Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 53

— Меня зовут Лилия Тофотенская, Ваше Величество. — уважительно поклонилась мне герцогиня.

— Я слышал, герцогством Тофотена правит старуха. — приподнял бровь я.

— Это была моя бабушка. Она, как и моя мать, погибли за те годы, что прошли после торгового эмбарго. Мне пришлось уйти из гвардии, чтобы взять руководство над своими землями. — сухо, словно отчитываясь, просветила меня женщина.

Значит, из гвардии Таллистрии. И наверняка не из последних чинов: всё-таки, наследница герцогства. Интересно. Я задумчиво потёр подбородок, сидя за своим столом.

— Как ваше герцогство, леди Лилия? — поинтересовался я, ведя светскую беседу.

В глазах женщины отразилась усталая обречённость. Но сказала, она, впрочем, другое.

— Живём как можем, Ваше Величество.

— Рад за вас. — добродушно кивнул я. — Зачем же вам потребовался разговор со мной?

Герцогиня шумно вздохнула, словно решаясь на что-то. А затем просто сказала:

— Я пришла просить о вашей милости, Ваше Величество.

Интересно. Конечно, я догадывался, чего она хочет, но всё же…

— И какого рода? — невозмутимо осведомился я.

— Любого рода. — бухнула, словно отрезав, Лилия. — Если вы вновь объявите эмбарго, а затем по моим землям пройдёт ваша армия, герцогство перестанет существовать. Буквально. Я люблю своих людей, не хочу их смерти, и готова пойти на всё, чтобы это предотвратить.

— Бывают ситуации, где мы бессильны предотвратить что-то. — развёл руками я. — Мне тоже доводилось терять людей. — Но я всё ещё не слышу вашего предложения.

— Всё что угодно, ради жизни людей моего герцогства. — прямо посмотрела мне в глаза женщина.

Пару минут я сверлил её самым убийственным из своих взглядов, но, похоже, эта леди была не чета даже королеве. Она даже не дрогнула.

— Вы сможете обеспечить моей армии отсутствие стычек с таллистрийскими воительницам на пути к Виталии? — прямо спросил я.

Лилия хлопнула глазами, посмотрев на меня с удивлением. А затем внезапно громко рассмеялась, запрокинув голову. Впрочем, она мгновенно взяла себя в руки:

— Простите, Ваше Величество. Я не хотел проявить неуважение. Просто, очень странно, что вы об этом спрашиваете. Даже смешно. Я думаю, вам не придётся прилагать больших усилий для этого. А скорее даже вообще не придётся прилагать какие-либо усилия. Под королевой давно шатается трон, и восточные герцогства были её последней поддержкой. Но после случившегося в столице… Поверьте мне, никто не хочет умирать из-за того, что одна спесивая сука отказала самому желанному жениху в королевствах.

— Давно шатается трон? — настала моя очередь удивляться. — Мои люди ничего подобного не докладывали…

— Мы умеем хранить секреты, Ваше Величество — пожала плечами Лилия. — Но среди высшей аристократии это давно не секрет. Западные герцогства давно точат зубы на корону, и будь мои земли в лучшем состоянии, я бы и сама могла попробовать.

— Вы же служили в гвардии, верно? — прищурился я. — Значит, должны быть верны королеве, разве нет?

— Так и было. — спокойно кивнула герцогиня. — До тех пор, пока я не вернулась домой из-за смерти матери, и внезапно не выяснилось, что в отличие от моей соседки, моему герцогству никто не будет выделять никакой помощи в трудные времена. Если корона бросает моих людей, почему я должна хранить ей верность? Возможно, будь у нас поддержка, десятки деревень удалось бы сохранить целыми. На руках Меллистрии кровь сотен моих людей. Я полагаю, она просто решила, что нет смысла выделять средства на и так верное герцогство, а лучше пересмотреть приоритеты и направить финансы на то, чтобы усмирить более непокорные. Поэтому я тоже пересмотрела свои взгляды на то, достойна ли Меллистрия быть королевой, и это было задолго до того, как вы прибыли в Виталию. Я никого не предаю здесь и сейчас. Лишь исполняю свой долг перед своими людьми.

Она смотрела на меня прямо и открыто, непреклонная и решительная, и, похоже, действительно верила в свои слова. Если так подумать, не так уж и много она хочет…

Я встал из-за стола и отвернулся, сцепив руки за спиной.

— Думаю, мы можем договориться. Моё предложение простое: вы получаете мою милость в обмен на верность вашего рода.

— Вы хотите, чтобы моё герцогство стало частью Палеотры? — уточнила Лилия, и я не почувствовал в её голосе какого-то негатива по этому поводу.

— Не обязательно. — слегка качнул головой я. — Мне достаточно лишь верности. Границы не имеют большого значения. Вы согласны?

— Я согласна. — не стала ломаться герцогиня. — Потребуются ваши регалии, чтобы принести клятву…

— В этом нет необходимости. — отказался я. — Уверен, вы давали клятву Меллистрии, и что? Теперь, когда вы сочли её недостойной, можете делать все хотите? Клятвы подобного рода ненадёжны. Я же хочу вашей верности в любой ситуации, независимо от грядущих обстоятельств. Такова моя цена. И мне не нужны никакие клятвы, достаточно вашего слова. Выбирайте. Действительно ли вы готовы ради своих людей на ВСЁ?

Она не ответила сразу, и я не мешал герцогине размышлять. Но решительности ей было не занимать: спустя всего пару минут, что-то для себя обдумав, Лилия Тофотенская просто сказала:

— Я в вашем распоряжении, милорд.

— Хорошо, что мы договорились. — кивнул я, поворачиваясь к ней. — Но знаете, Лилия… Мы ведь знакомы совсем немного. А мне последнее время совершенно не везло с рыжими женщинами, и принцесса была отнюдь не первой. Уж простите меня, я испытываю к вам лёгкое предубеждение по этому поводу. — виновато развёл я руками. — Как мне определить, могу ли я на самом деле вам доверять?

Несколько секунд время воительница смотрела на меня непонимающим взглядом. А потом она заметила мой недвусмысленный взгляд, и поняла намёк.

Чёткими, привычными и отточенными движениями герцогиня Тофотена принялась снимать с себя доспехи, просто бросая их на пол. Сперва шлем, затем перчатки, латные сапоги, поножи… В этом не было и грамма эротики: я бы не назвал это стриптизом даже с большой натяжкой. Под латным доспехом оказалась перетянутая поддоспешником небольшая грудь, и вскоре передо мной стояла обнажённая женщина. Последним штрихом Лилия распустила свою причёску, и на плечи спустился водопад ярко-рыжих, слегка волнистых волос.

Пожалуй, вот она действительно была натуральной амазонкой. Литые, тугие мышцы, но не культуристки — скорее гибкой, ловкой и сильной воительницы. За собой женщина явно следила, во всех смыслах: никаких лишних волос. Но вот почти все её тело было испещрённое множеством белых, но отчётливо заметных шрамов и рубцов.

— Я слышал, в Таллистрии лучшие целители. — задумчиво окинул я взглядом обнажённую воительницу. — Они не могут свести шрамы?