"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 927

— Готова, детка? — зло бросил он. — А вот я не готов. Не сейчас точно. Потому что, Нори, это безрассудно. Что сделают за такой поступок тебе? Пальчиком погрозят? А я ко всему прочему могу лишиться доверия того единственного эргонца, который поверил в меня. Который дал мне приют, работу, взял в свою команду.

Нори молчала, но смотрела на него со смесью обиды и сочувствия. Тогда он снова наклонился к её губам и поцеловал, но в этот раз его поцелуй был лёгким, нежным и поистине сладким.

— Я хочу тебя. Только тебя, — сказала девушка, обнимая его обеими руками. — От одной мысли, что меня вот так будет касаться кто-то другой, мне становится тошно. Это странное чувство, это пугает… но я говорю правду.

— А как же твои принцы-герцоги? — с лёгкой насмешкой поинтересовался Снежок, осторожно укладываясь на бок рядом с Янориной. — Куда мне до них?

— Авер, — строго бросила Нори. — Перестань. А то я сейчас расплачусь от жалости к себе и своей несчастной судьбе.

— О, да, родиться принцессой — что может быть печальнее? — с усмешкой произнёс он.

Но при этом обнял девушку и притянул к себе. Она покорно прижалась к нему и даже уложила голову на его плечо.

— Хотя бы спать со мной ты останешься? — тоном капризного ребёнка спросила принцесса.

— Останусь, — довольно хмыкнул Авер. — Но у меня будут два условия.

— Это ещё какие? — смущённо спросила девушка.

— Во-первых, ты наденешь футболку, — заявил Снежок.

— Что, не нравится моя грудь? — шутливым тоном бросила Нори, стараясь скрыть за этими словами своё смёщение.

— Вот сейчас укушу тебя за сосок, будешь знать, как меня провоцировать, — с угрозой в голосе ответил Авер.

— Ладно, оденусь, — отозвалась Янорина. И, приподнявшись, потянулась за указанным предметом одежды. — А второе условие? — спросила она, снова вернувшись к нему под бок.

— Просто закрывай глаза и спи.

— И всё?

— Да, всё.

— А поцелуй на ночь?

— А два предыдущих не считаются? — усмехнулся Авер.

— Нет.

Вместо ответа он легко коснулся губами её виска и накрыл их обоих пледом.

— Спи, солнечная искусительница.

И она мягко ему улыбнулась, прижалась чуть теснее и прикрыла глаза. Правда, спустя пару минут тишины снова развернулась лицом к Снежку и тихо спросила:

— Скажи, а ты… хочешь меня?

— Что за глупый вопрос? — сонно ответил Авер.

— Просто… — проговорила, замявшись. — Пока получается, что я тебя нагло домогаюсь. А ты, бедняжечка, не знаешь, как спасаться.

— Глупости, Нори, — вздохнул он.

Но уже догадавшись, что она ему не верит, взял ее маленькую ладошку и бесцеремонно опустил на свой пах поверх ткани трусов, где имелось наглядное подтверждение всей силы его желания.

— Чувствуешь? — спросил с лёгким вызовом.

— Д…да, — неожиданно хрипло ответила Янорина. Она никак не ожидала, что Авер может вот так бесцеремонно продемонстрировать ей собственный напряжённый… очень напряжённый орган.

— Смущена? — хмыкнул он, уже и так зная ответ. — Что ты вообще знаешь о сексе? А, юная совратительница?

— Много чего, — ответила она, отнимая свою руку от… столь горячей части его тела. — Но только в теории. Практики, как ты понимаешь, у меня не было.

— И ты так откровенно желаешь получить её со мной?

— Да.

— Почему? Ответь, Нори, чем я заслужил такую высокую честь?

— А что это изменит? — с болью в голосе спросила принцесса. — Ты ведь всё равно не позволишь себе лишнего.

— И всё же, скажи мне правду? И тогда, может быть, я найду способ исполнить твоё желание.

После этих слов Янорина повернулась к нему так резко, насколько это вообще было возможно в таком положении.

— Ты серьёзно?

— Да, — ответил с самоуверенной улыбкой. — У меня даже есть по этому поводу кое-какие мысли. Но для начала скажи, детка…

Но ответом ему было молчание. Нори явно не собиралась ничего пояснять. А Авердим ждал… Ему казалось, что сейчас она обдумает свои слова и скажет, наконец, в чём причина этого её столь неожиданного, но крайне приятного для него желания. Но та не спешила ничего говорить.

Так они и уснули. Он — в ожидании ответа, а она — просто так и не решившись признаться. А может, просто не поверила, что её признание сможет хоть что-то изменить в их сложной, почти безвыходной ситуации.

Глава 20

Отказ, приглашение и недопонимание

Первое заседание Большого Совета не принесло никаких результатов. Несколько часов Эверио и два его помощника в красках описывали собравшимся старейшинам все нюансы сложившейся напряжённой ситуации. Было много сказано и об Алтере с его приспешниками, и о «Чёрном тритоне». Ну и конечно, отдельной темой для обсуждения стали пропавшие мастера. Вот только все те варианты выхода из положения, что предлагал Рио, Советом были отклонены даже без обсуждений.

Наблюдая за происходящим на заседании, Дим невольно пришёл к мысли, что причины раскола в обществе земных недомагов заключаются именно в нежелании их правителей что-то менять. Казалось, их устраивает жить изолировано, никак не пересекаясь с людьми. Они не хотели выходить из тени, не собирались думать о возможных вариантах сотрудничества с исконными жителями этой планеты. И уж тем более даже не допускали мысли о том, чтобы перестать скрывать существование своей расы.

Эверио искренне пытался донести до старейшин, что невозможно прятаться бесконечно. Старался убедить их, что они сами связывают ему руки, что если так будет продолжаться и дальше, то все молодые мастера, едва закончив обучение использованию и преобразованию энергий, начнут покидать родные города и уходить к людям. Но слышать его не желали.

На предложение Димария открыть дополнительный коридор для связи с Аргаллой Совет старейшин почти единогласно ответил отказом. Некоторые утверждали, что это опасно для Земли, другие опасались того, что многие молодые эргонцы, даже не начавшие осваивать собственный дар, ринутся в другой мир. Одним словом, после сегодняшнего Совета и у Дима, и у Эверио, настроение было крайне паршивым.

— Я даже не знаю, как теперь правильнее поступить, — рассуждал вслух Димарий, сидя в кресле в кабинете Рио и разглядывая, как в бокале с коньяком в его руках отражаются языки пламени из горящего рядом камина. — С одной стороны, мне отказали, и правильнее просто отправиться домой. Но с другой, я чувствую, что это ещё не конец.

— Не конец, — подтвердил сидящий напротив Эверио. — И знаешь почему? Я не брошу тех, кого сейчас удерживает на своей базе «Тритон». И если для этого мне придётся пойти против Совета… Что ж… Значит, так тому и быть. Связь с твоим миром тоже нужно укреплять, это понимают все, кроме наших дорогих старейшин. Даже мой отец готов разрешить открытие портала здесь, в Северном Доме. И я не сомневаюсь, что он своё позволение тебе даст, просто наплевав на решение Совета. Но знаешь, что хуже всего? Из-за упрямства и чрезмерной консервативности глав наших городов мы теряем драгоценное время. А это так оставлять нельзя.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался молчавший до этого Литсери. — Проигнорировать решение Совета и открыто выступить против «Тритона»?

— Почти, — уклончиво бросил Рио. — Есть у меня парочка мыслей по этому поводу. Но с вашего позволения, я пока оставлю их при себе.

После этого разговора Димарий почти успокоился. Почти поверил, что если уж Рио настроен настолько решительно, то всё точно будет хорошо. И пропавших мастеров удастся вернуть, и об открытии межмирового коридора договориться. И сейчас он неспешно шёл по укутанному тьмой сонному эргонскому городу в направлении дома, где их поселили, и размышлял об устаревшем устройстве в местном обществе недомагов. Литсери шагал рядом и тоже думал о своём. Вокруг было темно и совершенно тихо. Даже слишком тихо…