Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 7

Вскрикнув от тяжёлого блока, девушка ударила врага ногой и резко отдала команду зомби:

— Взять его!

Мертвецы немедленно скрутили нападавшего, прижав его к стенке.

— Сдерите с него доспехи. — скомандовал я.

Обычные люди, возможно, не смогли бы такое, но мертвецы, схватившись вместе, с лязгом разорвали латную броню, возможно, переламав гвардейцу в процессе руки и ноги. Но тот не издал ни звука, лишь яростно сверля меня своими глазами.

Правое плечо этого мужчина посерело, демонстрируя попадание молнии смерти, а сердце не билось: на месте груди был лишь шматок мёртвой плоти. Но даже после двух ударов он был ещё жив, пусть и явно утратил в боеспособности: до чего же хороший мастер жизни…

До сих пор единственным врагом, что мог жить с пробитым сердцем, что мне встречался на Тиале, был мой собственный бывший наставник, сэр Кадоган. Но с другой стороны, как часто мне вообще доводилось встречаться в бою с другими мастерами жизни, подобными ему?

Не слишком часто. Но учитывать возможно подобного точно стоило. Я осмотрел пол, рассматривая кровавые брызги и разводы… И не зря: в одном неприметном месте, где лежали тела убитых первым моим ударом гвардейцев, было несколько букв, явно составлявших какой-то шифр!

Вот ведь каков хитрец, а? Притворился мёртвым, попытался оставить кровью сообщение своим, дав намёк на произошедшее, а потом, когда я поднимал мёртвые тела, вклинился в них, поднялся, и попытался нанести удар!

Неплохо. Но недостаточно хорошо, чтобы остановить меня.

— Будешь служить мне, как новому королю Палеотры? — без особой надежды на успех спросил я.

— Ты ещё не король… — прохрипел гвардеец. — А даже если и станешь…

Гвардеец плюнул мне в лицо, и довольно метко.

Я подошёл к нему и вытер лицо о его красный плащ. Довольно мягкий и качественный, кстати.

— Убейте его. Так, чтобы точно не выжил. — приказал я нежити.

Наблюдать за тем, как зомби рвут наглеца на куски, было бессмысленно. Поэтому я просто вернулся к Киане.

— Сражаться, пожалуй, тебе сегодня больше не стоит. — задумчиво осмотрел усталую девушку я. — Но вот проследить за тем, чтобы больше не осталось вот таких недобитков, однозначно стоит. Справишься?

— Справлюсь, милорд. — обречённо кивнула девушка, устало закинув меч в ножны.

Я уже было направился идти дальше, но звуков битвы рядом больше не было слышно, и краем глаза на миг мне показалось, что Киана порывается что-то сказать… Пожалуй, я даже догадывался, что именно. Разумеется, я бы бессмертен, и удар мечом в спину мне угрожал максимум испорченной одеждой. Но она-то этого не знала. Поэтому, на мгновение остановившись перед уходом, я обернулся и бросил через плечо:

— Спасибо.

Черноволосая просияла, на миг словно открыв второе дыхание и забыв о собственных ранах и усталости.

Как мало порой нужно людям для счастья. Никогда не понимал, что они находят в этих словах…

Я шёл по коридорам дворца — теперь уже, пожалуй, моего собственного дворца. Издалека доносились звуки стычек, но бои уже стихали: похоже, наша взяла, потому что дальше мне встречались уже только трупы слуг и гвардейцев, и моих наёмников. Впрочем… Ещё во дворце были мастера, из числа тех, что не знали об атаке. Стоит справиться о них.

Прикрыв глаза, я сосредоточился, нащупывая незримые нити, что связывали мою душу со всеми высшими созданиями искусства смерти. Требовалось немного времени, чтобы найти нужную, но вскоре искорёженное, безглазое создание напоминавшее что-то среднее между обезьяной и человеком, с большими окровавленными чёрными когтями и чёрными склизкими щупальцами на голове замерло передо мной, слегка дрожа.

— Как твоя задача? — осведомился я.

— Глазоед разрывать бурдюки с силой, как приказал хозяина. — с лёгкими шипящими нотками ответило существо, заискивающе направив на меня слепую морду и ощерившись острыми белыми зубами.

— Сколько ещё осталось? Как много ты чувствуешь в замке, помимо наших? — уточнил я.

— Кроме чёрных слуг хозяина и двух красных бурдюков больше никого нет . Глазоед разорвать всех, как и приказывать хозяина. — зашепелявил уродец.

Всех? Интересно…

Во дворце было не меньше двух десятков высокопоставленных мастеров: гости короля Палеотры на празднестве. Может и ещё были, всех я не подмечал…

Не прошло и часа с момента атаки. Наше нападение было решительным, скоротечным, стремительным… И моё создание вырезало их всех? Конечно, у него был эффект неожиданности, но всё же — двадцать меньше чем за час?

Я ожидал, что он убьёт парочку, и умрёт. Только ради этого глазоеда и привезли в Палеотру: мой план предусматривал убийство гостей короля, чтобы не оставить ни единого свидетеля. Надо же было пристроить куда-то беднягу, прикинуть, что было сделано не так… Но, возможно, я поторопился считать это создание неудачным экспериментом.

— Точно всех? Не обманываешь? — грозно посмотрел на глазоеда я.

Существо мелко затряслось в ужасе под моим пристальным взглядом.

— Глазоед бы не посмел обмануть хозяина. Глазоед сохранил глазки для хозяина, хотя очень хотел оставить их себе.

Отвратительные чёрные щупальца на голове создания расступились, открывая складки мерзкой, склизкой чёрной кожи. В них прятались окровавленные человеческие глаза.

— Раз - пара глаз, два - лакомка враз, три - для хозяина сохрани… — Существо забормотало считалочку, ловко доставая щупальцами из складок кожи новые и новые глаза, и раскладывая их на полу перед собой и считая.

Он выложил разнообразных двадцать семь пар… И по меньшей мере треть из них светилось от переполняющей их силы, постепенно затухая.

Выходит, он убил мастеров прямо в момент того, как те пытались применить один из ударов, защищаясь? А затем вырвал глаза - почти мгновенно, да ещё и сохранив в них часть энергии? Я придирчиво осмотрел существо, но не обнаружил на нём каких-то повреждений.

— Они не ранили тебя? — наконец, осведомился я.

— Глазоед бил первым. — лаконично ответило существо.

— Молодец. — улыбнулся я.

А затем я без тени сомнения запустил руку в склизкие, похожие на осьминожьи щупальца и потрепал существо по голове. Слегка шершавые на ощупь, на поверку его дополнительные конечности оказались длиннее, чем я ожидал, и заметно прочнее.

Глазоед мелко задрожал от моих прикосновений, но не от страха - он словно впал в какой-то экстаз, забыв даже о разложенных глазах, на которые смотрел с явно плотоядными намерениями.