Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 529

Странным образом эти существа, похоже, умели оценивать уровень угрозы - но не понимали моего бессмертия. Они действительно имели неплохие шансы разорвать и сожрать даже очень могущественного мага смерти вроде меня - и потому нападали ранее. Но так же они умели чувствовать и божественность - и теперь не смели нападать, понимая, что силы неравны.

– Я хочу, чтобы вы убили человека, которому принадлежит эта кровь. – прошелестел мой голос, пока я отворял колбу с кровью. – Платой будет его жизнь, душа, а также жизнь и душа всех жителей королевства, в котором он находится - вы можете взять столько, сколько сможете.

Одна из теней, что была чуть крупнее других, выдвинулась вперед, замирая передо мной. Зияющий чернотой провал словно потек, образуя странную, изогнутую руку, состоящую из мрака. Колба с кровью вылетела из моей руки, подлетай к его - но не касаясь тени. Кровь медленно поднялась вверх, тонкими потоками разделяясь между тенями.

– Мы согласны.

Бестелесный голос демона звучал не в воздухе - но в разуме. Я усилием воли сжег несколько ритуальных линий на полу, отворяя барьеры - а затем тени исчезли, смазанным вихрем проносясь по залу направляясь к выходу.

– Разумно ли было отпускать их вот так, милорд? – покачал головой лич. – Мы ещё слишком мало знаем о демонологии… Что если они наберут слишком много сил?

– Демону сложно находиться внутри такого мира как наш. Пока не знаю почему, может, энергетика мира влияет, а может какая-то божественная защита. – покачал я головой. – Я немного укрепил их ритуалом, но маловероятно, что они сумеют продержаться здесь дольше, чем несколько дней. Добраться до предателя и устроить бойню они сумеют - но затем их вышвырнет. Куда больше меня интересует тот факт, что они не напали на меня. Даже не попытались пробить барьеры. Похоже, и в самом деле чувствуют божественность, иного объяснения у меня нет.

– Мне не по себе от этих тварей. – хмуро произнес Улос. – Надо брать демонов послабее и проводить много экспериментов. Текущими эффективными барьерами владеете только вы, и к тому же, богиню смерти они всё равно не удержали.

– На это у нас будет время. – кивнул я. – Прикажи разведке проверить, как обстоят дела в Ниоре - будем следить за событиями. А в остальном… Займемся стратегией и божественность. У нас осталось не так уж много времени для последней встрече.

Мы вернулись к картам - и пересчету сил. На слухи я решил никак не реагировать - много чести для базарных болтунов. Но восстание полыхало с огромной силой, словно специально пытаясь разбить наши силы на множество частей. Не скажу, что мы не справлялись - нежити у нас всё ещё было столько, что можно трижды завоевать королевства - но всё же…

Я ненадолго задумался, не в этом ли состоит план Этериаса - бросить в мясорубку как можно больше солдат, чтобы оттянуть наши силы. Или, может быть, он наоборот, хочет чтобы я так думал, и стянул побольше сил и высшей нежити к битве - чтобы накрыть их всех каким-то оружием массового поражения?

Немного подумав, я решил учесть всё переменные. Не слишком оголяя фронт подавления восстания, мы с Улосом собрали армию общим числом примерно в миллион солдат - состоящую, по большей части, из нежити.

– Не будем слишком уж усиливаться живыми. – приказал я. – Если армию накроет какой-то массовой магией - будет жаль потерять сторонников. Так что с собой я никого не возьму. Однако возьму связные амулеты. Подготовь отдельный ударный корпус, а лучше два или три, в дне пути от места битвы - пусть следуют за армией в некотором отдалении. Если я сломаю амулеты, пусть выдвигаются - прикроют меня и выдернут из плена в случае необходимости. Такой исход маловероятен - но на всякий случай подстрахуемся.

– Разумно ли это, милорд? – возразил Улос. – Отправляться в бой лично. – Может, лучше снимем с фронта всех мастеров и соберем ударный корпус волшебников? Он всё-таки не бессмертный, в отличие от вас.

Я помолчал немного, вспоминая прошлое. И ответил:

– Нет. Сколько раз эта тварь выживала в битвах? Я посылал за ним убийц, посылал за ним армию, сражался с ним лично, проклятье, он даже убил Грицелиуса… И каждый раз это словно бы делало его сильнее, заставляя рвать жилы для своего выживания вновь и вновь. Мы сами выковали своего главного врага, Улос. Закалили его в битвах и магии, превратили из священника-бюрократа с неплохим магическим даром - в одного из лучших боевых магов среди людей. Нет, пусть мы встретимся с ним вновь. Армии вокруг - что моя, что его, всего лишь мишура, я уверен, мы просто разменяем их друг на друга. Но он потеряет лучших сторонников - а я нежить, которую легко заменить. Всё решиться в нашей дуэли, так или иначе. Сила против силы, магия против магии. Но, чтобы он не придумал, мне нет равных на поле боя в этом мире. Я убил богиню смерти… А он всего лишь человек. Единственный способ, которым он может победить - это если я сам подставлюсь и попаду в какую-то ловушку. Именно на этот маловероятный случай мне и нужен резерв. Мы закончим всё здесь и сейчас. Он сказал, что не будет убегать в этот раз… И знаешь, я верю в это. Он поставил на это восстание всё - и если он сбежит в очередной раз, ему никогда больше не удастся собрать новое. А вот послав вместо себя армию, которую он уничтожит, мы, напротив, создадим миф о том, что я боюсь его. И тогда у него будет реальный шанс переломить исход войны - слишком много скрытых врагов мы не успели уничтожить, слишком мало времени прошло.

Оставшееся время до последнего рандеву я потратил на то, чтобы освоить и познать божественную силу. Увы, я так и не стал богом в полной мере этого слова - память Иссаи четко утверждала что боги и высшие духи являются в большей степени существами из энергии, чем плоти - я же всё ещё был достаточно сильно привязан к своему телу. Я определенно стал крепче, сильнее, и выносливее, превосходя, вероятно, даже сильнейший королей по своим параметрам - но это были мелочи, которые не имели особого значения.

Божественная сила, что текла по моей душе, была поистине высшей магией. Её было немного - по крайней мере, каких-то масштабных чудес мне удавалось создать на одной лишь чистой воле. Но в остальном… Этой силе словно не было предела.

Сперва мне казалось, что я получил нечто вроде ядра и резерва - своеобразного источника божественной магии, который сам собой восполняется. Но дальнейшая практика показала, что это ошибочная иллюзия, которую мое сознание сформировало в основном по-привычке, пытаясь познать непознаваемое.

Никакого ядра и резерва не было. Была лишь странная, непонятно откуда берущаяся, весьма и весьма высокоуровневая энергия и сила, которая пронизывала меня, кажется, на всех известных уровнях мироздания находясь везде - в крови, в энергии, в душе и разуме…

И даже более того - старые образцы крови, которые я когда-то раздавал культистам, тоже были пронизаны слабым флером божественности! Хотя эта кровь определенно была взята до того, как сам я получил божественность!

Подобная метафизика совершенно сбивала меня с толку. Выделить и кристаллизировать чистую божественность у меня сходу не получилось - зато разного рода артефакты получались великолепные. Рабочей теорией было то, что божественность представляет собой некоего рода фильтр для разнообразных энергетических течений вселенной - и что каждый бог, в некоторой степени, представляет из собой духовную машину по переработке более слабых и низкоуровневых концепций в чистую, высококонцентрированную силу определенного спектра.

Память Иссаи вопрос не прояснила - богиня смерти была скорее практиком, а не теоретиком. Будучи духом природы, она собирала силу примерно так же, как живой маг природы - собирая её рассеянных излишков, что оставляет живая природа. Став инструментом смерти - получала усиление от убийств, смертей и разрушения. Природы этого механизма она не знала, не понимая, как вообще стала богиней.

Иногда мне казалось, что я ограничен масштабом. А иногда наоборот - в одном из экспериментов по укреплению разума я случайно вызвал головные боли у полумиллионого населения столицы. Порою казалось, что я ограничен усталостью собственной души, и у меня не получалось сотворить что-то подходящее дни подряд - а потом оказывалось, что, вроде бы, усталый и истощенный я выдаю вещь, на которую в десятках прошлых экспериментов не хватало сил, даже будучи полностью отдохнувшим.