.

А потом он все же аккуратно взял меня за подбородок развернул лицом к себе - трепетный, невесомый, невозможный поцелуй в губы, и его слова, которые я запомню навечно: - будь всегда со мной.

На глаза навернулись слезы, но сейчас я не отводила взгляд. Я не могла вымолвить и слова, я надеялась, что он прочтет ответ в моих глазах, и он все понял правильно.

⁃ Я люблю тебя, - прошептал он, и снова меня поцеловал.

Мы растворились в этом поцелуе, сладком, всеобъемлющем, долгом.

Я не могла насытиться его вкусом в слаженном танце наших сплетающихся языков, запахом его кожи, его блуждающими по мне руками, то зарывающимися в волосы на затылке, то спускающимися по спине к талии и тесно вжимающими меня в себя. Страсть в нас обоих все разгоралась, Зейн не смог сдержать стон, а может он и не пытался.

Поцелуй становился более диким, жадным, на грани боли, пока в один миг он сам не разорвал его, стиснув мое лицо своими руками, и прижался своим лбом к моему. Мы оба часто дышали.

⁃ Я люблю тебя, - снова повторил он, пристально глядя мне в глаза, и спросил: - ты станешь моей женой?

⁃ Да, Зейн, - дала я ответ на его вопрос, и, набравшись смелости, произнесла то, что уже долгое время хранила в сердце: - я тоже тебя люблю.

Глава 34.

полковник Зейн Вайс (Пт, вечер)

Все пошло не так, как я планировал.

Планета! Даже в самых оптимистичных вариантах развития событий, которые я прикидывал сегодня днем, я не мог предположить, что к концу вечера буду обнимать свою уже официальную НЕВЕСТУ!

Да, я поспешил, да, собирался долго и красиво ухаживать за Кирой, постепенно располагать ее к себе, показать ей, что смогу стать хорошим мужем. Но жалею ли я, что все пошло по-другому сценарию? Ни на грамм.

Моим самым смелым планом на случай, если все пройдет отлично, и я увижу, что она отвечает мне взаимностью, было пригласить Киру в это воскресенье на обед в дом к моей сестре Анике и ее семье.

Своей сестренке, которая младше меня на 13 лет, и с которой мы всегда были очень близки, я уже поведал, что меня сразила любовь с первого взгляда. Она с прищуром на меня посмотрела, а потом заявила, что «так мне и надо».

Аника была искренне рада, что мне встретилась та, в которой я почувствовал своего, родного человека. Ведь ей никогда не нравилась Эмма, привлекательная молодая даркийка из благородной семьи, возможность брака с которой я совсем недавно всерьез рассматривал. Я никогда не был влюблен в Эмму, но ее женские прелести меня привлекали, к тому же мы хорошо подходили друг другу по всем параметрам.

Широ тоже был от Эммы не в восторге, и когда я сказал ему, что думаю заключить с Эммой официальную помолвку, на лице его промелькнуло неприятное удивление. Хотя, только я понимаю, что это было удивление. Остальные увидят лишь угрозу для своей жизни в ставшем более резким взгляде.

Но я долгое время не разделял мнений друга и сестры. Эмма была действительно эффектной молодой дворянкой с высоким потенциалом, знала себе цену и умела себя подать, а со мной всегда была мила и ласкова. Она сама со своими, теперь уже новоиспеченными мужьями, «нашла» меня и предложила войти в их семью.

Конечно, я понимал, что для них - это с большего расчет. Оба ее мужа из боковых ветвей, вдобавок и положение у меня в столице непоследнее. Но и для меня, 65-тилетнего, так на тот момент и не встретившего свою единственную, это тоже было чистым расчетом с приятными бонусами. Среди благородных подобные браки - не редкость, главное, чтобы была симпатия, а затем слияние делает свое дело, и все счастливы.

Меня даже пустили в семейную постель, что иногда бывает, если женщина уже замужем, когда мужчину всерьез считают почти членом семьи. Но все же такое крайне редко случается до заключения официальной помолвки.

Впрочем, после встречи с Кирой для меня все изменилось. Я уже сказал Эмме, что помолвке и браку между нами не быть. Так что это дело прошлое.

Сестра, узнав о Кире, крепко меня обняла и, поздравив, выспросила те немногие подробности, которые я успел узнать о моей девочке. А затем дала целый перечень указаний, что делать и чего ни в коем случае не делать!

И в первое же свидание я умудрился нарушить основной ее запрет: не напирать на девушку, чтобы не спугнуть, в первую встречу мне позволялось, максимум, поцеловать ручку или в щеку, а сверх того - ни-ни.

Я и сам собирался так поступить. Но с первых секунд свидания у меня было чувство, что мы уже давно нечужие, что я знаю ее целую вечность. Казалось, гулять с ней по парку в тишине - самое правильное, что может быть. Разговоры нам были не нужны, ведь мы общались на каком-то другом уровне. А когда мы дошли до беседки, я понял, что если не поцелую ее - умру.

Какая моя девочка все-таки невероятная!

Ее искреннее признание, на которое она не без страха решилась, на мгновение выбило почву из под ног. По ней было видно, что она чистая, нераспущенная девушка. Но я не ожидал, что Кира настолько невинна.

У переселенок не спрашивали о прошлой жизни, но я знал, что для Самриек, как и для наших девушек с низким потенциалом, в порядке вещей иметь романтические или даже интимные отношения до брака.

На Даркисе родители строго блюдут только энергетически одаренных девушек, а те, достигнув совершеннолетия затем переходят под опеку своих мужей. Так что возможностей для «неуставных» добрачных отношений у них нет совсем, в отличие от тех же Самриек.

Но тем приятней оказался этот неожиданный подарок - я забрал ее первый поцелуй. И во всем остальном теперь тоже буду у нее первый! Хотя я всегда знал, что когда создам семью у меня будут побратимы, я эгоистично хотел быть первым у своей жены.

Правда, когда встретил Киру и понял, как к ней отношусь, это стало уже не так важно. Хоть десятым, главное - быть вместе.

Время визитов подходило к концу, но оставить Киру здесь на ночь одну и уехать было выше моих сил.

- Хочешь поехать ко мне домой? А утром я привезу тебя обратно на занятия, - спросил я.

В глазах Киры я увидел что-то похожее на испуг и поспешил ее успокоить:

- Это не то, о чем ты подумала. Я не трону тебя, обещаю. Просто не хочу расставаться так рано. Мы даже ни о чем не успели поговорить.

После моих слов Кира снова расслабилась в моих руках.

- Я тоже не хочу расставаться. А это будет уместно? Ну, так сразу поехать с тобой? - спросила моя малышка.