"Фантастика 2025-74". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Митчел Оливер - Страница 1110

— Затем, что никакое тело столько алкоголя не выжрет без последствий, — ехидно хмыкнул потерпевший. — Значит, так…

Следующие полчаса брюнет, жалобно поскуливая и всë больше кутаясь в одеяло от озноба, выслушивал обширную, развернутую и прочувствованную лекцию о вреде пьянства для неокрепших мозгов.

— Но ты сам его пи-и-ил! — не выдержал в конце концов бедолага.

— Но не тридцать бутылок за раз, это во-первых. И что позволено взрослому разумному существу, то не позволено молокососу с ветром в башке!

— Я старше тебя! — попробовал возмутиться Джен, но тут же опять с оханьем схватился за виски.

— А твоему телу трое суток! Оно чистое, почти невинное, не вдыхавшее смрада города и не евшее токсинов… хм… тебе, наверное, надо было сначала эти… как их… прививки сделать? И… ржа…

— Пчхи! Ой. — Дженсен передернул плечами, но еще больше закутаться у него просто не выходило.

— Нет-нет-нет, не говори мне, что…Только этого не хватало!!! Где ты шлялся, помимо бара и моей заначки?!

— ПЧХИ! ПЧХИ! А-А-А-АПЧХИ!

— Да чтоб тебя! Нет, погоди, ты ж столько выпил, что у тебя там спирт вместо крови, никакой вирус не выживет! — запаниковал мужчина.

— Холодно… нет, жарко! И голова болит… и горло болит… всë болит! А-а-а-а, сделай что-нибудь! Я щас развоплощусь и…

— …И не видать тебе прядильщика. Второй раз мембрана межреальности тебя не пропустит, — быстро сориентировался Прародитель, останавливая Дженсена.

— Мой прядильщик! — Швей было оживился и даже высунул из одеяла нос. Но тут же сник и заныл: — Хочу моего прядильщика… хочу… он такой… рыжий… я даже код узнал…

— Температура растет на глазах, — мрачно констатировал Прародитель. — И что мне с тобой делать?

— Хочу… — Дженсен аномально быстро уплывал в болезненный бред, и вокруг его тела начали закручиваться воронки развоплощения, — Прядильщика…

— Э-э-э! — всполошился Прародитель. — Не смей! Ах ты ржа… Щас ведь выскользнет, и обратно я его уже не затащу! Столько эпох рже под хвост! Так… надо его заякорить. Эй! Э-эй! Как зовут твоего прядильщика?

— Он рыжий. И громкий. Самец… потому что выпуклый, а не вогнутый… — Речь брюнета становилась всë невнятнее.

— Имя скажи! Нет, не так! Какой у него идентификационный код?

— Имя красивое… красивое имя… Баад Умбрайя-Ганджу.

— Кто?! Эм-м-м… н-да. — Прародитель озадаченно приподнял брови и почесал в затылке. — Даже не знаю, поздравить тебя или посочувствовать… Хотя о чем это я! Для начала тебя надо тут удержать. А Баад… эх, Баад. — Прародитель обратился куда-то в пространство: — Прости, парень, я всё понимаю про свободу воли и даже поддерживаю, но… сейчас тебе придется поработать любимой мамочкой для своего будущего Мастера. Ради спасения этого мира, как бы пафосно это ни звучало.

Мужчина подхватил на руки кокон с иномирным существом в одеяле и открыл телепорт.

— Заодно и другу твоему дело найдется. Не зря ж на нелегального лекаря обучался. А нам в клинику нежелательно…

Глава 5

— Ы-ы-ыхы-хы-хы-хы-кфхы-хы… — Зефирка едва не подавилась печенькой, и ее Топору пришлось отбирать у девушки опасное лакомство.

— Прожуй, потом смейся, — пробухтел он, заботливо поправляя пушистую розовую подушечку с кошачьими мордочками у жены под спиной. — А ты диагностируй нормально, вместо того чтобы байки травить! — напустился он на праправнука, водившего специальным сканером вокруг небольшого, аккуратного Зефиркиного животика.

— Много ты понимаешь, — хмыкнул Эмеичи. — Хорошее настроение мамочки — первый залог правильного развития беременности.

— Ты меня поучи еще детей рожать, — фыркнул Кетцалькоатль. — Закончил?

— Нет еще. — Невозмутимый Ксан что-то переключил в своем приборчике и обратился к Зефирке: — Во-о-от… И представляешь, он ему ящик дорогущего столетнего коньяка припер, а Баад не соблазнился! Это наш Баа-то, для которого бутылка хорошего алкоголя всегда была самым верным напарником и другом.

— Врешь ты всë, — мрачно отозвался из угла рыжий. Он сидел там в кресле, читал новости с голотерминала, гладил Мымрика и изображал недовольного жизнью сыча. — Бессовестно и беспринципно врешь, напарник. Вот кого я себе выбрал в друзья, скажи, Зефирка? Это у них семейное, занудство и моральный садизм.

— Есть такое, — согласилась девушка, — зануды и садисты они те еще. Кекс меня питаться по расписанию заставляет, только представь! Это ж кем надо быть, чтобы выдавать мне печеньки чуть ли не по секундомеру! А уж про то, что их стало в два раза меньше, я вообще молчу!

— Зато новый Мастер рыжика очень веселый, — обрадованно кивнул Ксан. — Компанейский такой парень и с юмором. Спрашивал у нашего Кпинги, кто он, самец или самочка. Это, наверное, прекрасные и длинные рыжие волосы виноваты, если этот герой спьяну принял Баада за девочку, но таки усомнился и решил уточнить, вогнутый он или выпуклый.

— Какой… странный Мастер, — задумался Кетцаль, сразу прокручивая в голове множество вариантов.

— Скорее, какой объемный, — хихикнул Ксан. — В том плане, что спиртного в него явно очень много поместилось. Мужик был пьян в дугу. Я потом в тамбуре телепорта нашел штук семь пустых бутылок из-под того самого коньяка, похоже, этот гость их нечаянно просыпал. Еще бы, начал он явно не у нас под дверью, а гораздо раньше. Это ж надо — столько выжрать и остаться на ногах. Феномен.

— И всë же подозрительно это. Не замечали в нем ничего… несвойственного? — решил уточнить древний.

— Да он весь насквозь подозрительный псих! — вспылил из своего угла Баад. — Пощупать меня пытался, извращенец!

— Кекс вообще про признаки пришельцев говорил, а не про эпатажные телодвижения, — хихикнула Зефирка.

— О! — Ксан задумчиво склонил голову к плечу. — Хм… а ржа его знает… по мне, так обычный пьянчуга, не считая того, что он ушел странным способом.

— Точно! — подскочил в кресле Баад. — Точно же! Надо на него хранителям настучать! Щас я…

— Буду тебе крайне признателен, если ты не станешь этого делать, — раздался вдруг голос из пустоты, и в комнату, игнорируя мгновенно перетекших в боевые стойки потомков, шагнул Прародитель. — Он, конечно, действительно немного пришелец, но поверьте, с нашими врагами ничего общего не имеет. Наоборот, может стать очень ценным союзником.

— Прародитель, — легким кивком поприветствовал его Кетцалькоатль, получив такой же в ответ. — Вы… хм… — Тут его взгляд упал на странную ношу предка жнецов.

— А это что у вас в руках? — Баад, одним местом всегда безошибочно чуявший подставу, подозрительно прищурился на кокон из одеял в руках Прародителя. Пиетета он особого к древнейшему никогда не испытывал, хотя не наглел и не хамил. Просто считал, что тараканы бывают у всех, а тот, кто долго живет, и вовсе тараканью ферму за века успевает накопить. Если же эту ферму не видно сразу, значит, там уже не ферма, а целая империя. И на всякий случай лучше держаться от них подальше.

— Это… хм… ну, можно сказать, предмет вашего разговора, — слегка виновато вздохнул древнейший. — Я совсем забыл про прививки, понимаешь… такая досада. Просто похмелье я бы ему и сам вылечил, а вот букет инфекций… Ксан, будь добр, продиагностируй.

С этими словами Прародитель прошел через всю комнату и… положил на руки окончательно охреневшего Баада сверток со словами: «Подержи минуточку, всё равно твое».

— Он Мастер из дикого мира? Еще один из ваших потомков? Какая у него изначальная спираль? — переключившись в рабочий режим и успокоив пиетет перед предком, начал сыпать вопросами Ксан.

— Нет, это не мой потомок. Это скорее… хм… предок наших с вами общих знакомых из тундры, — избавившись от груза и не обращая внимания на выпученные глаза застывшего рыжика, задумчиво поделился древнейший, устраиваясь в свободном кресле и умильными глазами глядя на коробочку с Зефиркиными печеньками. — Детка, ты же поделишься со стареньким дедушкой?

— Самой мало, — засопела розововолосая, но потом махнула рукой. — Ладно… Кекс, ты должен мне еще коробку! — И хитро-хитро улыбнулась, оценив, что из этой она уже треть сгрызла, а новая будет опять полная.