Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 293

Мы не успели отъехать далеко от деревни, как над отрядом мелькнула гигантская тень. Сделав резкий поворот, гигантский красный дракон вонзил когти в землю передо мной с такой силой и скоростью, что земля задрожала, будто случилось небольшое землетрясение. Я едва успел остановить свою химеру, чтобы не врезаться в него.

К моему лёгкому удивлению, он не излучал угрозы. Но это было логично: в ином случае дракон мог бы легко накрыть нас своим дыханием на марше, ведь создать разведчиков я банально не успел.

Он был огромен. Настоящий титан среди драконов, вне всяких сомнений. Если Латризмагиус был размером с неплохой дом или особняк, то этот выглядел так, будто мог перекусить лазурного дракона пополам, как небольшую ящерицу. Я даже задумался, за счёт какой магии его вообще земля держит: такая туша должна проваливаться куда глубже, по крайней мере, на первый взгляд.

Порывов ветра, которые использовали мастера Тиала для левитации, рядом не было. Либо дракон намного легче чем кажется, либо владеет чем-то вроде гравитационной магии.

Пока я размышлял, дракон окинул взглядом наш отряд, подняв голову, и, слегка задержав внимание на деревне, что пылала за нашими спинами, заговорил:

— Я - Алай. — пророкотал дракон. — Лорд Истинного Пламени, третий из совета драконов. Воительницы, что разбили твою армию недавно, мои Алайсиаги.

Я легко прищурился, окидывая дракона взглядом. Долгое общение с Латризмагиусом приучило меня к тому, что дракон использовал странную, но достаточно удобную и незаметную форму ментального общения.

Но в этот раз было иначе. Дракон и в самом деле говорил, и воздух дрожал от его голоса. Если бы не лёгкий рокочущий акцент, пожалуй, и от человека не отличишь… Сюрреалистичное зрелище: туша размером с небольшой замок и голос человека. В словах дракона не было угрозы, но если я что и понял, общаясь с лазурным драконом, так это то, что драконы могут быть крайне непредсказуемы.

Дракон терпеливо смотрел на меня не отводя взгляда, но я чувствовал его силу: бушующее, безжалостное ревущее пламя. Даже Грицелиус не ощущался так… Он был словно вулкан, готовый в один миг взорваться, заливая мили вокруг пламенем.

В другое время, возможно, я бы попытал свои силы, чтобы прикончить подобную тварь. Но сейчас я был слаб, истощён, и ещё не оправился от прошлого поражения. А рядом были лучшие из моих людей, что могут и не пережить этот бой… Поэтому стоит попробовать дипломатию.

— Горд. — коротко представился я.

В ярко-оранжевых глазах дракона появилось лёгкое любопытство. Он слегка наклонил голову, разглядывая меня повнимательнее.

— И всё? — огромная зубастая морда придвинулась чуть ближе.

— Каждый в королевствах слышал моё имя. — пожал плечами я. — Обычно мне не требуется называть даже его. Зачем ты здесь, дракон? Явился закончить то, что твои слуги не смогли?

Я сделал незаметный жест, приказав своим людям медленно расходиться в стороны. Однако от дракона, похоже, это не ускользнуло. С невероятной, ошеломляющей для такой тушей скоростью Алай распахнул полную зубов пасть…

Он заревел на меня с такой силой, что я едва не упал с коня. Культисты повалились на землю, схватившись за уши, а у меня лопнули барабанные перепонки.

Где-то в глубине его глаз, всего за миг до того, как дракон распахнул свою пасть, я увидел: это не атака. В них не было агрессии. И потому я не шелохнулся, вцепившись в загривок химеры.

Дракон закрыл пасть, и я медленно поднёс руку и ушам, из которых текла кровь, а затем, внутреннее вздохнув, потянулся к бессмертию, закрывая раны.

— Если это всё, что ты хотел сказать, будь так любезен, освободи дорогу. Или сражайся. — бросил я, спрыгивая с химеры и подходя ближе, почти в упор.

Лорд истинного пламени некоторое время молчал, разглядывая меня с интересом.

— Грань между отвагой и безумием тонка. — наконец, заговорил дракон, удовлетворённый проверкой. — Но я здесь не затем, чтобы сражаться. — Та битва… Я не отдавал приказа вмешиваться в вашу войну, а патрульным строго запрещено любое вмешательство в ваши дела. В особенности — в такие. Однако, прежде чем я приму финальное решение по этому вопросу, я должен знать, как всё было. Скажи мне, король, как и за что идёт ваша война? Чем обернулось для тебя то неожиданное поражение? Каков будет итог этого вмешательства, которого не должно было быть? Мне докладывают о происходящем в королевствах, но без подробностей.

— И ты решил обратиться к первоисточнику. — хмыкнул я.

Дракон слегка качнул огромной головой, словно размышляя, не сошёл ли я с ума, но не ответил. Ответа, впрочем, и не требовалось…

Я слегка задумался, что бы такое рассказать. Лгать нельзя, дракон точно заметит, но, пожалуй, можно показать вещи с моей стороны.

— Это война за власть над королевствами. Всеми до единого. — наконец, заговорил я. — Я первый, кому удалось объединить под своей рукой сразу несколько: в состав соединённого королевства вошли земли Ганатры, Палеотры, Таллистрии и южного Арса, северную часть которого я отдал детям льда, с которым заключил вечный мир со своей династией. Что же до поражения…

Я отвернулся, бросив взгляд на потирающих уши культистов. Вроде не оглохли, но пострадали. На дракона они смотрели волком за такие шуточки.

— Я ни разу не проигрывал битву до сих пор. — скрепя сердце, признал я. — Случалось, терпел поражение на дуэли, но в настоящем бою — никогда. Это принесло мне известность. Славу. Последователей.

Я перевёл взгляд на дракона, глядя в его ярко-оранжевые вертикальные зрачки.

— Эта легенда о непобедимом умерла в тот день. Я убил лучших мастеров королевств в честном бою, победил армию альянса моих врагов, равной которой не было в нашей истории, но теперь это неважно. Потому что каждый человек знает: то, что было сделано однажды, можно повторить. Мы почти выиграли войну… Оставался один, последний штурм. Но теперь моя армия разбита, и это выиграет время нашим врагам. Война разгорится с новой силой, как никогда раньше. Но когда-то я дал слово взять святой город, и я возьму его, чего бы это ни стоило.

Алай бросил взгляд на горящую деревню за нашей спиной.

— Эта деревня… Я не чувствую там жизни. — задумчиво сказал дракон. — Почему ты сжёг её? Почему убил всех? Из мести?

— Нет. — покачал я головой. — Мы просто принесли их всех в жертву. Их жизнь стала нашей силой… Теперь мы пойдём дальше. Сожжём города и села, силой и страхом набирая новую армию. Мои оставшиеся войска ударят по восточным границам Ренегона, чтобы отвлечь внимание, пока я поставлю здесь в строй всех, кого смогу. Южные провинции вскоре запылают… Но это единственный путь для меня набрать армию в разумные сроки. Вот каков итог того вмешательства. Иначе сегодня мы могли бы праздновать победу в сердце Кордигарда: у них не было шансов удержать город без посторонней помощи.