"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 862

Я молчала, терпеливо выслушивая словоизлияния подруги. На самом деле мне оказалось нечего ей ответить. Хотя правда была бы здесь только одна – я сама еще до конца не осознала, что скоро Димарий Аркелир станет моим мужем.

– И про отца ни словом не обмолвилась! – продолжала возмущаться Нордина, или Янорина, как кому больше нравится. Все равно и так, и этак она остается нашей неугомонной Нори.

– Про отца? – уточнила молчавшая до этого момента Мартиша. Нет, новость о свадьбе для нее тоже стала неожиданностью, но не такой, как для принцессы.

– Да, – всплеснула руками та. – Представляешь, наша Амиша, оказывается, дочь герцога Артарри!

– Внебрачная и незаконнорожденная, – заметила я, почему-то не в силах скрыть улыбку. Все же метания Нори были довольно забавным зрелищем.

– Да какая разница?! – воскликнула она. – Мой брат женится на герцогской дочке. А теперь выяснилось, что эта герцогская дочка – ты. Более того, завтра утром об этом напишут во всех газетах империи. А свадьба… меньше чем через месяц.

На последней фразе ее возмущение закончилось вместе с силами. Она просто присела на стул, стоящий у письменного стола, и, тяжело вздохнув, опустила голову.

– Нам Нид про свадьбу рассказал, – нарушила повисшую тишину Мартиша и посмотрела на меня. – Так что я знала. Все ждала, когда сама об этом заговоришь. Но ты молчала. Наверное, если бы не Нори, то вообще ни слова бы нам не сообщила?

– Марти, я сама пока не верю, – ответила, встречая ее взгляд. – Это все для меня самой слишком неожиданно. И Дим… он ведь все сам решил. В действительности мое мнение роли почти не играло. Я понимаю, что должна была сказать вам, но… не сказала.

– Ладно, Ами, – вздохнула Марти, глядя на меня с сочувствием. – Хуже другое. Ведь скоро вся академия будет в курсе вашей помолвки. Ты хотя бы примерно понимаешь, как изменится отношение к тебе сокурсников? С какой завистью на тебя будут смотреть другие девушки, как начнут общаться преподаватели? Для них ты в одно мгновение превратишься из простолюдинки, пусть и одаренной, в будущую принцессу. Более того, ходят слухи, что император вскоре передаст трон именно Димарию, а не его отцу. То есть ты станешь супругой правителя. Императрицей.

– Боги… – выдохнула я, обессиленно усаживаясь на край своей кровати. – Это ведь…

И замолчала.

Да и что я могла сказать? Что мечтаю прямо сейчас пойти к Диму и заявить, что не выйду за него замуж? И я бы пошла, да только знаю, что будет дальше. Он спросит: «Почему?» А я, как честная девочка, отвечу, что мне просто страшно. Он же лишь усмехнется, назовет трусихой и добавит, что ожидал от меня большего. Думал, что я сильнее и смогу стать достойной женой такому, как он.

В общем, отказ не будет принят. А если будет? Что станет со мной, если Димарий просто кивнет и скажет: «Хорошо, Амиша. Я не могу тебя заставить. Ты свободна»? А завтра во всех газетах страны напишут, что Его Высочество Димарий Аркелир женится на какой-нибудь Незнакомке Незнакомской? Что станет со мной? Смогу ли я вот так просто отказаться от того, кого люблю?

Потому, решительно вскинув голову и гордо расправив плечи, посмотрела на подруг и уверенным тоном заявила:

– Мы справимся. Если не смогу сама, то Дим поможет. Да и вы, надеюсь, не бросите. А все остальное… пыль.

Марти расслабленно выдохнула. Видимо, она действительно переживала за меня, а эти слова ее немного успокоили. А вот Нори вдруг подошла ближе, уселась рядом со мной на кровать и крепко меня обняла.

– Знаешь, Ами, не думаю, что Дим смог бы хоть когда-то найти девушку лучше тебя, – сказала она, довольно улыбнувшись. – И я очень рада, что его женой станешь именно ты.

– Спасибо, – прошептала я искренне.

Наверное, именно в этот момент я окончательно уверила саму себя, что все будет хорошо. Что впереди нас ждет только радость и счастье. И пусть интуиция продолжала кричать о грядущей опасности, а внутренний голос настойчиво умолял спрятаться в каком-нибудь глубоком бункере, я не собиралась сдаваться.

Пусть не ради себя, но ради Дима.

Ради нашего будущего.

Глава 16

Я волновалась.

Точнее, не просто волновалась, а сгорала от переживаний. Дрожала так, будто вокруг стояли дикие морозы. И чем меньше времени оставалось до начала приема в Эрлинском Императорском дворце, тем хуже я себя чувствовала. И даже успокоительные настои в сильно превышенной дозировке не могли меня успокоить.

Не помогали ни уговоры отца, ни заверения тетушки Антагерры, которая по случаю такого события лично встречала меня в столичном особняке Анидара. Хотя если бы не она, я бы и вовсе давно свалилась в самый настоящий обморок.

Кстати, о моей тетке. Ее волосы имели насыщенно-черный цвет, как и у Андамирры. И, несмотря на то что она оказалась на десять лет старше Нида, все равно выглядела его ровесницей. Пока горничная занималась приведением меня в соответствующий вид, Антагерра рассказывала о семье, ну и о себе.

Так я узнала, что уже больше тридцати лет она была замужем за графом Дерино. Причем брак их являлся плодом простого расчета, хотя о муже тетушка говорила с искренним уважением и даже с любовью. В их союзе родились двое сыновей, приходящиеся мне двоюродными братьями. Старшему из них – Гернару – оказалось двадцать девять лет, и он занимал пост третьего помощника министра экономики. А вот младший – Бастиан – выбрал путь военного и в настоящее время нес службу в одном из южных гарнизонов империи.

Вообще Антагерра много чего рассказывала, и эти разговоры все же умудрялись отвлекать меня от мыслей о предстоящем событии. Хотя, если б рядом находился Димарий, я чувствовала бы себя гораздо увереннее и спокойнее. Но, увы, он оказался занят: его, как принца соседней империи, встречали на высшем уровне, да и комнаты ему, как и всей свите, выделили во дворце. Со мной же для охраны в доме Анидара остались только двое парнишек-недомагов самого невзрачного вида, да и те все время сидели в коридоре.

Большая часть дня была занята сборами, купаниями, массажами и прочей белибердой. Одевала меня тоже Антагерра, на пару с двумя горничными. Я же наблюдала за их действиями с искренним сомнением и всеми силами старалась унять предательскую дрожь в руках. На создание прически ушло больше двух часов, на подбор украшений и макияж – почти столько же. Но в итоге когда я во всей красе предстала перед огромным зеркалом, то на несколько минут просто застыла в недоумении. Потому что та леди, которая отражалась в серебристой глади, определенно была настоящей принцессой. В ее внешности удивительным образом сочетались изысканность и простота. Золотые волосы были закручены в игривые кудри и собраны в элегантную прическу. Часть их спускалась по обнаженному плечу, заставляя взгляд стремиться ниже… к декольте.

Пусть оно и не было глубоким, но украшенная кружевом золотистая ткань плотно обтягивала грудь и выгодно подчеркивала каждую линию. А вот юбка оказалась выполнена из изумрудно-зеленого шелка, спадающего волнами до самого пола. Украшалось все это широким поясом, расшитым золотыми нитями, и легким изумрудным болеро. Перчаток данный наряд не предусматривал, так как знакомиться с императором предстояло с открытыми руками… что являлось своеобразной эрлинской традицией.

От помпезного тяжелого колье отказалась наотрез. С горем пополам Антагерра уговорила меня надеть изумрудные серьги, но эта уступка стала единственной. И, глядя на то обилие драгоценностей, что принадлежали роду Артарри и из которых мне пришлось выбирать украшения для вечера, я сразу вспомнила Миркрит. Вот она бы точно не стала упираться по поводу браслетиков и подвесок. Помню, в детстве за ее любовь к разного рода драгоценным камушкам и «блестяшкам» я дразнила ее сорокой. Она же в ответ называла меня деревенщиной и приживалкой, а в конце всегда добавляла, что мне никогда не попасть ни на один бал и что драгоценности созданы для более родовитых особ.

Ох, Мирк… Если бы ты знала тогда, какой метод воспитания изберут твои коварные родственники, то, наверное, сбежала бы сама, прихватив все свои побрякушки. Тогда бы точно не попала в Астор-Холт, не работала бы там поломойкой… и не встретила своего Леониса.