"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 1044

На заседании по делу Миркрит, где Эльнару тоже пришлось присутствовать, его секретарь стоял за спиной, и уже от этого Элю становилось гораздо спокойнее. Принцессе вынесли не самый суровый приговор. По решению судей её пожизненно лишали магии, всех титулов, имущества, и отправляли в ссылку на семь лет, два из которых ей придётся провести, работая в детском приюте при Обители Тишины. Её Высочество выслушала приговор с гордостью, но Эль всё равно заметил, как нервно дрожали её пальцы.

После суда состоялось внеочередное заседание Королевского Совета, куда входили все министры, главы департаментов, трое магов, включая верховного, и ещё несколько человек, чьи должности Элю никто не озвучил. Главной целью этого собрания было объявление короля о намерении сделать своего признанного бастарда кронпринцем. И, как следовало ожидать, эту новость почти все члены Совета приняли в штыки.

Споры шли долго. Нет, решению Его Величества никто прямо не противился, но доводов было высказано много. Эль снова слушал их молча, да и не имел он права отвечать. Все нападки принимал король, а открыто оскорблять его не решался никто из присутствующих. В итоге Эльнара Карильского-Мадели всё-таки решили признать наследником престола. И только потом приступили к обсуждению текущих вопросов повестки дня.

Заседание длилось и длилось, будто его вообще не собирались сегодня заканчивать. Эль нервно поглядывал на часы и пытался найти достойный предлог, чтобы выйти к Мей. Но как назло, вопросы поднимались крайне важные, и любая попытка новоявленного принца покинуть зал была бы сразу расценена, как оскорбление и Совета, и короля, и даже всей Карилии.

Эмбрис бросал на своего бастарда обеспокоенные взгляды, но тоже пока не собирался помогать. Тогда Эльнар решил, что выйдет, как только почувствует первые признаки жжения татуировки. Но минуло два часа, потом два с половиной, три… а знак тёмной магии оставался всё так же спокоен.

Стоило председателю Совета объявить, что заседание закончено, Эль первый поспешил покинуть зал и едва не бегом направился к Мейларе… Точнее, к Саймону. Да, именно к Саймону Белзу.

Секретарь нашёлся в новом кабинете Эльнара в рабочем крыле дворца. Он что-то читал, и выглядел при этом таким задумчивым и сосредоточенным, что обратил внимание на появление Эля, только почувствовав прикосновение к плечу. Да, Мей банально зачиталась, и даже не заметила, что прошло слишком много времени. Вот только поговорить о случившемся они не успели — Эльнара снова вызвали к королю.

В следующий раз со своим секретарём Эль встретился уже перед ужином. Семейным. И предстоящее мероприятие напрягало новоявленного принца едва ли не сильнее всех событий этого сумасшедшего дня. Ведь именно там должно было состояться его знакомство с другими членами королевской семьи. В этот момент Эль искренне позавидовал Мейларе, для которой сегодняшние мучения закончились, и которая могла спокойно поесть в их уютных покоях. А вот самому Элю предстояло как-то пережить ещё одно сражение.

К сожалению, хотя, наверное, всё-таки, к счастью, из всей многочисленной королевской родни на ужин явились только несколько человек: лорд Литар Карильский-Мадели с супругой, кстати, очень милой и приятной женщиной, лорд Дамьен Карильский-Мадели — младший брат короля и… собственно, больше никто. Другие новые родственники приглашение на сегодняшний ужин решили проигнорировать. Хотя, может, у них всех были веские причины не явиться?

Эля пытались вовлечь в разговор, и он даже старался поддерживать беседу, но получалось у него с трудом. Он слишком устал, вымотался, и сейчас ему было уже откровенно плевать, что могут подумать о нём родственники Его Величества. Увы, считать себя частью этой семьи у Эльнара никак не получалось. Да и обстановке за столом явно недоставало семейного уюта.

Потому, когда король разрешил Элю покинуть столовую, тот был только рад. В сопровождении охраны добрался до их с Мей покоев, рухнул на постель и с удивлением осознал, что этот жуткий день закончен.

На этой чудной мысли он на несколько мгновений прикрыл глаза, и, кажется, задремал. Потому что вопрос, заданный смутно знакомым мужским голосом, заставил его вздрогнуть и быстро сесть.

— Что… — растерянно сказал Эльнар, сбрасывая остатки сна.

— Прости, что разбудила, — проговорил тот же голос, и Эль только теперь понял, что это Саймон. Точнее, Мей, которая, кажется, забыла о собственном образе. — Ой. Разбудил. Никак не могу привыкнуть. Путаюсь постоянно.

— Почему ты до сих пор выглядишь так? — спросил Эльнар.

— В образ вхожу, — ответил Саймон, улыбнувшись. — Лорд Амадеу говорит, что мне стоит как можно дольше находиться именно в этом обличии, чтобы лучше научиться разделять себя — девушку и себя — парня.

— Наверное, он прав, но… — Эль посмотрел на своего секретаря и искренне попросил: — Верни мне мою Мей. Пожалуйста.

— Ладно, — кивнул Саймон. Поднялся, поправил пиджак, как-то очень по-женски повёл плечом, нежным плавным движением поправил мешающую прядь у лица и, чуть виляя бёдрами, направился к двери в соседнюю спальню.

Эль наблюдал за его уходом, как за безумно интересным представлением. А когда тот скрылся из вида, принц накрыл лицо руками, упал на кровать и впервые за день широко улыбнулся. Нет, Мей даже в образе молодого мужчины оставалась собой. Милой, непосредственной, простой и вызывающей в нём чувство щемящей нежности. И в этот момент ему так дико захотелось обнять её, прижать к себе, уткнуться в её волосы, втянуть такой родной аромат…

Да уж, кажется, вчера, назвав Мей его любимой девушкой, король был недалёк от истины. Эль ведь, и правда, никогда ничего подобного не испытывал. Его тянуло к Мейларе, как привязанного. Он ощущал дикую потребность постоянно к ней прикасаться и сильно сомневался, что причина в действии татуировки. Мей была его солнцем, его отдушиной, его милой девочкой и настоящим другом. Он доверял ей, он переживал за неё сильнее, чем за себя или кого-либо другого. И что самое главное, Эльнар не представлял, как будет жить, если она вдруг от него отвернётся. Если после избавления от клейма она вдруг решит, что он ей не нужен.

Сегодня они провели порознь больше трёх часов, и ничего не случилось. А что, если своим вчерашним вмешательством Его Величество сумел разрушить связь их татуировок? Что, если теперь история с поделенным напополам клеймом закончена?

Эта мысль Эльнара не обрадовала — совсем наоборот. Он ведь понимал, что когда пропадёт необходимость им постоянно находиться рядом, Мей уйдёт. Покинет дворец, вернётся в академию. Она не останется с ним — у неё просто не будет для этого ни одной причины.

— Не отпущу! — решительно прошептал он, сжав кулаки. — И никому не отдам!

И только приняв это решение, вздохнул легче. Нервно колотящееся сердце немного успокоилось, а в душе появилось ощущение правильности. Да, он всем своим существом желал, чтобы Мей была рядом. Теперь осталось придумать, как воплотить это желание в жизнь, и как сделать, чтобы Мейлара сама захотела остаться.

Честно говоря, выходя сегодня утром из покоев в образе Саймона, я почти не сомневалась, что первый же встречный маг легко раскусит мой маскарад. Но ничего подобного не случилось! Более того, из-за всей той суматохи, охватившей дворец после новости о появлении королевского бастарда, на меня вообще мало кто обращал внимание. Да и кому интересен какой-то секретарь, когда появился новый молодой принц?

Эрик был рядом почти весь день. Он ввёл меня в курс дел, объяснил мои новые обязанности и вручил мне чей-то рукописный конспект по правилам дворцового этикета. У меня даже рабочее место появилось — в кабинете Эля, в деловом крыле дворца, в уголочке располагался стол для его секретаря. То есть даже во время работы нам не придётся находиться в разных помещениях.

День выдался суматошный, непонятный, наполненный суетой и сомнениями. Но вечером, когда Эльнар отправился на ужин со своим новым семейством, а я вернулась в покои, меня снова навестил Эрик и даже изъявил желание разделить со мной трапезу. И честно говоря, сейчас мне была искренне приятна его компания.