Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 68

— Ну, моё точно не отравлено. — криво усмехнулся король, поднявшись.

Некоторое время владыка влиятельнейшего из королевств копался в порубленном на куски мусоре, а затем выудил оттуда искомое письмо, которое чудом уцелело в этом погроме. А затем молча вручил его Этериасу. Верховный иерарх с лёгкой опаской взял письмо, словно это была ядовитая змея, и внимательно вчитался в строки.

Его Величеству, благословенному владыке и королю Ренегона Кормиру II.

Знайте, если вы читаете это письмо, значит, я уже мёртв. Я пишу его с надеждой, что никому и никогда не придётся его читать, но если судьба распорядилась иначе, то пусть оно послужит вам предупреждением о грядущих событиях, что, несомненно, принесут боль и ужас в наши королевства. Незадолго до написания это письма я стал свидетелем ужасающих, вселяющих ужас в душу любого из рыцарей людей событий, жестокости и безжалостности которых нет и не может быть оправдания. И главной причиной и виновником этих событий является мой родной ученик, сэр Горд, рыцарь ордена странников и король славных земель Ганатры. Мне сложно сказать, что толкнуло его на подобный путь. Была ли в этом моя вина? Оказался ли я настолько ужасным наставником? Или, быть может, зло дремало в нём с самого рождения, а я оказался слишком слеп, чтобы разглядеть его в нём? А может, то было вмешательство иных сил за гранью нашего воображения, что превратили его в чудовище? Я не знаю ответа, но знаю, что чудовище, в которое превратился мой бывший ученик должно быть остановлено. Я видел, как по его приказу похищают людей, что бесследно пропадают. Я видел, как он без единого колебания убивал и отдавал приказы убивать и разрушать. Я был свидетелем неведомого, но чудовищного мистического ритуала, в котором принесли в жертву тысячи людей по его приказу: и действо это было столь ужасающим, что даже северные варвары, кои, согласно воззрениям жителей Арса невероятно жестоки к нам, людям, были в страхе от этого. Как долго это продолжается? И как много чудовищных преступлений осталось скрыто от моего взора, ослеплённого любовью к ученику? Я не знаю ответа, но знаю, что как рыцарь людей я обязан положить этому конец, даже если это значит убить другого человека. И хотя я не уверен, осталось ли в чёрном сердце моего ученика хоть что-то человеческое, я твёрдо знаю, что там осталось желание власти. Оно было в нём давно, с самого начала: и пусть желание рыцаря стать достойным лордом или даже королём никогда не было пороком, я уверен, его желание простирается куда дальше. Нет, мой бывший ученик хочет большего, чем быть просто королём. Он хочет властвовать над всем королевствами, и, быть может, даже больше. Если вы читаете это письмо, значит, я провалился и не смог убить своего бывшего ученика. Я хотел сделать это втайне, секретно, дабы никто никогда не узнал, как низко могут пасть даже величайшие из рыцарей, и как чудовищно жестоки бываем мы, люди. Я знаю, мне, как воспитавшему подобное чудовище, нет и не может быть прощения, но молю вас: ради вашего же собственного блага и блага всех людей в королевствах вы должны остановить то чудовище, в которое превратился король Горд. Сим письмом я также лишаю его рыцарского достоинства и членства в ордене странствующих рыцарей, как магистр, и призываю каждого человека в королевствах, благородного или нет, любыми способами остановить его, чтобы раз и навсегда положить конец его преступлениям. Я оставлю это письмо вернейшему из своих воинов, что я знаю, и пошлю копию к верховному иерарху церкви, дабы быть уверенным, что оно точно достигнет адресата.

Кадоган Бессмертный, магистр ордена странников.

Письмо выпало из рук верховного иерарха, едва он дочитал его.

— Это же значит…

— Это значит, что я убил невинного человека. Возможно, вернейшего из рыцарей, что я когда-либо знал. Героя, что просто выполнял приказ. — мрачно кивнул Кормир II. — И что мы устроили ловушку там, где нужно было просто дать аудиенцию. Добро пожаловать в клуб чувства вины.

Король, пошатываясь, подошёл к разрубленному на части и залитому дорогущими напитками шкафу, и, слегка покопавшись там, достал уцелевшую бутылку. Приложившись к ней, он протянул её другу. Этериас лишь мрачно последовал его примеру, вытерев губы рукавом.

— Мы не могли знать… Учитывая, что случилось в Палеотре…

— Конечно, не могли. — покладисто согласился король. — Посмотри на пожар за окном. Стало легче?

Глава церкви бросил взгляд на пылающий огонь. Легче не стало. Затем волшебник решительно снял с плеча сумку и вскрыл собственное письмо.

— Копия. — со вздохом сказал он. — Только для меня лично…

— Если у тебя есть дельные предложения, с чего нам начать разгребать это дерьмо, я тебя слушаю. Потому что у меня не идей. — вздохнул король.

— Несмотря на всю серьёзность ситуации, мы должны рассматривать вариант, что письмо — подделка. — нахмурился Этериас.

— Ты хватаешься за соломинку, но ты прав. — невесело кивнул владыка Ренегона. — Здесь печать магистра странников, я её знаю. Может, её и подделали, кто знает. Ещё идеи?

— Мы должны выждать. Послать шпионов, проследить за тем, как он себя ведёт. Обвинения очень серьёзные. — слегка подумав, предложил волшебник. — Всё это пугающее напоминает правду, конечно. Тогда и события в Палеотре смотрятся по-другому. Ведь тогда, выходит, что он просто захватил там власть, верно? Сперва Арс, затем Палеотра…

— Теперь Таллистрия. — понимающе кивнул король. — Да, ты прав, это выглядит как сложившаяся мозаика. Кто знает, может, и за убийство иерархов стоит он?

Этериас замер.

— Это не приходило мне в голову. — прищурился волшебник. — Не думаешь, что валить все преступления в королевствах на одного злодея плохая идея?

— Не факт, что он действует один. — пожал плечами король. — Но, так или иначе, мы выясним это. Скрывать подобное вечно никто не сможет, тем более, когда мы будем внимательно смотреть. Допустим, вы убедились, что обвинения правдивы, и король Горд — безумец, человек с чернейшим в мире сердцем. Что дальше?

— Я арестую его. — пожал плечами Этериас. — Это нарушает законы, неоднократно поддерживаемые всеми королями на конклаве. Будем судить его и лишим короны.

— Как же ты наивен. — покачал головой Кормир II. — Человек такого склада просто не даст себя арестовать. Он порубит на куски тех, кто придёт это сделать, а потом объявит нам войну. А у него уже три королевства… Даже нам может не хватить сил победить.

Волшебник растерянно застыл на месте, осознавая правоту своего друга.

— Но… Что нам тогда с ним делать? Если мы не можем просто взять и арестовать его... А ведь он вдобавок король, и одно письмо может быть недостаточным доказательством. Но не оставлять же всё как есть!

— Соберём конклав королей. — слегка поразмыслив, принял решение владыка Ренегона. — Напишем письма другим королям, от нас обоих. Будем настаивать на полной секретности, соберёмся тайно. На это моего влияния ещё должно хватить. Покажем им письма, убедим поддержать нас. А затем, вместе издадим указ об аресте и пошлём десяток-другой мастеров, чтобы арестовать его. Подготовим отряд заранее.